Степан Мазур – Баллады влюблённого дракона (страница 2)
Вот и сейчас, вынырнув из-под облака, дракон заметил выглядывающие из окна белёсые руки и фолиант с пожелтевшими страницами. Оставлялось лишь пара страниц и всё, конец истории.
Дракон подозревал, что после этого принцесса уберёт книгу, сядет на кровать и начнёт грустить. Ведь уже неделю к замку не подъезжал «курьер по доставке книг её высочеству».
Раньше, помнится, он приезжал к воротам с целой телегой, доверху груженной фолиантами, свитками в кожаных тубусах и даже глиняными табличками. Потом пробирался на коне с полной торбой через день-другой. В последнее время приносил одну-две книги прямо в руках. И совсем без коня. Видимо, не торопился огорчать старого короля, что доставлять больше нечего. А жить хотел.
Смышленые курьеры пошли. Но дальше-то что?
– Нельзя больше этого терпеть! – закричал дракон под облаками, когда принцесса перелистнула на последнюю страницу и принялась дочитывать развязку. – Она же совсем расстроится!
Чтобы не допустить «катастрофы последнего абзаца», дракон стремглав бросился вниз. Даже не представляя, что делает, он просто спикировал над башней, приземлился на неё мощными задними лапами, а затем схватил принцессу передней лапой.
А дальше дело техники – оттолкнулся, прыгнул к крепостной стене и замахал крыльями, вновь поднимаясь в небо.
– А-а! Пусти! – закричала Нюри, так и не дочитавшая последних строк. – Что там дальше-то было? Поженились они хоть? Померли ли в один день? Или счастливо по одиночке жили, прожив долгую и счастливую-ю-ю?
Так бестактно с ней ещё никто не поступал. Это будоражило и волновало принцессу. А ещё тревожило ощущение полета. Даже немного укачивало.
Они то поднимались вверх, то парили, едва опускаясь под тёплым нисходящим ветром. А вот уже неслись вниз с головокружительной скоростью так, что ветер становился холодным и колючим.
Пугал полёт. Ничего не поделать. Только глаза закрыть и молиться, чтобы смерть забрала раньше, чем ударятся о землю. Ощущения бодрили и бестактно колыхали платье! Ветер-проказник, как шалун неразумный, отчаянно домогался Нюри, целовал кудри, гладил по щеке и даже гладил между грудей.
Чувства не подводили – жива. Страх смешивался с чем-то до ужаса приятным, пугающим и волнующим. Потёк тёплой волной по телу, разлился по конечностям так, что те деревенели, но… требовали продолжения!
Дракон молчал. Кричать в полете он разучился после первой проглоченной мухи ещё в детстве, когда сам был размером с курицу. Только вот курицы не летают, а он летает и знает, что такое техника безопасности. Научен горьким опытом. Мухи ему, правда, больше не досаждают. Но вороны ещё могут.
Покружив принцессу надо полями и деревней для порядка, дракон принялся снижаться к пещере.
«Довольно на сегодня смотреть на окрестности», – решил похититель.
Они приземлились аккурат перед тёмным зевом пещеры. Дракон выпустил принцессу из цепкой лапы, даже почти не подрав пышных юбок от платья.
Полёт вообще не слишком отразился на принцессе. Только волосы растрепались пуще прежнего. И огонек в глазах появился.
Нюри вела себя так, как будто чего-то хочет, но сказать не может.
«Переживает», – подумал дракон и приблизился, чтобы всё объяснить. И про книги, и про истории с рыцарями, и даже про кота.
Но тут же получил отпор.
– Уйди от меня, чудовище!
– Но…
Принцесса и слушать его не хотела. Только отступила на шаг, но тут же споткнулась, заступив на край платья. Ноги после пережитого немного тряслись. Мышцы стягивало.
– Крылатый монстр! – на всякий случай добавила Нюри. – Жуть!
«Уж больно у принцесс длинные платья. Как не практично», – подумал дракон и тут же наступил на край белесой ткани.
Послышался треск. Кусок платья остался у когтя, а Нюри вдруг ощутила свободу для ног. Теперь платье ей было по уровню колен. Она могла бежать, но вместо этого раскинула руки, и закричала пуще прежнего:
– Сожрать меня хочешь, да? Ну так, вот она – я! Бери! Насыться моей плотью, чудище мерзкое и противное! Не дал последнюю строчку дочитать, а там может самое важное было!
И она даже закрыла глаза, предвкушая скорую смерть.
– Фу-у-у, – ответил дракон, показав змеиный длинный язык.
– Чего? – она приоткрыла один глаза, с подозрением глядя на дракона. – Ты разговариваешь? Так мне не послышалось? И что значит, «фу»? Ты в своём уме? Я не «фу», я – принцесса!
