Степан Авдеенко – Наследие спящих гор (страница 2)

Тая улыбнулась, и на этот раз её улыбка была адресована только ему. – Тогда пойдем. У нас есть несколько часов, чтобы поспать… или чтобы просто посмотреть, как над Алматы встает солнце.

Они пошли дальше по пустой улице, и их тени, длинные и тонкие, переплетались на асфальте, предвещая начало новой,

гораздо более глубокой истории.

Глава 3: Эстетика хаоса

Алматы в шесть утра – это город-призрак, умытый поливальными машинами и окутанный прохладным туманом, сползающим с гор. Ян не спал. После выставки он чувствовал себя так, будто из него выкачали всю старую, тяжелую кровь и залили чистый адреналин.

Он стоял у входа в цветочный магазинчик «Флора и Фауна», прислонившись к кирпичной стене. Магазин располагался в полуподвальном помещении старого дома на улице Тулебаева. Тяжелая кованая дверь со скрипом отворилась, и на пороге появилась Тая. Она выглядела заспанной, с забавным пучком на макушке, но в её глазах всё еще горели те самые искры.

– Ты серьезно пришел? – она приподняла бровь, разглядывая его чистую рубашку, которая уже успела помяться. – Я думала, художники в это время только ложатся, предварительно допив третью бутылку вина.

– Я решил сменить диету, – ухмыльнулся Ян, забирая у неё тяжелую связку ключей. – Сегодня в моем рационе только кофе и гортензии. Веди, начальник.

Мастерская невидимых миров

Внутри магазин напоминал джунгли, которые кто-то попытался приручить. Повсюду стояли огромные цинковые ведра с водой, в которых теснились розы, ранункулюсы, нежные эустомы и какие-то экзотические колючки, похожие на кораллы. Воздух был настолько плотным от ароматов, что его, казалось, можно было резать ножом.

– Итак, план такой, – Тая накинула на себя рабочий фартук и бросила второй Яну. – У нас заказ на оформление свадьбы в стиле «лесная сказка». Пятьдесят настольных композиций и три арки. Срок – до обеда.

Ян примерил фартук. Он был ему явно мал, завязки едва сошлись на спине, что заставило Таю прыснуть от смеха.

– Твоя задача – подрезать стебли под углом 45 градусов и убирать лишние листья. Это как чистить холст перед работой, – инструктировала она. – Только не вздумай рисовать на лепестках. Это живой материал, Ян.

Урок ботаники и немного искр

Первый час прошел в сосредоточенном молчании. Ян кромсал стебли с усердием хирурга, а Тая собирала букеты. Её руки двигались с невероятной скоростью: она выхватывала цветок, крутила его в воздухе, находила идеальное место и закрепляла лентой. Это было похоже на танец.

– Ты всегда знала, что будешь этим заниматься? – спросил Ян, наблюдая, как она бережно расправляет лепестки пиона.

Тая на мгновение замерла. – В детстве я жила в Талгаре, у бабушки был огромный сад. Я верила, что если правильно составить букет, можно загадать желание, и оно исполнится. Глупо, да? Но когда я собираю цветы, я чувствую, что мир на пару минут становится… правильным. Понятным. Без лишнего шума.

Ян подошел ближе. Он взял со стола веточку гипсофилы – мелкие белые цветы, похожие на брызги краски. – Знаешь, в живописи есть понятие «воздушная перспектива». Это когда дальние объекты кажутся размытыми и голубоватыми. Ты делаешь то же самое, только в объеме. Ты создаешь глубину из запахов и текстур.

Он протянул руку и аккуратно заправил выбившийся локон ей за ухо. Тая не отстранилась. В тишине подвала было слышно только капанье воды в раковине и их дыхание.

– Ты слишком много анализируешь, художник, – прошептала она, глядя ему прямо в глаза.

Бунт цвета

К десяти часам утра Ян окончательно освоился. Но его творческая натура требовала выхода. Пока Тая отлучилась на склад за лентами, он нашел в углу старые белые коробки для шляпных букетов и свои маркеры, которые всегда носил в кармане.

Когда Тая вернулась, она застыла в дверях. Ян сидел на полу, окруженный коробками, которые он превратил в произведения искусства. На картоне расцветали абстрактные горы Алматы, переплетающиеся с графичными стеблями цветов. Это не была классическая упаковка – это был манифест.

– Ян! Что ты наделал?! – воскликнула она, но в её голосе не было злости.

– Я просто добавил немного контекста, – он поднял одну коробку. – Смотри, этот букет роз в этой коробке теперь не просто подарок. Это история о том, как розы выросли прямо посреди города.

Тая подошла и провела пальцами по еще влажным линиям маркера. – Это… это потрясающе. Клиенты с ума сойдут. Но ты же понимаешь, что теперь мне придется поднять цены вдвое?

– Бери трижды, – рассмеялся Ян. – Половину отдашь Пикассо на креветки.

Затишье перед…

Они закончили работу, когда солнце уже высоко стояло над верхушками тянь-шаньских елей. Весь магазин был заставлен готовыми композициями. Они выглядели как единая инсталляция – дикая, яркая и абсолютно живая.

