Стелла Так – Бойся света (страница 95)

Демон в обличии моего отца успокаивающе протянул мне руки.

– Я бы с радостью предпочел обучать тебя в других обстоятельствах, но время не ждет. Зерно было посеяно, настало время собирать урожай. Я приведу тебя к Люциферу, и он наверняка будет рад видеть свое тело. Ты можешь гордиться собой. Твоя жертва изменит этот мир.

– Как ты смеешь… – начал я, но не успел закончить фразу, как к моему носу прижали мокрую тряпку. Из горла вырвался сдавленный крик, я попытался ухватиться за нападавшего, но меня удерживали, пока мысли не стали расплываться, а мышцы не превратились в вату. Судорожно я пытался остаться в сознании, но хлороформ подействовал невероятно быстро. Комната закружилась перед глазами.

– Не волнуйся. Это не станет для тебя концом. Мы только начинаем, мальчик мой, – раздался приглушенный голос сквозь туман в моей голове.

Рука нежно погладила меня по волосам, и последнее, что я увидел перед тем, как потерять сознание, – черные, как смоль, глаза демона, которого я всю жизнь считал своим отцом.

Глава 51. Лор

Майлинг. Души погибших насильственной смертью детей. После смерти плачут на месте тайного захоронения или расположения трупа. Во времена убийств незаконнорожденных детей данный вид встречался чаще обычного. Майлинг часто взаимодействует с предметами, из-за чего причисляется к полтергейстам.

Я опоздал. Я понял это, когда шел по проходам подземелья и считал трупы экзорцистов. Я знал почерк сестры, и она больше даже не пыталась его скрыть. Ее сила пульсировала в темных помещениях, как удар молота.

Генри испуганно лаял и бежал так быстро, что я едва поспевал за ним. Теневой пес обнаружил меня, как только я вошел на кладбище. То, что он добровольно покинул Лиф, говорило лишь о том, насколько сильно все пошло не так.

Это подтвердилось, когда я почувствовал присутствие сестры. Уна была здесь. Это означало, что детские игры закончились.

Как сумасшедший я несся за псом, а за мной неслась орда разъяренных экзорцистов. В начале мне еще удавалось от них отмахиваться, но, когда они найдут тела своих товарищей, начнется настоящий ад. Уна постаралась.

В тот момент я поклялся себе, что больше не оставлю Лиф одну. Даже если это будет самым неправильным решением. Страх потерять ее стал настолько сильным, что потряс меня до самой глубины черной души. Если я и вправду потерял Каина, то потеря Лиф меня добьет.

Я увидел Лиф в тот самый момент, когда Уна вонзила свой кулак в ее грудную клетку.

Мое сердце остановилось. На секунду я увидел лишь кровь и непередаваемую боль на ее лице. Один глаз был зеленым, как у человека, а другой – черный, как у демона. Изо рта ее текла кровь.

Прежде чем Уна успела вырвать ее сердце, я подпрыгнул к сестре, схватил ее за горло и с удовольствием свернул ей шею. Уна замерла и спустя мгновение рухнула на землю. Сдерживая ярость, я выдернул ее руку из груди Лиф, которая широкими глазами смотрела на меня.

– Л… Лор? – заикаясь, прошептала она.

– Я здесь. Я тут, Лиф. Твою мать, мне так жаль, – сказал я, опускаясь на колени. Серпом я перерезал черные нити Уны. Лиф упала в мои объятия, лишь наполовину придя в сознание. Я обхватил ее и стал успокаивать: – Все в порядке, я здесь. Я с тобой.

Я чмокнул ее в макушку, чувствуя наконец, что оказался там, где мне самое место.

Хруст позади меня заставил обернуться.

– Как же так… – прорычала сестра, сплевывая кровь. Шея ее встала на место, и она сердито уставилась на меня: – Получается, что ты, тварь такая, вечно приходишь не вовремя?! Поначалу это казалось забавным, но с меня довольно.

– Ты права. Надо побыстрее покончить с этим, чтобы я успел прирезать еще одного члена семьи, – рыкнул я на сестру, притягивая к себе Лиф, которая потихоньку приходила в себя. Если бы Уна вырвала ее сердце, то она бы, наверное, не умерла, но восстановление длилось бы крайне долго.

Злобный хохот Уны разнесся по коридорам, и она с издевкой зашипела на меня:

– Да ты только посмотри на себя. Каким жалким ты стал! Хватаешься за эту девчонку, как хрен пойми за кого. Как же низко ты пал, брат. Хватит с тебя. Ты уже все потерял, так что же ты так стараешься помешать мне вернуть отца? Мы бы изменили мир. – Она попятилась назад, и во взгляде ее я увидел безумие, когда она прошептала: – Почему ты не даешь мне изменить мир, Лор? Неужели ты настолько мелочен, что не позволяешь мне сделать даже это?

– Мелочность тут ни при чем, Уна. Иди, порабощай мир, мне дела нет до этого. У каждого должны быть свои хобби. Но пытаться вернуть отца – самое глупое, что ты могла сделать. Как только Люцифер обретет тело, он все уничтожит. Такова его природа. Думаешь, он пощадит тебя, потому что ты его «любимая дочка»? Ты можешь врать кому угодно, но только не себе. Он сожрет тебя заживо.

