Стелла Так – Бойся света (страница 89)

– Потому что мы с сестрой хотели сбежать подальше от дома. Обстановка в нашей семье невероятно напряженная, – сказал он так искренне, что я не могла не хихикнуть.

– Прости, я не специально.

– Ничего страшного. Я окончу Академию и стану спиритуалистом. А пока наслаждаюсь жизнью.

Прежде чем я успела что-то ответить, Интендант прошел сквозь толпу и встал у невысокого ограждения, выходящего на Круг. По обе стороны от него стояли Мидас и Крэйн, а также директриса Серафина Хардвуд. Руководительница спиритуалистов выглядела, как всегда, потрясающе. Ее волосы рассыпались по костюму из светло-коричневой ткани. Пальто легко развевалось на ветру, а на голове красовалась маленькая шапочка с вуалью, прикрывавшей глаза.

– Прошу тишины, – прогремел голос Интенданта, и все моментально затихли. Он одарил толпу ослепительной улыбкой. – Почтенные экзорцисты, уважаемые гости и члены нашего сообщества. Для меня большая честь и удовольствие стоять сегодня перед вами и открывать второе испытание наших традиционных Игр Экзорцистов. Я также хотел бы поблагодарить директрису Хардвуд за ее усилия по организации этого испытания.

Речь его прервали короткие, но громкие аплодисменты. Серафина одарила собравшихся небольшой улыбкой и наклоном головы, а Интендант продолжил:

– Эти Игры, проводящиеся каждые четыре года, являются не только свидетельством нашей отваги и мужества, но и доказательством нашей общей миссии: освобождение душ от оков запредельного. Хайгейтское кладбище, где мы сегодня собрались, – место, имеющее огромное историческое значение и духовную глубину. Подземелья этого кладбища хранят в себе тайны и истории прошлого, и наша задача – исследовать их и освободить запертые там души. Здесь, в этом почтенном месте упокоения, где встречаются история и мир призраков, мы сделаем все возможное, чтобы выполнить свою общую миссию. Ваша задача проста. Каждый из вас, двадцати восьми отважных экзорцистов, проведет в подземельях двадцать четыре часа и изгонит как можно больше призраков. Это испытание проверит не только ваши навыки, но и решимость. Будьте уверены, вы не одиноки. Несколько наставников пойдут с вами и вмешаются, если ситуация выйдет из-под контроля. Тем не менее мы уверены, что каждый из вас справится с задачей на отлично.

Интендант откашлялся, затем продолжил так же громко:

– Я хотел бы подчеркнуть, что Игры Экзорцистов – это не просто соревнование, но и возможность стать ближе, стать единым сообществом. Наши братья и сестры верят в нас, и мы не должны их подвести. Мы – семья, которая работает вместе во благо тех, кто больше не имеет права голоса. Еще раз четко определим правила: если в течение двадцати четырех часов экзорцист покидает территорию кладбища – он выбывает из Игр. Тот из вас, кто успешно изгонит наибольшее количество духов, будет объявлен победителем и удостоится чести получить приз за это испытание. Прошу всех вас приложить максимум усилий не столько для испытания, сколько ради освобожденных вами душ. Наша миссия чрезвычайно важна, и я горжусь тем, что являюсь частью сообщества, посвятившего себя такому благородному делу. Пусть дух мудрости и решимости направляет наши шаги на пути в подземельях. За успешные и благословенные Игры. Спасибо и удачи!

Снова раздались аплодисменты. Весь этот шум звучал как зловещее предзнаменование. Я беспокойно переминалась с ноги на ногу, а по костям пробежался неприятный холодок. На небе загрохотало, и начали падать первые капли.

Интендант перекинулся парой слов с директрисой Хардвуд, которая прочистила горло и заговорила:

– В подземельях хранятся вещи, которые могут вам пригодиться, а также еда и вода. Тем не менее все это в ограниченном количестве. Я хочу еще раз напомнить всем вам, что в подземелье запрещено брать что-либо, помимо своего Спиритуса.

Отлично. Значит, Генри пойдет с нами. Это немного облегчало ситуацию.

– Намеренное причинение вреда другим участникам приведет к немедленной дисквалификации. Как только прозвучит выстрел, выберите один из путей в подземелья. Хочу отметить, что они весьма обширны. Вам может понадобиться время, чтобы пересечься с товарищем, но паниковать не стоит. По истечении времени наставник сопроводит вас обратно наверх. Удачи!

Девушка отступила назад.

Желудок сжался, адреналин забурлил по венам, обостряя зрение. Я обратила внимание на такие мелкие детали, как дрожащие пальцы Вэйна или листок, упавший на землю перед нами. Вспышка молнии пронзила небо, и за ней почти моментально последовал раскат грома.

В следующую секунду прозвучал выстрел, и экзорцисты разбежались, словно им не терпелось спуститься в эти подземелья. Но если я хочу победить, то мне надо поторопиться.

– Удачи, Лиф! – крикнула мне Врэн, прежде чем исчезнуть в одном из проходов.

