Степан Мазур – Грани будущего-3: Игры смерти (*30 иллюстраций) (страница 9)
Стародубцев набрал в грудь побольше воздуха, чтобы начать отдавать приказы, но Зиновий уже сверился с данными ИМИИ, переданным от дронов-разведчиков. Перехватив слово, он спокойно произнес в микрофон:
— Северо-восточное направление. Большой муравейник. Начнем зачищать оттуда. Бикинцы как раз поднесут огнеметы. Выжжем эту заразу навсегда!
И Зиновий рванул в указанном направлении, обгоняя начбеза. Стародубцев устало посмотрел ему в след. Понимая, что бежать следом он в таком темпе не сможет. Как и его солдаты без новых костюмов.
— Ну чего встали? — прикрикнул он на своих солдат. — Вскрываем ящики, переодеваемся, берём огнеметы и бежим следом. — Будущее… уже здесь. В этих коробках.
Пока штурмовые отряды устремились к муравейнику за периметр, Демон взобрался на крышу последнего вагона, сел за руль планера и самолично поднял его в небо. Транспорт поднялся над безопасной территорией и понес водителя к границе с Китаем. Судя по последним данным, там через реку Уссури когда-то располагался город Жаохе: торгово-туристическая артерия.
— Дем, ты куда? — раздалось в динамике от Тимофея. — Планер ещё не зарядился.
— Уровень радиации замерю на границе.
— Зачем? Ты без красной защиты, — забеспокоился друг. — Давай дрона зашлём. Безопаснее. Риск ни к чему.
— Достали вы меня со своей опекой. Отстань, — отрубил Дементий и выключил связь.
Точнее, заглушил ёе громкой музыкой в стиле рок. Под тяжелые гитарные рифы набирать высоту и скорость было гораздо приятнее.
Автомобильная дорога, петляя вдоль леса, вывела к реке. Узкая полоска реки уже освобождалась ото льда. Уссури растаяла вдоль берегов и носила на глубине большие куски льда. Проталины на самих берегах обнажали следы зверья на земле. Демон завис над серединой реки и замерил уровень радиации прямо с устройства на планер. Стрелка, ощутимо подпрыгнув от самого леса, все же показала приемлемый уровень радиации в сорок пять микрорентген в час.
Осмелев, Дементий приблизил планер к противоположному берегу. Китайская граница показал незначительный рост, и обозначила пятьдесят микрорентген в час.
Не веря своим глазам, Демон поднял планер высоко в небо и пересек бывшую китайскую границу. Щурясь сквозь стекло на очках, он приготовился рвануть планер обратно, едва услышит скрежет счетчика Гейгера на приборной панели. Приготовился воочию ощутить мощный поток радиации. Но стрелка словно замерла на уровне в пятьдесят единиц. Зато на горизонте открылась другая деталь, от которой разведчик невольно открыл рот и подхватил винтовку с оптическим прицелом с сиденья рядом.
Заинтересованно вглядываясь в зыбкие контуры, он настроил самое максимальное приближение. На северо-западе на самой границе горизонта высоко в небо вздымалось черное как смоль строение. Поражали его размеры. На первый взгляд виднелась ширина в десятки километров и высота в несколько километров. Пожалел, что в Черной Саламандре нет обзорного стекла. Оно бы заботливо приблизило искомое строение, точно рассчитав размеры.
Но данных хватало и без того. Учитывая, что довоенная архитектура предлагала человечеству самые высокие здания не более километра в высоту, Дементий был шокирован. Неизвестное здание было явно рукотворным. И если его не возвел Китай в последние месяцы перед Войной, то кто?
Максимальное приближение снайперского прицела показало, что строение походит на муравейник: сотовая структура, темно-синий плотный материал. Но высота естественных муравейников мутантов в лесу редко превосходила высоту двухэтажного дома, к тому же мутанты выстраивали их из земли и всего, что попадалось под руку в округе. Никто никогда не применял неизвестные сплавы, насколько показывал анализ слизи мутантов.
Дементий собирался было рвануть планер прямо на строение, но тут же сам себя остепенил: планер зарядился лишь на четверть. А расстояние до цели было более десятка километров. К тому же никто не гарантировал ему защиту от мощной радиации, возникни такая по дороге.
В старом Китае с его извечной загазованностью человеку даже с помощью мощного бинокля не удалось бы разглядеть подобного строения на подобном расстоянии. Но за десятки лет округа очистилась от лишних примесей в воздухе. Радиоактивная пыль осела, не мешая обзору на чистом горизонте, и Демон видел то, что видел.
Приблизившись к самой земле, Дементий взял образец самой земли и рванул планер обратно к Содружеству. Предстояло сделать анализ почвы. Данные разведки по Китаю и увиденное никак не совпадало в его голове.
