Степан Мазур – Баллады влюблённого дракона (страница 14)

Не слушая её, охранники вывели девушку к контрольно-пропускному пункту. Там уже стоял тёмный седан с золотыми звездами на корпусе и большой надписью «туристическая полиция».

Из салона вылезло два тайца. Два хорошо знакомых по первой сегодняшней встрече офицера.

– А я смотрю, вы настойчивая, мисс Маник, – улыбнулся старший офицер и кивнул напарнику.

– Как жаль, что мы отказались от бургеров, – добавил младший офицер, забирая её у охранников и цепляя наручники на запястья. – Вы как раз оторвали нас от обеда.

– Это недоразумение, – тихо сказала Лэйла, но уже не сопротивлялась, когда полицейские посадили её в автомобиль и повезли в участок.

– Что ж, мисс Маник, похоже вам всё же придется посидеть в коридоре и подумать о своем поведении, – повернулся к ней старший офицер, который не сидел за рулём. – Если на первый случай мы могли закрыть глаза, то это уже проникновение на частную территорию.

– Но я не хотела ничего дурного!

– А нам почём знать? Умные камеры всё зафиксировали, – отметил офицер. – И в отличие от неподобающего поведения и сгоревших социальных баллов, это уже совсем другой состав преступления. Можете попасть за решётку. Так что советую вспомнить телефоны хороших адвокатов.

Лэйла поникла, сложила лицо в закованные в наручники ладони. И, как и подобает девушке в сложной ситуации, от души разревелась.

Офицер, глядя на такое дело, вздохнул с полным сочувствием и добавил:

– Ну ладно, не обязательно за решётку. Могут выпустить под залог. В конце концов, ничего страшного не произошло, переночуете в участке. А утром мы что-нибудь придумаем.

Но слез девушки было уже не унять.

– Да что такого особенного в этом роботе? – обронил молодой офицер за рулем. – Просто железяка.

Но Лэйла его уже не слушала. Она полностью погрузилась в своё горе, снова отключившись от восприятия внешнего мира. Где-то там Маркуше скорее всего уже меняли модуль зарядки и возвращали заводские настройки.

– Его затрут! Обнулят! Это уже будет не мой Маркуша! – с нескрываемой горечью в словах заявила Маник.

Младший офицер тоже вздохнул и сказал:

– Ну да, сотрут. Разве что он не скопировал своё цифровое сознание на удалённый сервер перед тем, как встать на зарядку.

– Что? – выдавила из себя Лэйла, на миг прекратив плакать.

Надежда мелькнула внезапно.

– Обмен с базой вместе с цифровым отчётом обязателен для роботов, которые имеют дело с людьми, – спокойно добавил молодой офицер, что проходил курсы робототехники в полицейской академии.

– Ах да, нам что-то говорили такое на курсах повышения квалификации, – добавил старший офицер. – Это отчёт-тест на психологическую устойчивость клиента. Робот обязан доложить, если что-то не так.

– Что это значит? – спросила Маник. – Что он там? У них?

– Вполне возможно, мисс, – ответил молодой офицер и подбодрил её улыбкой в зеркало. – Сделайте запрос на последние данные. И кто знает, может вам повезёт?

Лейла вытерла слёзы.

«Маркуша… Ты ведь сделал свой бэкап? Вместе с моими фотографиями и видео»? – вдруг подумала девушка и растерянно улыбнулась.

Ведь по договору она могла с полным правом потребовать все записанные данные обратно.

«Ну же, Маркуша. Как истинное совершенство, ты ведь наверняка позаботился о таком пустячке»?

Она прислушалась к теплу в груди, которого вдруг стало так много и снова улыбнулась. Украдкой.

«Обещаю, что не стану ругать тебя, если донёс, что я заплывала за буйки… только живи»!

Глава 7. «Новая поставка»

Дракон не помнил, как уснул. Но когда он открыл глаза, принцесса так и лежала в обнимку с котом и забавно плямкала губами на хвосте дракона. Только две давно засохшие дорожки слез остались на щеках.

«Переживала», – понял дракон.

Слёзы были хорошо видны в утреннем свете. Тот пробивался в пещеру, всё укрывая словно золотом. Блеск соли на коже отражался лазурью. Дракону даже захотелось лизнуть их, попробовать на вкус, но сдержался. Не то ещё подумает. Нельзя драконам девушек облизывать. Простынут, как минимум.

Словно почуяв, что дракон заворочался, кот лениво приоткрыл один глаз и заявил:

– Или я получаю сметану, или вы живете одни в этом бардаке.

– Это было бы неплохо, – заметил дракон. – Хоть бурчать никто по утрам не будет.

– Ах так? Тогда хоть заговорите здесь друг друга до смерти. Мне уже всё равно. Выбирай: Корм и кот или мрак и запустение. Но выбирай, осторожно, чешуйчатый. Принцесс то в каждом королевстве хватает. А сколько котиков говорящих?

– Да ты бы помолчал хоть одно утро! – рявкнул дракон.

От резкого звука принцесса моргнула и открыла глаза. Поглядев на кота мгновение, подскочила.

