Степан Мазур – Герои не носят плащи (страница 8)
Глава 15 – Масленица
В это утро папа разбудил Стёпку пораньше. Присел на край кровати и спросил без всякого предупреждения:
– На масленицу поедешь?
– Куда? – сонно переспросил мальчик.
– На масленицу. Блины есть, – ответил папа.
– Блины я люблю, – ответил сын и размечтался.
Папа дал пару минут, чтобы проснуться и собраться, добавив только:
– Собирайся. И робота возьми. А то твоя мама говорит, что я с тобой мало времени провожу.
Блины Стёпка любил. И ничего против них не имел. Поэтому подскочил с кровати и даже робота на док-станции растолкал.
– Кузьмич, поехали!
– Куда? – встал с зарядки робот.
Он почти зарядился до максимума. Одного процента не хватило. Через пару минут сам бы очнулся.
– Как куда? На масленицу! – добавил мальчик с восторгом. – Блины есть!
– Зачем есть блины? – уточнил робот. – Они же жирные, изнутри заржавею. Но я могу ими снаружи смазываться. Тогда жировой слой защитит меня от коррозии.
– Мазаться не обязательно. Ты можешь мне все блины отдавать, – нашёлся Стёпка и принялся одеваться, обуваться и даже побежал чистить зубы.
Через полчаса они ехали на набережную Амура, где уже начались народные гуляния. Там музыка играет, исполняют на народных инструментах и слышится что-то бодрое через динамики. Людей видимо-невидимо и машин столько, что не протолкнуться.
Пешком пришлось идти довольно много. Заодно и проголодались.
А как пришли, смотрят Рябовы, а у реки столбы стоят высокие. И мужики, раздевшись по пояс, на те столбы взобраться пытаются без подручных средств. Но все обратно сползают. Так как столбы тёсанные. И скользкие на морозце.
– Зачем это они туда лезут? – спросил у папы Стёпка.
– Известно за чем. За сапогами! – хмыкнул папа и усы почесал, так как сам был не прочь вспомнить молодость, раздеться и полезть наверх. Себя попробовать. Народ посмешить.
– О, сапоги! – тут же заинтересовался Кузьмич, так как свои старые, которые ему достались от деда Андрея, он уже порядком поизносил.
– А блины где? – отвлёкся самый младший Рябов и папа понял, что ни на какой столб не полезет, пока сына не накормит.
Да и чего уже лезть? Годы не те. Всё-таки с ним ребёнок, ответственность.
Вздохнув с сожалением, Матвей Андреевич повёл наследника вдоль рядов, где стояли столы, газовые баллоны, плитки и на больших сковородках блины делали, тут же раздавая всем желающим.
– Походи! Блин бери! Горячий, румяный, весь без изъяна! – уверяли зазывалы.
Папа тут же две порции и перехватил. На тарелочках одноразовых. С вилочкой пластиковой. Блины даже сгущёнкой полили.
Поедая свою порцию, он даже перестал переживать, успокоился. А когда потёр раскрасневшийся от бодрой погоды нос, сказал:
– А раньше прямо на кострах и готовили. Сунут сковороду и готово. Но набережная – культурное и общественное место, здесь только один костёр разрешают. Зато какой!
– Какой такой костёр? – тут же заинтересовался Стёпка, лопая свои блины, но тут обоим пришлось отвлечься. Так как оба Рябовых поняли, что кого-то третьего не хватает.
– А где робот? – спросил папа.
– Он что-то про сапоги говорил, – вспомнил Стёпка и они с папой синхронно глаза на столб подняли.
А там на самой верхушке Кузьмич сидит и сапогами машет, крича:
– Матвей Андреевич, а все сапоги брать или только те, что нравятся?!
– Зачем тебе все? Одни бери и слезай! Остальные другим оставь!
– А какие брать? – крикнул робот в раздумьях.
– А какие на тебя смотрят? – крикнул в ответ папа.
Задумался Кузьмич. У сапог же глаз нету. Как им на него смотреть? Даже никакой видеокамеры люди им не установят. А интернета рядом нет. Спросить не у кого.
Пришлось брать по цвету корпуса. Синие. И к Рябовым Кузьмич вернулся уже в новеньких, блестящих сапогах. Вместе с недавно приобретённой кепкой он смотрелся модно.
– Ну всё, к лету готов. На рыбалку можно ехать, – сказал он и тут же о деде вспомнил. – Андрей Егорович на рыбалку обещал взять.
– Так рано ещё рыбачить, – хмыкнул папа. – Вот лёд на Амуре тронется, потом вода потеплеет, тогда и поедем… Все поедем!
Только Рябовы блины доели, как зазывали опять давай кричать и вокруг сложенных друг на друга досок бегать. А там свой столб. Поменьше. И чучело к нему соломенное привязано. Только Стёпка рассмотрел его, только заметил, что в косынке и женщине принадлежит, как подошёл мужик с факелом и подпалил дрова.