Тая вытерла лоб тыльной стороной руки, оставив на нем полоску зеленого сока. – Мы справились. Ты лучший подмастерье из всех, кто у меня был.

– Я планирую повышение, – Ян шагнул к ней, сокращая расстояние до минимума. Он чувствовал тепло, исходящее от неё, и запах мокрой земли, который теперь казался ему самым приятным ароматом на свете.

Тая подняла голову. Её взгляд смягчился, исчезла привычная ироничная защита. Она положила руки ему на плечи, прямо на завязки того самого смешного фартука.

– И на какую должность ты претендуешь? – её голос стал тише.

– На ту, где мне разрешат приходить сюда каждое утро. И не только ради цветов.

Ян медленно наклонился, и на этот раз не было ни горного ветра, ни толпы критиков. Был только полумрак цветочного подвала и вкус кофе на губах. Их поцелуй был робким, как первый подснежник, но в нем чувствовалась сила ледника, который начинает таять под весенним солнцем.

В этот момент колокольчик над дверью резко звякнул. В магазин вошел высокий мужчина в идеально выглаженном сером костюме. Он снял солнечные очки, и Тая мгновенно отстранилась от Яна, её лицо в секунду стало бледным, как те самые гипсофилы.

– Тая, – произнес мужчина холодным, лишенным эмоций голосом. – Я смотрю, ты нашла себе новую… игрушку. Надеюсь, он подрезает стебли лучше, чем я.

Ян почувствовал, как воздух в комнате мгновенно похолодал. Он посмотрел на Таю, но она не смотрела на него. Она смотрела на гостя с выражением, в котором смешались страх и глубоко запрятанная обида.

Глава 4: Тени на белом холсте

Тишина, воцарившаяся в магазине, была не той уютной «тишиной гор», о которой они говорили на Медео. Это была тишина вакуума, в котором закладывает уши. Мужчина в сером костюме – Артур – стоял в дверях, и его безупречный вид казался оскорблением среди творческого хаоса из обрезанных стеблей и испачканных маркерами коробок.

– Артур, – голос Таи прозвучал ровно, но Ян почувствовал, как её пальцы, всё еще лежавшие на его плече, мелко задрожали. – Твой заказ на оформление офиса будет готов к понедельнику. Зачем ты здесь в субботу утром?

– Пришел посмотреть на «лесную сказку», о которой говорит весь город, – Артур медленно прошелся по залу, по-хозяйски заглядывая в ведра с цветами. Он остановился перед коробкой, которую расписал Ян. – Хаотично. Грязно. Совсем не в твоем стиле, Тая. Ты всегда любила симметрию. Прямые углы. Порядок.

Ян сделал шаг вперед, инстинктивно закрывая Таю собой. Он был выше Артура, и в его глазах сейчас горел тот самый «шторм», который он так мастерски переносил на холсты.

– Порядок – это для тех, у кого нет фантазии, – негромко, но твердо произнес Ян. – А здесь территория живого искусства. Вы что-то хотели купить или просто ошиблись дверью, «мистер Симметрия»?

Артур наконец удостоил Яна взглядом. Это был взгляд человека, который привык покупать всё, что ему нравится, и выбрасывать то, что надоело. – Ты, должно быть, тот самый художник. Мальчик с красками. Тая всегда тянулась к… временным увлечениям. Но цветы вянут, Ян. А обязательства остаются.

– Уходи, Артур, – Тая вышла из-за спины Яна. Её лицо было бледным, но в глазах зажглось холодное упрямство. – Мы всё обсудили полгода назад. Этот магазин – моё дело. Моя жизнь. Ты не имеешь к нему никакого отношения.

– Пока что, – бросил Артур, направляясь к выходу. На пороге он обернулся. – Кстати, Тая, твоя мать звонила. Она надеется увидеть тебя на семейном ужине в следующее воскресенье. Сказала, что ты перестала брать трубку. Подумай об этом.

Дверь закрылась с резким, сухим щелчком.

Дорога к небу

Тая стояла неподвижно, глядя в пустоту. Ян подошел к ней и осторожно взял её за руки. Они были ледяными.

– Кто это был? – тихо спросил он. – Только правду, Тая.

– Моя прошлая жизнь, которую я пыталась запереть на замок, – она подняла на него глаза, и Ян увидел в них не страх, а глубокую усталость. – Артур – сын бизнес-партнера моего отца. У нас был «идеальный» брак по расчету двух семей. Алматинская элита, приемы, скучные разговоры о акциях и инвестициях. Полгода назад я просто собрала вещи и ушла. Сменила квартиру, открыла этот подвал. Я думала, что если я буду создавать что-то хрупкое и недолговечное, как цветы, он не сможет наложить на это свои лапы. Но он… он не умеет проигрывать.

Ян притянул её к себе, обнимая так крепко, будто хотел защитить от всего мира. – Собирайся.

– Что? Куда? – Тая удивленно отстранилась.

– Мы едем. Прямо сейчас. В этом городе слишком много людей, которые думают, что знают, какой ты должна быть. Поедем туда, где нет ни симметрии, ни семейных ужинов.