Планер вскоре приземлился на крышу. Дементий соскочил на землю и приблизился к антирадиационному модулю. Тот тревожно пикнул, вперился в посетителя, просканировал и удовлетворенно затих. Уровень радиации на костюме не угрожал составу.
Демон промчался в лабораторию, на ходу наткнувшись на Ольху.
— Куда мчишься, как угорелый?
— Китайскую землю исследовать.
— Зачем?
— Не фонит! — его голос едва не сорвался от восторга.
— Как не фонит? Ты со своей эпигенетической регуляцией совсем поди с ума сошел? Дай сюда, — заинтересовалась почвой Ольха и сама первой начала проводить опыты над образцами.
— Я в порядке, — отмахнулся бывший пациент. — Просто у нас настолько мало данных по Китаю, что хотелось проверить.
Потекли минуты ожидания… Анализы показали, что собранная почва лишена продуктов деления урана-235, 238 и плутония-239.
— Как такое возможно? — удивилась Ольха. — Ты точно собирал с поверхности?
— Точно. С полей. Открытая местность. Лопат в планере нет.
— На открытой местности после ядерных взрывов должно быть огромное количество изотопов, — проникновенно напомнила Ольха. — Во время взрыва образуется более трёхсот видов изотопов. Правда, их периоды полураспада от десятков тысяч лет до долей секунды. Однако, объединяет их всех одно — высокая активность. И… где она?
— Успокоилась? — ухмыльнулся Демон, так же пристально глядя на землю без явных признаков заражения.
— Какой к чёрту успокоилась? — Ольха оторвалась от микроскопа и принялась за более детальные химические анализы. — Давай число беккерелей посмотрим. Распады за единицу времени не могут успокоиться даже в теории. Это процесс, который происходит постоянно! И от него зависит тяжесть последствий радиационного заражения.
— Да это понятно. Нам известно, что ИИ утюжил Китай всеми типами ядерного оружия, — даже не спорил Дементий. Но факт оставался фактом — земля была НЕ заражена.
— Да, — сама себя подбадривала Ольха, не веря в цифры на дисплеях. — И ядерные взрывы были наземными. То есть наведенная активность от потока нейтронов должна быть сто процентов! Нейтроны должны действовать на грунт. Частицы кремния, магния, углерода, натрия, калия и других должны преобразовывать их в прочие радиоактивные элементы. — она посмотрела на собеседника. — Все это поднялось в воздух с ядреным грибом и рассеялось по земле. Ты понимаешь?
— Понимаю, — спокойно ответил биолог. — Но земля чистая. И это не фокус… Как такое возможно?
— Да невозможно! — стояла на своем Ольха. — Радиоактивный след должен тянуться десятилетиями, а основные его следы деятельности выпадают на землю в течение первых суток. Если только…
— Что? — задумался наперед Демон. — Применение радиопротекторов?
— Нет, — скривила лицо Ольха. — Они помогают снять самые острые признаки лучевой болезни. Но только живому организму. Сульфгидрильные группы обладают противорадиационными свойствами, но их надо принять до начала радиационного воздействия. Да и при чём тут почва? Это не подводит нас к верным выводам по анализу даже в теории.
— Почему же? — прикинул Дементий, вспоминая данные в голове, источник которых не помнил. — Если загрязнение земли составило более пятидесяти Кюри на квадратный километр, то земля становится непригодной для земледелия. Но ведь поверхностный слой могли снять. Или…перемешать. Вспахать. Как вон мы землю роботами.
— Снять? Вспахать? — подскочила Ольха. — Ты в своём уме? Кому бы пришло в голову перерабатывать землю в зоне заражения в эти годы? Искателям? Так у них лапки, а не грабли.
— А что? Хорошая же идея со вспашкой. Да и как кому? Хотя бы тем, кто построил ту штуку под самое небо, — брякнул Дементий. — Все зависит от степени загрязнения, типа почвы и вида растений, которые могли бы использоваться после заражения.
— Что ты городишь, Демон⁈ Какая ещё штука под неба? Мы говорим о ядерном заражении! От него в почве накапливаются долгоживущие радионуклиды: стронций-90, цезий-137, рутений-103 и 106, прометий-147, церрий-144. Никто не посадит на полях с их максимальной концентрацией морковку!
— Но ты забываешь, что стронций-90 наиболее опасен для человека и животных. Поэтому на зараженных полях проводят агротехнические, агрохимические и другие мероприятия, уменьшающие переход стронция-90 из почвы в растения. Это как раз можно сделать путём удаления верхнего слоя зараженной почвы. Прецеденты подобному были ещё в Чернобыле. Целые гектары зараженной почвы просто срезали и удаляли.
— Хочешь сказать, китайцы пытались спасти свои территории? — немного успокоилась и призадумалась Ольха. — Что за строение ты видел?
Демон медленно покачал головой.
— Я не уверен, что здание могли построить китайцы или вообще кто-то из людей. Но я могу предположить, что оно одним своим присутствием чистит землю вокруг.