Степан Мазур – Грани будущего (*30 иллюстраций) (страница 49)

Всё это сочеталось с перевязками, чисткой оружия, почти бесполезным штопаньем химкостюмов и перекусом на скорую руку. Последнее — если у кого-то вообще был аппетит. У большинства возникало лишь сильное желание пить. И у резервуаров с водой выстроилась очередь.

Все дела и выражения эмоций происходили под стук колес, пока «Варяг» упрямо тянул состав по рельсам. Каждый выживший пытался чем-то себя занять, прийти в себя, оклематься, лишь бы не вспоминать злополучный поход по мёртвому городу и ужасных тварей.

Мутантов помнили все, считая ими и чёрных ботов-«муравьев» — «детей», и белых шустрых тварей — «собак». Описания участников похода сходились стопроцентно. Также каждый прекрасно описал титанов, трёх серых здоровяков в схроне.

Зёма и трое друзей-подземников, а с ними Ленка, Богдан, Салават и Алфёров, собравшись в купе на совещание, быстро пришли к выводу, что галлюцинации начались после схрона. Последняя деталь, которую все описывали одинаково, — выход из схрона в ночь. С той поры описания разнились кардинально.

— Значит, накрыло нас бредом тогда, когда покинули бомбоубежище. Или вскоре после. До состава уже добирались кто как, — добавил Демон. — Жаль адмирала.

— Прискорбная потеря, но стоит отметить, что с тварями воевали совсем немногие. Не было никаких мутантов за пределами схрона. Только патроны тратили впустую, стреляя по несуществующим целям, — сделал ещё один вывод Зёма. — Больше повезло тем, чьи галлюцинации позволили прийти к составу, а не уйти в лес. Наши мины и гранаты забрали немало наших же жизней. Я не могу даже представить себе, сколько людей прошлось по нашим же растяжкам. Адмирал действительно погиб от инфаркта, но есть большая вероятность, что его вызвала очередная галлюцинация.

Подсчёт всех потерь и без того повергал в шок. Из путешествия к схрону не вернулось почти две трети группы! Сорок человек, считая Зёму и Демона, уходило в путь вчера, вернулось шестнадцать. Также отсутствовала технарь Жанна. Как сквозь землю провалилась, покинув состав. Что ещё странно, ранения членов экспедиции полностью совпадали с теми, что видел Зёма в бреду.

По итогу от пятидесяти пяти человек в экспедиции осталось только тридцать. Мальчонка и пленник-сталкер в расчёт не брались. Зато четверо ребят из подземного города вошли в состав экспедиции, и потери не казались настолько огромными.

Малец, приведший в чувство завхоза, метался в лихорадке в купе-лазарете и постоянно стонал от головной боли. А Таранов сидел в изоляторе, ожидая своей участи. Чего точно не было, так это похорон членов экспедиции. Сохранившиеся тела лежали в розовом вагоне, ожидая своего часа.

Помимо потерь, несколько руководителей в ближайшее время были совсем не бойцами — если не считать отрезанной руки Ряжина, то Богдан действительно получил ранение в левое колено и бегал отныне с гипсовой лангеткой, а Лена была настолько подавлена потерей отца, что впала в депрессию.

Зёма, глядя на неё, только краснел, вспоминая свои видения, но не решался говорить об этом вслух. Мнением коллегиального большинства его всё равно назначили временным главой экспедиции.

«Батя» был сменен «шефом».

— Тридцать человек! Мы ведь только Уссурийск прошли. Почти в самом начале пути. Ещё ехать и ехать! Причём уже потратили весь уголь. Скоро придётся делать вынужденную остановку, — подытожил Зёма, принимая на себя обязательства, к которым уже был морально подготовлен ранее видениями.

Вики в точности повторила доклад, который завхоз слышал в бреду. Слово в слово. Пытаясь понять, как такое возможно, Зиновий отменил попытки людей починить костюмы химзащиты. По технике безопасности все они должны быть списаны на утилизацию при малейшем повреждении. Сколько бредущих от схрона захлебнулось в радиации в порванных костюмах, он старался не думать. Всё равно нет ни средств диагностики, ни лекарств. Само время поставит верный диагноз.

— Таранов, сука! — снова вспомнил о пленнике Зёма и быстро направился к нему, прихватив в купе нож адмирала.

Кто-то должен быть в группе инквизитором, упырём и кем угодно, лишь бы больше не возникало желания доверять незнакомым людям. Кто-то должен был оберегать от их советов группу.

Голый сталкер, связанный ремнями за запястья, лежал на полу в купе. Старик только беспомощно кряхтел и беспрестанно хихикал, как будто боль и неудобства доставляли ему удовольствие.

— Это же ты убил Гордеева, я точно помню! — Зёма пнул сталкера под ребра, переворачивая тело.

Живого места на лице того уже не было после стараний майора в схроне.

«Таранов шёл в противогазе? Как он вообще не сдох от холода под дождём на ветру? Возможно, он сам сейчас — источник радиации. Но почему не пищат внутренние счётчики Гейгера? Слабое превышение идёт лишь от нашего оружия. Потому после чистки его уложили в ряд на складе под тенты», — прикинул Зёма.