– Фу, как пафосно, – продолжил спокойно дракон, прикрывая лапой морду, чтобы не засмеяться во всё горло. – Где ты только его набралась? Тебя же наверняка отборным овсом в башне кормили, как иного породистого коня, а всё туда же!
Но куда – не сказал. Всё-таки он приличный дракон. Манерный, как говорил Черепаха. Хотя, чего он только не говорил, когда приносили еду. И ещё больше обкладывал комплиментами, когда хотел покушать.
– И ничего это не пафосно! – воскликнула в негодовании принцесса, но уже без крика. А скорее в недоумении. – Трагическая смерть – это красиво! – Добавила она совсем тихо.
– Красиво – это когда ничего лишнего, – ответил дракон и спокойно пошёл в пещеру. – А в тебе много лишнего. Шелуха. Я-то думал ты другая. Глубокая там, бездонная. А ты… Э-эх… ты. Только время зря потратил.
– Эй, стой! Какая ещё шелуха? – спросила принцесса и застыла в ступоре.
Так подло с ней ещё никто не поступал. То ли похитили, то ли отпустили.
Не понятно!
Нюри огляделась вокруг: горная круча, облака ниже, чем даже из башни. Камни, валун целый, деревце чахлое. Вот и весь пейзаж. А жизнь осталась где-то там, в долине, среди полей и даже немного у леса.
Конечно, она могла попробовать начать спускаться по крутому спуску. Но зачем? Сам привез, пусть сам и увозит. И вообще скоро слуги короля нагрянут спасать.
«Эх, жалко, что у них крыльев нет. А то до обеда бы поспели», – ещё подумала Нюри.
Не совсем понимая зачем, она рванула следом за драконом.
– Эй, ты! А ну-ка иди сюда. Разговор есть.
– Вообще-то, меня зовут драконом, – ответил он и даже повернулся, а затем кивнул, как будто представился.
– Что…просто «дракон»? – вновь удивилась Нюри. В который раз за день.
Не вошло бы в привычку. А то станет как простолюдинка безграмотная, которая верит в магию и прочих… драконов.
Они же все эти – мифы и легенды. Раритет с хвостом.
– Нет, почему же. Мой папа тоже был драконом. Думаю, что я… – крылатый собеседник почесал когтём подбородок, а затем взял огромный факел у входа, дунул на него пламенем и заключил. – … Дракон Драконович! Или по-вашему – Дракон, сын дракона.
– По какому это «по-нашему»? – не сразу поняла принцесса, но уже без страха, а скорее из любопытства пошла за драконом.
Свет факела разгонял мрак пещеры. В такой волки-медведи не появятся. Хотя куда уж больше бояться? И так – дракон.
– По-людски, – подсказал владелец пещеры.
В новой жилплощади оказалось просторно: валялись камни, торчали сталактиты, а кое-где даже росли грибы. А ещё на валуне валялся кот. Точно не кошка. Ведь это животное преспокойно вылизывало себя, обозначив принадлежность к мужскому роду.
Осознав, что принцесса на него смотрит, кот поперхнулся, кашлянул комком шерсти и заметил:
– Нет, ну что за бестактность? Утренний моцион нельзя принять без посторонних глаз. На что это вы уставились леди? А ещё платье носит!
– Утренний? Обед уже! – напомнила принцесса, точно помня, что солнце подступало к полудню.
– Когда хочу, тогда и моюсь, – возмутился кот и отвернулся, украдкой продолжая умываться. – Принцессы мне не указ. Глупые и помятые тем более.
– Чего это я глупая?
– А чего тогда глупости говоришь? – передразнил кот.
Нюри сделала губки бантиком и надула щёки.
Похитили. Оскорбляют ещё. Сядет вот не валун и не будет ни с кем до самого ужина разговаривать.
Дракон тем временем поднёс факел к дровам и превратил их в пылающий костер. Так сказать, зажёг вручную. Хотя мог сделать это и старым «дедовским» способом. Но он был культурным драконом и соблюдал драконий этикет, пока у него в пещере гости.
А ещё существовала та самая техника безопасности, которая гласила: можешь факелом поджечь – рот огнеопасный в малых пространствах не открывай без надобности.
Забросив на хворост заодно и факел, дракон уселся рядом. Принцесса помолчала немного и осмотрелась: в пещере как-то сразу стало уютнее с костром. Теплее и светлее. Ещё бы стены покрасить или мозаичной плиткой выложить и совсем хорошо будет.
«А, может, мрамором покрыть? Тогда ещё светлее станет», – почему-то подумала принцесса.
Нюри даже подошла поближе и робко присела на бревно, которое дракон ещё не порубил на дрова. Но как только она хотела что-то спросить, как к дракону подошёл Черепаха, сел на лапу с когтями, свернулся в клубок и довольный собой, сообщил:
– О, огонь. Значит, время историй. Люблю я твои рассказы, дракон. Жаль, записывать не умею. Давай ту, про роботов расскажи. Хорошо всё-таки придумал. Добротно.