Стенли Вейнбаум – Межпланетные истории (страница 63)

– Да, это правда. Откуда вы узнали?

– Кажется, читал где-то, – а потом путешественник небрежно спросил. – А как относительно того торговца в Акве?

– Карла Кента? Он хороший товарищ. Живет в Акве со своей дочерью Кэрол.

– Это у них мы остановимся из-за наводнений?

– Да. Они всегда рады увидеть новое лицо.

– И никак невозможно оставить поселение в сезон наводнений… как я предполагаю.

– На это нет ни одного шанса. Вам не удастся открыть дверь, потому что вы не сможете преодолеть давление воды. Но даже если бы вам это удалось, я бы наружу не полез. Если вы под землей, то лучше там и оставаться!

Несколько минут Скалер думал о чем-то, тихонько напевая себе под нос, и лишь потом заговорил:

– А сколько продлится это наводнение? – спросил он наконец.

– Давайте посмотрим, – Амхерст осторожно подвинулся, поудобнее устраиваясь на спине Качалки. – Начнется оно через два дня. Возможно, вам удастся покинуть Акву двенадцатого мая по земному календарю. Кстати, а как вы собираетесь вернуться в Гидрополис? – он внимательно посмотрел на Скалера. – В одиночку вы никогда не найдете дорогу.

– Я так прикинул, что вернусь назад с Макгоуном. Или подожду, пока вы не отправитесь к Капающей воде или к Слезливым холмам. Вы же всегда останавливаетесь в Акве на обратном пути?

– Да. Но я не понимаю, что вы-то будете делать в Акве целых два месяца.

– Возможно, займусь осмотром достопримечательностей, – улыбнулся Скалер.

Когда вновь наступила ночь, они не стали останавливаться. Вот-вот должно было начаться наводнение, и у путников не оставалось времени на отдых. Теперь грязевые омуты встречались все чаще и чаще, и хотя гиппы с легкостью справлялись с такими препятствиями, скорость движения стала много меньше. Ветер усилился, и всадникам приходилось прилагать определенные усилия, чтобы удержаться в седле.

Через несколько часов они приблизились к очередному холму. Подъем по крутому склону в темноте замедлил их движение еще больше, но Амхерст решил срезать и гнал вперед. Он ехал по неотмеченной на карте земле, тихо посапывая в седле. Внезапно луч света ударил ему в лицо. Здесь в горных отрогах царила полная тьма, и яркий свет буквально потряс его. А за источником света скрывалась огромная туша. Она двигалась прямо к путешественникам. Звук перемалываемых камней оглушил Амхерста.

Скалер спокойно проехал мимо, а Качалка Амхерста сбилась с курса, направившись прямо к источнику яркого света. Амхерст несколько раз дернул повод своего скакуна, но тот не собирался поворачивать. Потом, когда луч полностью залил его светом, он почувствовал, как его тянет к источнику странного свечения. Впереди был источник гипнотизирующего света, а справа и слева – пустота.

Амхерст чувствовал, как мысли его начинают притупляться, чувствовал, что его тело становится вялым, наклоняется вперед. На какую-то секунду свет исчез, и тут же сила потекла назад в тело Амхерста. Он понял, что тварь вытягивала из его тела жизненные силы, и если он хочет свернуть, то должен закрыть глаза Качалки, но даже тогда с управлением скакуна будут проблемы. Теперь, когда туша была рядом, путник отлично видел огромную зияющую пасть, внутри которой, подобно поршню, вверх-вниз двигался странный прут.

Пока Амхерст смотрел, огромный обломок скалы скатился в открытую пасть чудовища и когда поршень обрушился на него, разлетелся на куски. С невероятным усилием человеку удалось закрыть глаза. Тогда, подняв щиток своего шлема, он подставил лицо ледяному воздуху, взял узду Качалки в зубы и, закрыв руками его глаза, потянул узду изо всех сил, пытаясь развернуть своего скакуна. Качалка повиновался.

Теперь… Если его скакун не изменит направления, он будет в безопасности. Иначе их сожрут. Стараясь не смотреть в сторону источника света, Амхерст глубоко дышал, пытаясь синхронизировать дыхание с ударами сердца. Безопасность! Тварь медленно двинулась вперед, понимая, что вот-вот добыча ускользнет.

Скалер, находившийся вне гипнотического действия света, поинтересовался, в чем дело.

– Мы не могли сменить направление, пока свет бил нам в глаза, – объяснил спутнику Амхерст. – Но не это самое странное. Та тварь жрала камни. Если не считать марсианских строителей пирамид… Нет, никогда раньше не слышал о таких тварях.

– А вас она хотела прибавить к своей минеральной диете, – с усмешкой заметил Скалер.

– И ей это почти удалось, – усмехнулся Амхерст. – Всеядная тварь попалась, видно, нужны ей были не одни минералы.

– Еще одна глава в этой саге странствий, – Скалер чуть сместился на спине Добряка и вновь прикрыл глаза, задремав.