– Ну что, пошли? – спросила я у Вэйна, который внимательно изучал проходы.

Они выглядели совершенно одинаково, почти как любой вход в дом. Только из камня и очень древние.

Громкие возгласы и свист, а также оскорбления доносились до нас, и через несколько секунд я поняла, что мы были единственными, кто стоял на месте. С неба падали все новые крупные капли, пропитывая мои волосы и стекая по лицу.

– Если мы не определимся сейчас, то точно промокнем до нитки, – сказала я.

Вэйн остановил взгляд на одном из входов и кивнул.

– Этот, – решил он.

– А какая разница? По мне, они выглядят одинаково.

Парень пожал плечами и объяснил свое решение:

– Просто чувство. В заклинательстве его нужно много.

– Тогда будем надеяться, что ты прав, – прошептала я, и мы пошли к дверному проему. Звуки за дверью стали приглушенными, а перед нами предстала каменная лестница в полную темноту.

– У нас нет фонарика? – слегка напряженно спросила я.

– Не волнуйся, я прихватил кое-что с собой, – успокоил меня Вэйн и достал из кармана мерцающую зеленую сферу.

– Что это? – зачарованно спросила я, когда экзорцист вложил ее мне в руку. На ощупь сфера была слегка прохладной.

– Блуждающий огонек, – ответил он. – Думаю, они нам не раз попадутся в этих подземельях. Постарайся не отвлекаться. Они ведут себя как…

– …миражи. Я знаю. У нас же с тобой одинаковые занятия, – напомнила я ему.

– Прости. Я много болтаю, когда нервничаю, – признался Вэйн, когда мы спускались по узкой лестнице.

Запах плесени, грибка и влажного камня окружал нас. Зеленый свет отбивался о стены подземелья, и внезапно из густой тени выскочил Генри. Вэйн резко вздрогнул, и мне пришлось схватить его за край одежды, чтобы он не покатился кубарем по ступенькам.

– Не волнуйся. Это мой Спиритус, – пояснила я.

К счастью, демонический пес набрал массу и перестал быть похожим на щенка. Тем не менее он выглядел более растерянным, чем обычно.

– А, – пробормотал Вэйн, а Генри вышел вперед и повел нас за собой.

Лестница заканчивалась каменной аркой, которая вела в небольшую комнату, будто вырезанную из скалы. Огонек осветил толстые темно-коричневые корни, образующие замысловатый узор на потолке и тянущиеся по двум коридорам, ответвляясь от того места, где мы стояли. В камне были высечены ниши. Некоторые из них выглядели так, словно в них можно уместиться лежа, а другие были забиты…

– Костями, – закончил мои мысли Вэйн.

– Так много, – прошептала я, осветив все вокруг. Здесь было полдюжины овальных выемок, а кости аккуратно сложены в них. Десятки, сотни, тысячи. Черепа смотрели на нас. Столько пустых глаз, которые никогда ничего больше не увидят; и все же мне казалось, что смотрели они прямо на нас/

Свет отодвинул от нас тени и прогнал несколько крыс и мышей, которые скрылись между костей. Их тихий писк и царапанье коготков по камню действовали мне на нервы.

Как выдержать двадцать четыре часа здесь и при этом не сойти с ума?

Вэйн выглядел куда более спокойным. Он приподнял сферу и осветил коридор, который вел вправо.

– Пойдем, Лиф. Давай найдем несколько призраков.

– Не думаю, что это будет сложно, – пробурчала я, но пошла за экзорцистом.

Генри держался рядом со мной, но не выглядел обеспокоенным, что немного успокаивало. Я вспомнила, почему не выбрала направление заклинателей. Призраки слишком пугали мою неустойчивую нервную систему.

Коридор вскоре свернул налево. Слева и справа от нас не было ничего, кроме камня и переплетения корней над головой, с которых изредка падали капли воды. Снова проход сменил направление, и послышалось тихое поскуливание. Я сразу замерла. Сердце колотилось в ушах, я направила ладонь со светящейся сферой вперед, но осветился лишь камень вокруг нас, словно мы были замурованы заживо.

– Вэйн, ты тоже это слышал? – прошептала я, когда послышалось хныканье еще раз. Звучало как… плач ребенка.

– Вот дерьмо.

Вэйн наклонил голову и прижал указательный палец ко рту. Мы прислушались, и хныканье с плачем стало громче. Прямо перед нами. Если бы мы продолжили идти, то неизбежно прошли бы мимо него. Волоски на моем затылке встали дыбом, и я едва успела сделать следующий шаг, как тело сковала паника. Экзорцист вел меня за собой. Генри зарычал, и плач прекратился.

– Эй? – неожиданно раздался тонкий голос. – Есть тут кто-нибудь?

Голос принадлежал совсем маленькому мальчику.

– Мамочка? – всхлипывал он, и голос эхом отражался от стен.

О господи.

У меня встал ком в горле, а в мозгах ярким красным цветом горели «Беги» и «Помоги».