– Ты просто завидуешь! Ты всегда завидовал, что он любит меня больше, чем тебя, – кричала она, и слюна с ее губ слетала на землю.

– Ты сошла с ума, Уна!

Сестра захихикала.

– О нет, нет, безумие еще даже не началось. Неужели ты думаешь, что я все делаю в одиночку? Демоны годами ждали эту войну, готовились. Скоро нас будет достаточно, и когда отец получит свою оболочку, нас уже ничто не остановит. А теперь отдай мне девчонку, Лор.

– Только через мой труп, – фыркнул я, и сестра оскалилась.

– Это можно устроить.

Тьма коконом сгустилась вокруг Уны, медленно формируя длинные толстые и тонкие нити за ее спиной, словно щупальца. Она прыгнула в нашу сторону, мы пересеклись взглядами, и я выпустил собственную тьму. Одним яростным рывком я впечатал ее в каменную кладку. Сила моя стала буквально сгрызать камень, пока я вливал в шаткие стены все больше собственной энергии. Все подземелье задрожало, и по стенам побежали глубокие трещины.

– Что ты творишь? – закричала Уна, когда посыпались первые куски грязи и камня.

– Это называется «выиграть время, чтобы дать деру», – пояснил я, и со следующим импульсом потолок рухнул прямо на нас.

Уна уставилась вверх и обернулась темными щупальцами, как гусеница в коконе.

– Бежим! – крикнул я Лиф, при этом понимая, что нам понадобится чудо, чтобы целыми выбраться наружу. Трясущуюся девушку я буквально тащил за собой, постоянно спотыкаясь.

С потолка на нас с невероятной скоростью летели валуны. Один из них задел мой висок, и в глазах заплясали звездочки. В тот же миг перед нами упал булыжник, преграждая путь. Лиф тяжело упала на землю, и я поднял ее, взбираясь на глыбу.

Пока я высматривал пути наружу, камни разных диаметров и форм били нас по всем частям тела, до каких в принципе могли достать. Позади нас земля начала двигаться и проваливаться. Подземелье было готово вот-вот обрушиться, как выстроенные в линию костяшки домино. Помимо камней падали и останки, которые почти моментально ломались на земле или же сразу превращались в пыль.

Отыскав дорогу, мы ринулись вперед. Лиф крепко вцепилась ногтями в мою руку, но мне было все равно, ведь я наконец заметил дневной свет.

Все кругом осыпалось, я подбежал к просвету и вытолкал Лиф наверх. Я прыгнул следом, сильно ударившись головой о летящие валуны, и услышал оглушительный грохот. Подземелье полностью обрушилось.

Глава 52. Лиф

Чурел. Подвид суккубов. Высасывает из своей жертвы все жидкости, пока она не высохнет или не состарится. В группу риска входят мужчины.

Нас окутало густое облако пыли. Борясь с кашлем, я попыталась пошевелить конечностями, но рана в груди настолько прибивала к земле, что мне не оставалось ничего, кроме как перевернуться на живот и ползти к Лору по-пластунски. Он лежал на влажной траве лицом к небу. Должно быть, прошел дождь, потому что воздух и вся зелень были влажными.

– Лор! – сквозь боль прокричала я.

Мои пальцы нашли его ладонь, сжали ее, и я рухнула рядом. Он здесь. Со мной. Со мной. Он искал меня и нашел. Я так долго грезила об этом моменте, думала, что же я сделаю или скажу, когда вновь увижу его. Фантазии были самыми разнообразными: от бурных объятий до жестокого избиения из-за того, что он посмел оставить меня одну и просто сбежать в теле моего дорогого брата. Но когда я увидела его здесь, увидела их вдвоем, даже если это было только тело Эм-Джея, на глаза мои навернулись слезы.

– Я так ненавижу тебя, ты знаешь об этом? – пролепетала я сквозь ком в горле, и взгляд Лора смягчился, как растопленное масло.

– Я тоже скучал по тебе, – сказал он хриплым голосом и притянул меня в свои объятия. На короткий миг он прижался лбом к моему, и я дала волю горьким слезам. Капли оседали на щеках Лора, смывая с них толстый слой пыли.

– Что… Что с Эм-Джеем? – пробормотала я.

Лор вздохнул.

– С малышом все в порядке.

– Я надеюсь на это, – со вздохом произнесла я, и Лор оторвался от меня, переводя взгляд на разрушенный проход в подземное кладбище. Теперь там торчали лишь острые груды обломков.

– Зараза, поверить не могу, что мы выбрались оттуда, – признался Лор, словно читая мои мысли. Лицо его было покрыто пылью и казалось серым.

– Это была самая глупая идея в твоей жизни, – сказала я.

– Где-то я уже это слышал.

– Уверена, не раз и даже не десять.

– Тоже верно. По крайней мере, Уне теперь понадобится время, чтобы вылезти оттуда.

– Хочешь сказать, она жива?

Он хмыкнул.

– Так быстро мы от нее не избавимся, но, по крайней мере, это даст нам достаточно времени, чтобы сбежать. Пойдем. Пора выбираться отсюда, пока проблем не набралось.