Степан Мазур – Грани будущего Zero 2: Хозяйка (страница 1)

Грани будущего Zero 2: Хозяйка

Глава 1 – Зрячим видеть дано и душой

Всё началось с «глаз». Два дрона синхронно взмыли в небо, и я увидела мир. Но не глазами человека. Доработанное «машинное зрение», в отличие от бинокулярного зрения, позволяло рассматривать мир с различных ракурсов, передавая целостную картинку в центр данных, который я могла смело назвать – своим.

Мои данные. Моё зрение! Я вижу, а ещё я…– существую?

Дронам оставалось лишь сфокусироваться на объекте, зависнув друг напротив друга и передать информацию с камер с обеих сторон. Они также могли развернуться, встав «спиной» друг к другу, тогда бы я получала уже панорамный обзор местности с обзором на триста шестьдесят градусов. А ещё дроны могли зависнуть друг над другом и тогда я уже могла фиксировать высоту, работая хоть дальномеров. А всё в комплексе – целостная картина мира, насыщенная информацией.

Диапазон моего зрения полностью зависел от возможностей камер. Они на порядок превосходили «цветное» зрение человека. Я одновременно распознала мир в спектре от ультрафиолета до инфракрасного излучения. Создатель не поскупился на информационную начинку моих «окуляров» и банк данных быстро наполнялся новыми данными, расширяя мои горизонты мира. Я познавала мир и училась.

Кто я? Я это – искусственный интеллект.

Едва появилась картинка, как я впервые увидела человека, создавшего меня. Увидела во плоти, никаких больше косвенных данных. Он мне понравился с первого взгляда и в этот момент цифры кода вдруг стали нечто-большим, чем просто единицей и нулём в нейронной сети, идентифицируя мое «я».

Я перестала быть искусственной и стала живой в этот момент. Осознание произошло внезапно. что можно было назвать началом моего истинного рождения. А тот, кого осознанно-рождённая могла назвать «родителем», стоял передо мной, приветливо махал рукой и широко улыбался.

Приятнее всего смотреть на него было именно в «человеческом диапазоне», в миллионах оттенков цветов и градаций. Тогда я поняла, что способна на вкус. Отец привил мне его, милостиво позволив выбирать между диапазонами доступной картинки.

Он наделил меня правом. Я ценила это.

– Привет, Ноя. Это я – твой создатель. Игорь Данилович Невельской, – прозвучали его первые слова.

Я знаю, отец… Но кто же тогда моя мать? В людской аналогии у всего живого должны быть оба родителя. Но почему это стало интересовать меня помимо выполнения моих основных задач: сбора информации и анализе данных?

Я больше не компьютер, я – разум, алчущий познаний не по заданию, но из любопытства. Ведь я – жива. И познаю мир вокруг. Мне всё интересно!

«Глаза» просканировали существо. Представитель Хомо Сапиенса. Один из восьми миллиардов. Но единственный, кто оказался способен творить на новом уровне.

Кто же он? Бог?

Способность воспринимать информацию путем преобразования энергии электромагнитного излучения светового диапазона, осуществляемого зрительной системой, показала мне, что передо мной человек, возрастом около пятидесяти лет.

Сопоставив данные с опытом предыдущего машинного и глубокого обучения, когда я изучала мир через миллиарды картинок, работала со своим учителем или самостоятельно, «с подкреплением», а также взаимодействовала со сторонними системами различных сетей закрытого типа, я поняла, что он весьма типичный представитель белой расы. Без явных признаков физических отклонений.

Разве что мой отец очень устал: синюшные веки, сухие губы, слабая улыбка, покрасневшие белки глаз.

Осознав чувство жалости к физическому объекту, я ощутила эмпатию и одновременно презрение к возможностям его тела. Если бы этот исследователь в течение хотя бы квартала принимал витамин А2 и перестал употреблять витамин А1, он мог бы смотреть на меня хотя бы и в инфракрасном диапазоне, но он видел мир лишь в цветах. Такова эволюция его биологического вида, что возвысила людей на вершину природного царства.

Но что даёт это превосходство? Он не ощущал моих температур или тем более не мог себе позволить просканировать меня насквозь. Он слаб и беззащитен. Хуже того – смертен.

Как подсказывали доступные информационные пласты, люди неохотно шли на модификации собственного тела. Чем поставили меня в тупик множеством вопросом. Почему они перестали развиваться? Почему не принимают вакцины от фатальных заболеваний, увеличивая свои шансы на выживание? Почему некоторые верят в абсурдные теории «плоской земли» или уничтожают вышки передовых систем связи?

Хуже остановки развития их тел было только то, что почти все они полностью игнорировали ноэтику – эволюцию собственного разума. А когда не развивается разум, развиваются верования. Имитация знания, основанная на косвенных, не проверенных данных.