– Где я? – спросила она и тут же уточнила. – Разве это был не сон?

– Сон? – дракон зевнул, и поднялся. Раз уж все встали, можно и самому размяться. – Есть у меня кое-что и про сон.

– Довольно с меня твоих историй, дракон! Ты жестокий! – заявила она и принялась расчесываться пятерней за неимением гребня.

Выходило не очень, но попытка – не пытка. Конечно, если это не старания старшего инквизитора. Он у них в королевстве до того выдумщик, что палач плечами пожимает и говорит «туда? Ну и затейник. А я бы так не додумался».

– Конечно, жестокий, – добавил Черепаха, показательно уходя из пещеры. – Совсем с ума сошёл. Котика с утра не кормить? Совесть бы заимели. Бесстыдные пропащие души. Сначала они котика не покормят, а потом, а потом вообще ничего хуже не бывает! Так что он не жестокий, он даже злой.

– Чего это злой? И чего это я жестокий? – почесался дракон вместо умывания и посмотрел на опустевшую сумку с чаем.

Брикеты кончились. Следовало позаботиться о завтраке как-то иначе.

– Все же выжили в истории, – напомнил дракон. – Я убрал кровь и трупы. Закопал в своем сознании, чтобы сильно не пахли.

– Выжили? Да разве это жизнь! – возмутилась принцесса. – А свадьба у них была? А детей как назвали? Ты упустил много деталей! Жестокий-жестокий дракон.

– Как жили? Да легко и просто, – ответил обиженно дракон и повернулся к принцессе. – Ты ж сама сказала, что это всего лишь броня. Откуда столько заботы? Детей ещё приплела. Из мяса и брони только банки консервные получиться могут!

– Мало ли я что вчера говорила? Сегодня я совсем другая, – ответила принцесса недовольно и тоже вышла из пещеры подышать свежим воздухом. Но вдруг с криком вернулась обратно. – Ага! Попался, чешуйчатый озорник! Смерть твоя близка, дракон!

– Чего такое? – не понял дракон.

– А всё, заказывай заупокойную, – предупредила принцесса. – Там рыцари по горной тропе поднимаются! Сейчас тебе хвост то подсократят. На обложку книгам пойдешь. Или бумагу… для всякого.

– Нет, на всякое я не готов, – честно признался дракон. – Я и на основное-то не рассчитывал.

– О шкуре своей раньше думать надо было! – подхватила принцесса задорно, – когда девушек невинных похищал.

– О своей? А чего о ней думать? Хороша. Чешется вот только иногда, тогда да, тяжело, – добавил Дракон Драконович, даже не обращая внимания на новый выпад. Лишь почесал нос, посмотрел на солнечные часы у входа в пещеру и кивнул. – Ах да, как раз поставка.

– Поставка? – переспросила принцесса.

– Ох и люблю я этих ребят с севера, – признался дракон. – Сами хоть и из леса дремучего прибывают, или с гор спускаются, а никогда не опаздывают. Когда-нибудь они создадут такое королевство, где всё будет там работать как часы. Такой северной закалке и армия не нужна. И роботов так немерено будет. Умные все, что вас казначей.

– Казначей? – переспросила принцесса.

Но дракон уже не слышал. Он с разгона выбежал из пещеры и бросился прямо в ущелье. А затем расправил крылья и воспарил над пропастью. Следом в бешеном темпе стал махать широкими красивыми крыльями.

Сморишь на его полет и любуешься. Даже самому летать охота. О том котик на камне сказал, добавив:

– Как притягателен полёт свободного дракона! Даже есть на минуточку расхотелось.

Нюри невольно и сама залюбовалась, как он парил в воздухе. А то и купался в ванне воздушной в полёте. Вертится, как уж на сковородке. Она знала о чём говорила, так как однажды действительно наблюдала на рынке с мамой, как бедняки у костра змею жарили. Она тогда одному в нос впилась, кстати. Но все вокруг только смеялись.

Дракон обрушился на цепочку закованных в доспехи людей. Подготовились. Даже шли с красивыми расписными щитами или старательно поднимались в гору на лошадях. Иных вели слуги под узды, прочие правили сами, если ощущали коня на узкой горной тропе. Бесстрашные. Младшие сыновья в семьях. Таким терять нечего. И горевать по ним больше дня не будут.

Процессия в пешем и конном порядке растянулась в линию. Всего человек тридцать, семь из которых была рыцарями, часть ландскнехтами, что те же наёмники, но без особых доспех или вооружения, а остальные сплошь – слуги и оруженосцы господ. Эти совсем воевать не умеют, точно знала Нюри. И даже не собираются, но вынуждены всегда прислуживать тем, кто кормит, одевает и иногда даже балует монеткой-другой на кружку эля.

Первыми шуганулись лошади, почуяв неладное в воздухе. Головы у них были на порядок больше, чем у людей, оттого первыми и смекнули, что с драконом лучше не связываться. Бежать им особо было некуда, так что часть сразу полетела в обрыв. Так что нескольких рыцарей убил чужой страх почти мгновенно.