Через два земных дня путешествия они увидели купола Аквы, напоминавшие наполовину закопанные в землю яйца гигантской птицы, оставленные века назад, такие же серые, как и окружающий пейзаж. На каждом куполе можно было рассмотреть очертания дверей – единственное напоминание о том, что тут жили люди. Однако два уставших путника после долгих дней и ночей поездки обрадовались при виде маленькой деревни, скрытой под куполом.

– Вот и Аква, – вздохнул Скаллер. – Аква Ганимеда. Звучит почти по-библейски.

Откуда-то издалека донесся приглушенный рев.

– Только нам нужно поторопиться, – заметил Амхерст. – Приближается наводнение.

Боб Амхерст с восхищением взглянул на стройную девушку на станции торговли.

– Ты ли это, Кэрол? Тебя не узнать, – он говорил это, а глаза его сверкали. Последний раз, когда он видел девушку, она была долговязым подростком лет шестнадцати, а теперь она стала богиней-блондинкой, округлой, возбуждающей. Ее золотые волосы и синие глаза были единственным цветным пятном на фоне серой станции. В какой-то момент Амхерст понял, что она и в самом деле выросла.

– Тебя тоже, – она закрыла дверь, отрезая поток свежего воздуха, льющегося снаружи.

– Ты стала такой красавицей, – чтобы скрыть собственное удивление, он говорил с ней как с ребенком. – Волосы расчесаны, лицо чистое, и…

– И вы тоже выглядите хорошо, – ее взгляд скользнул к Скалеру.

– Забыл представить, Кэрол. Это Скалер.

Скалер с восхищением смотрел на девушку.

– А где твой отец? – поинтересовался Амхерст.

Лицо Кэрол стало печальным.

– Отец так и не вернулся после прошлого наводнения. Я продолжаю поддерживать порядок.

Не вернулся! Больше можно было ничего не говорить. Каждый понимал, что это значит: оказаться за пределами куполов деревни, когда потоки воды с грохотом обрушиваются на землю. Это страшно! Карл Кент был не последним торговцем на Ганимеде. Жаль, что он исчез почти сразу после того, как создал свою формулу. Для Кэрол в этом тоже не было ничего хорошего. Теперь она оказалась в полном одиночестве.

Путешественники последовали за девушкой по подземному проходу, который вел в жилые помещения. Купола были сконструированы таким образом, что могли противостоять давлению воды. Внутри были воздух и тепло. Только там путешественники сняли свои вакуумные костюмы.

Дверь из воздушного шлюза, как и все остальные, вела на центральную площадь. Нимпусы и земляне собрались там, чтобы переждать наводнение. Из-за активной деятельности всех ее обитателей деревня напоминала муравейник. Нужно было приготовить резервуары, чтобы сохранить воду, из которой они получали кислород, проверить и смесители азота, которые смешивали эти два газа, создавая смесь, годную для дыхания, на время наводнения.

Амхерст отправился по своим делам, присмотрел за кри, привязал гиппов, посмотрел, как ведется подготовка к наводнению. Тем временем Скалер и Кэрол сидели в теплой, переделанной для землян зале, которую обставил сам Карл Кент.

– Когда мне говорили что приведут меня на самую известную торговую станцию на Ганимеде, я и в самом деле поверил в это, – Скалер не спускал взгляда с девушки.

– Да. Я делаю, что могу. Отец попал в наводнение до того, как успел организовать лаборатории на других станциях.

– А он собирался? Мне кажется, это опасно, открыть людям такую тайну.

– Нисколько, – ответила Кэрол. – Кроме как на Ганимеде кри нигде нет, а «Кри-инкорпорейтед» имеет монополию на планете.

– Не знал, – он придвинулся, чтобы сесть рядом с девушкой. – Не стоит вам хоронить себя здесь, – неожиданно объявил он. – Вы не понимаете. Вы должны жить на Земле… не тратя тут жизнь попусту.

Кэрол улыбнулась. Она никогда не была на планете, которая отсюда казалась маленькой булавочной головкой, но она читала о ней, читала о городах, построенных на открытом воздухе, ее подземных скоростных дорогах, ее прекрасных женщинах.

– Расскажите мне об этом мире, – тихим голосом попросила девушка. – Он сильно отличается от Ганимеда?

– Настолько, что не знаю, с чего начать…

– Я всегда хотела увидеть Нью-Йорк, – она с завистью посмотрела на Скалера.

Амхерст вошел в комнату вовремя, чтобы услышать последние слова девушки.

– Все это лишь внешне привлекательно, – вмешался он. – Там много всякого разного, чего мы не хотели бы видеть на Ганимеде.

Скалер улыбнулся.

– Гангстеры и жадность давным-давно остались в прошлом.

– Гангстеры остались, – коротко возразил Амхерст. Неожиданно мысль о том, что весь период наводнения ему придется провести со Скалером под одной крышей, начала его раздражать. Возможно, совершенно бессознательно он хотел остаться один на один с Кэрол. А теперь понял, что из-за Скалера ему это не удастся.