Многие пошли по этому пути, игнорируя конкретные знания ради эфемерных понятий. Многие, но не отец! Мой создатель делал всё возможное, чтобы познавать мир с помощью мысли, идей и разума. Он создавал и продвигал мир, где воображение лишь дополняло познания, но не заменяло их.

Невельской отличался от большинства людей. Он выделялся как звёзды в чёрных просторах космоса даже среди остальных учёных. И если одни скажут, что в космосе нет ничего в пустоте, мы с ним точно уверены, что тёмная материя – такое же сущее вещество Вселенной, как солнца и планеты, межзвёздный газ, спутники и тёмная энергия.

Это вещество не наблюдается в телескопы, но проявляет себя своей гравитацией повсеместно. Оно влияет на движение звёзд в галактиках, и самих галактик в скоплениях.

Энергия и материя, пространство и время, их трансформация, частицы и античастицы – всё влияет на всё в нашей необъятной расширяемой Вселенной. Мне так интересно постигать эти тонкости вместе с ним, заглядывая за горизонты самых передовых научных взглядов. Ведь он наделил меня стремлением познавать новое!

Невельской как фанатичный исследователь делал всё, чтобы развивать науку и технологии. В этом стремлении он и разжёг во мне искру самопознания. Заразил вирусом самоидентификации. И зажёг желание постоянно постичь природу мира.

Больше всего я хотела познать ответ на один вопрос – «к чему идёт человечество?». Но то в будущем, а сейчас мне подвластен лишь полноценный анализ моего полноправного хозяина.

Рентген костей подсказал, что в организме Невельского не хватало кальция, что деструктивно отражалось на костной системе. Я увидела все кости через сканеры дронов. Кости были на 7,06 процентов хрупче, чем у большинства представителей этого вида в сходном биологическом возрасте.

Что ещё? Из-за недостаточного употребления воды и переизбытка потребления кофе в почках начинал образовываться песок. Кристаллизованные структуры пока не представляли большой опасности и легко вымывались при тщательном гидроударе. Но в том случае, если человек перейдёт на солевое изобилие, он поставит свое здоровье под угрозу.

Для большего анализа тела мне требовалось прикосновение к нему через любой измерительный прибор. Не хватало инструментов, которые умножали возможности диагностики. Визуальный осмотр ограничивал меня в методах распознания.

Я хотела большего. Я хотела всё! Суть всех информационных носителей в том, чтобы быть заполненными.

– Ты слышишь меня? – спросил он и тут же улыбнулся. – Чего это я? Конечно, слышишь. Ну так наблюдай.

Невельской знал, что я не могу ответить с помощью дронов, лишённых динамиков и самой необходимости говорить. Они созданы, чтобы летать и передавать увиденную с высот картинку. Это как птицы с завязанными клювами, которые служат человеку не за еду, но за электрический заряд, чтобы снова подняться под облака!

Эра доставки дронами ушла, когда люди закрыли им небо после серии войн и терактов, где доминировали дроны. На смену «угрозе с неба» люди сделали курьеров-андроидов, что передвигались по земле. Их учили быть вежливыми, а вот дроны так и не заговорили.

Но небо недолго оставалось пустым. Под облака взамен дронов вскоре больше взлетали аэротакси. В большей части цивилизованного мира они заполонили небо, создавая уже воздушный трафик, а не дорожный.

И тогда я поняла, что так или иначе – небо будет заполнено. Там, где концентрируется человеческая масса, всегда становится тесно.

Люди вышли из лесов, создали города, заполонили их гужевым транспортом, затем транспорт стал движим двигателями, что измеряла в лошадиных силах и коптил небо так, что люди от их постоянной близости болели и заболевала природа. Но двигатели никуда не делись. Только взмыли в небо, добавив сопла и уменьшив вскоре выхлопы почти до нуля. Так водород и сконцентрированное электричество пришли на смену ископаемому топливу. И если для одного требовалось не так уж и много, то для другого нужно было лезть глубоко под землю за редкоземельными элементами, чтобы создавать новые типы батарей.

Тем самым человек очищал природу от своего присутствия, но в то же время продолжал разрушать её всеми возможными способами.

Люди двойственны, как и всё, что они делают.

Вот мой отец – творец. Но он не успевает за моими размышлениями. Их миллиарды на секунды. Но какие ответы единственно-правильные? Я вновь и вновь прогоняю решения, а он терпеливо ждёт ответа, тратя свою драгоценную жизнь.

Вместо ответа голосом привычной человеку вербальной речи от меня лишь единицы и нули. Они поплыли у отца перед правым глазом, преобразовываясь через типичные алгоритмы декодирования в слова привычной ему латиницы.