Вспыхнул костёр высокий! Аж жарко сразу стало всем, кто рядом стоял.
– А зачем они тётеньку спалили? – спросил Стёпка.
– Это зима, – ответил папа, потёр красный нос и добавил. – Символ обновления. Смена времён года, считай. У нас такая зима на Дальнем Востоке, что пока её не спалить, сама не уйдёт. Так что на рыбалку и дачу ещё не скоро выберемся. У дома пока гуляйте. Там теплее.
Стёпка кивнул. Он так любил поводить время с папой и лучшим другом. Так и гулял бы целыми днями с ними где угодно. И всё равно не нагулялся.
Блины только, жаль, не везде раздают.
Глава 16 – На день рождения по-соседски
Стёпка стоял перед зеркалом и причёсывался. То влево пробор сделает, то вправо, то выпрямит чёлку, то попытается назад зализать гелем для волос. А она упрямая и всё равно назад выправляется.
– Какой непостоянный людь, – оценил этот манёвр Кузьмич и тут же спросил участливо. – Зачем человекам столько шерсти на голове? Чтобы гладили? Вы же сами для себя работаете. Попрошайничать, как котам не надо. А собак тоже вы кормите.
– Да что бы ты понимал в котах? – тут же ответил Тима с подоконника.
– Многие люди тоже красоту наводят, чтобы попрошайничать, – добавила и Корка, которая давно среди людей обитала. – Кто пуговицы последние застёгивает, кто погоны начищает, чтобы блестели.
– Ничего я не попрошайничаю, – пробурчал Стёпка в ответ. – Просто делаю, чтобы красиво было и Маше понравилось. – И он сделал чёлку чуть вбок. – Красиво же?
– Красиво, – ответил робот, но немного подумав, добавил. – Но не практично. Лучше все волосы вообще убрать, тогда столько времени не будет тратиться впустую. Человеки ещё ни машины времени не изобрели, ни межзвёздное путешествие толком открыть не могут. А когда вам, если постоянно причёсываться будете? Подстригись налысо и дело с концом. Папа тебя ждёт, чтобы науку двигал.
– Ну нет! Мы уже в садике и у подъезда и так всех подстригли, хотели они того или нет. Повторять ошибок прошлого не будем, – вздохнул Рябов и уверенно добавил. – Ладно, сойдёт… А ты будешь прихорашиваться? Или и так блестящий?
– Зачем это мне прихорашиваться? Я и так неотразимый! – заявил робот и встал перед зеркалом. – Хотя, тут вроде отражаюсь… Это что получается, я отразимый? Тогда… обновляю информацию!
– Кузьмич, ты ничего не понимаешь, – попытался снова объяснить Рябов. – На дни рождения надо надевать что-нибудь «весёленькое», обувать неудобное, «но красивое». И вообще улыбаться почаще надо, даже если не хочется. «Чтобы тем, у кого день ангела, приятно было». Так мама и бабушка говорят. Им виднее, они чаще на днях рождениях бывали. А я сам только в первый раз пойду! Непривычно без сопровождения. «Кто ж меня уму-разуму там научит»?
– Не переживай, вместе пойдём. Но зачем человеки всё усложняют? – не понял робот, поглаживая себя по голове у антенн перед зеркалом. И проверяя, нет ли пыли в динамике. Или сора в микрофонах. Проверять надо, чтобы лучше слышал.
Проверив всё как полагается, Кузьмич договорил:
– Может, лучше одевать удобное, обувать удобное и улыбаться, когда хочется?
– Нет, люди так не делают, – снова вздохнул Стёпка, с тоской посмотрел на «бабочку» сказал. – Не галстук, конечно. Но мама сказала вместе с рубашкой надеть. И брюки натянуть. И туфли. Совсем как в школу собирает… Только когда там учиться, если постоянно об одежде и причёске думать?
– Но мы же идём на день рождение к Маше. Радоваться! – возмутился даже Кузьмич. – Когда одни люди рождаются, другие должны радоваться, а не грустить из-за того, во что они одеты и обуты. Давай я пойду так, а ты как обычно. И будем радоваться и улыбаться. По-настоящему.
– А давай, – ответил Стёпка, переоделся в повседневную одежду, но покрутив в руках галстук-«бабочку» на резинке, всё же решился и нацепил её. Чтобы по-праздничному выглядеть.
Дело оставалось за малым: взять подарок в праздничной упаковке, свериться с часами на руке. А в указанный час, (не опаздывая, но и не задерживаясь), отправиться прямо на именины.
Можно было отправляться даже без туфель, если сразу с порога на порог перепрыгнуть, носок белых не замарав.
«Всё-таки это очень удобно – ходить на день рождение к соседке через стенку», – подумал мальчик: «Даже куртку можно на плечи не накидывать, а про шапку и думать не стоит».