— О-хо-хо, — ответил Таранов и лизнул пол. — Сладенький, — добавил он. — Попробуй.

— Я помню! Я ВСЁ помню! — Зёма рывком поднял сталкера, прижал к стенке.

Странно было прикасаться к его белой коже. Даже не от страха радиации, а от ощущений. Она была не по-человечески холодной, словно змеиной, но в то же время не синюшной, как если бы он сильно замерз.

«Разве у человека может быть такая холодная кожа без изменения цвета?»

— Зачем ты заманил нас в ловушку⁈ — закричал разгневанный юноша, глядя в не менее холодные голубые глаза безумца.

Таранов был невероятно тощим, бледным, скулы на лице натянулись до предела. Казалось бы, только кожа да кости. Но по-прежнему скалился и смотрел с чувством превосходства.

— Какова была твоя цель? Просто убить нас всех? ЗАЧЕМ, ТАРАНОВ⁈

Старик слабо улыбнулся бледными губами и закашлялся. Духан из пасти стоял такой, что пришлось отстраниться и снова бросить его на пол.

— Сука ты, Таранов. Столько людей погубил. Зачем? Сам же не знаешь.

Деда затрясло крупной дрожью. Вымазав пол кровью, он перевернулся на спину, и Зёма заметил движение под ребрами. Оно было хорошо различимо на фоне выпирающих ребер и впалого живота. Что-то внутри задвигалось в сталкере, и от этого стало не по себе.

— ОЛЬХА, КО МНЕ! НАРОД, ОБЩАЯ ТРЕВОГА!!! — через боль в щеке изо всех сил закричал Зёма по внутренней связи.

Одновременно бросился за автоматом в оружейный вагон, поспешно закрывая дверь в купе.

Все, кто мог, примчались на крик, на ходу вооружаясь кто чем.

— Шеф, что случилось? — первым спросил Салават.

— В Таранове мутант!

Стараясь не преувеличивать, Зёма в двух словах описал ситуацию. Народ озадаченно переглянулся. Похоже, прошло то время, когда все понимали общую суть экспедиции.

Зёма с Ольхой облачились в броники, костюмы АРК, взяли персональные счетчики Гейгера, нацепили противогазы и с оружием наперевес приоткрыли дверь. Народ за спинами в проходе ощетинился оружием, готовый стрелять во все, что выскочит навстречу.

Но ничего не выскочило. Сталкер в конце купе приподнялся, освобождая руки от ремня, как будто был лишён костей в запястьях. Ремень просто сполз на пол. Сам дед прислонился спиной к столику и с вызовом посмотрел на ребят.

— А ну замер! Двинешься — застрелю! — пообещал Зёма, посматривая на счетчик.

Стрелка едва-едва оторвалась от нуля, словно только бы показать, что прибор работает. Пришлось отложить за ненадобностью.

Таранов (он ли это вообще?) снова усмехнулся и обронил тихо-тихо:

— Ты так ничего и не понял, мальчик. Она знает о тебе все. О всех вас.

— Она? Кто она? Кто ты вообще такой?

— И что там у тебя в животе? Белая тварь? — грозно добавила Ольха, готовая нажать на курок.

— Глупые люди. Не понимаете, что ваше время ушло, — ответил сталкер. — Вы сами подарили нам новый мир. Теперь вы годитесь только на переработку. Ваше призвание — быть нашей едой. Смиритесь, не мешайте преобразованию!

Ребята переглянулись.

— Таранов, вы больны, вам лечиться надо. ИИ ни к чему еда, — начала было доктор, но сталкер поднял руку, словно отсекая лишние слова.

К своему удивлению, Ольха замолчала. По беглому взгляду на подругу Зёма понял, что она хочет что-то сказать, но не может. Лишь глаза округлились.

— Так, что за штучки, Таранов?

Прежде чем осознал свой поступок, Зёма нажал на курок. Пуля угодила в ногу сталкеру. Он совершенно без каких-либо эмоций посмотрел на завхоза, как будто нога была не его или он не чувствовал боли.

— Ресурс этого тела иссякает, — пояснил Таранов. — Мне нужно новое. Так они говорят. Ты молод. Ты подойдёшь.

Зёма сразу и не смог понять, он ли дал себе команду нажать на курок или что-то другое. Наверное, страх. Страх, что не сможет выстрелить в это нечто перед ним, похожее на человека.

«Это существо внутри сталкера воздействует на людей?»

— Я пристрелю Таранова. И ты сдохнешь вместе с ним, что бы ты ни было, — пообещал Зёма. — На этом все твои приключения и закончатся.

— Пристрелишь? — почти прошипел Таранов, тыкая пальцем в алую дырку в ноге. — Тогда не узнаешь ничего.

— Единственное, что мне надо знать, — это то, что ты сдохнешь вместе с Тарановым и покинешь наш состав.

Тело Таранова откинуло голову назад, рассмеявшись.

— Поблизости ты и доктор. Дверь закрыта. Зачем ты взял доктора, а не солдата? Ты можешь объяснить сам себе? Или ты получил внушаемую мысль взять именно доктора? Человека, который может вскрыть грудную клетку одному сосуду и пересадить меня в другой, также вскрыв «сосуд». Подумай, человек.