Стелла Полякова – Репатриация сердца (страница 17)

— Технически — из-за твоего питания, — поправил Давид.

— ТЕХНИЧЕСКИ — из-за твоего занудства!

Давид глубоко вдохнул:

— Хорошо. Компромисс. Берём орехи и один пакет чипсов.

— Два пакета.

— Один.

— Полтора.

— Как можно взять полтора пакета?!

— Один большой и один маленький!

Давид помолчал, просчитывая варианты:

— Приемлемо.

Они дошли до кассы с тележкой, полной противоречий: куриная грудка и пицца, овощи и мороженое, орехи и чипсы.

— Мы не сработаемся, — пробормотала Вера, укладывая покупки на ленту.

— Сработаемся, — возразил Давид. — Просто нужно время.

— Сколько времени?

— Три месяца.

— Это оптимистично.

Вечером Давид готовил ужин. Вера сидела на диване с ноутбуком, делая вид, что работает над дизайном. На самом деле наблюдала, как он двигается по кухне — методично, точно, как робот.

— Ты всегда так готовишь? — спросила она.

— Как?

— Как будто следуешь инструкции пошагово.

— А как ещё?

— Импровизировать. Добавлять специи на глаз. Пробовать.

— Рецепт существует неспроста. Если следовать ему точно, получается правильно.

— Но скучно.

Давид повернулся к ней:

— Ты считаешь меня скучным?

Вера не ожидала такой прямоты:

— Я... не это имела в виду.

— Что тогда?

— Что ты слишком правильный. Предсказуемый. — Она прикусила губу.

— Без импровизации.

Давид вернулся к плите:

— Импровизация приводит к ошибкам.

— Иногда импровизация приводит к открытиям.

— А иногда — к катастрофам.

Вера закрыла ноутбук:

— Ты боишься ошибок, да?

Давид не ответил сразу. Помешивал что-то на сковороде.

— Я просто предпочитаю контроль, — наконец сказал он.

— Контроль — это иллюзия.

— Хаос — это тоже не выход.

Они замолчали. На сковороде шипели овощи. Рубик лежал на подоконнике и притворялся, что спит.

Ужин оказался... съедобным. Даже вкусным, хотя Вера не хотела это признавать вслух.

— Неплохо, — сказала она.

— Спасибо.

— Но в следующий раз добавь больше специй.

— Специй было достаточно.

— Было пресно.

— Было идеально сбалансировано!

И они снова спорили. О специях. О вкусе. О том, что значит "правильно".

Рубик спрыгнул с подоконника и демонстративно ушёл в комнату.

— Даже кот устал от нас, — заметила Вера.

Давид посмотрел на закрытую дверь комнаты:

— Он меня правда ненавидит?

— Дай ему время. Он просто не привык к чужим.

— Я пробуду здесь три месяца. Это не "чужой".

— Для Рубика три месяца — это временный квартирант.

Давид усмехнулся — первый раз за весь день:

— Справедливо.

К ночи напряжение достигло пика. Вера пыталась работать, но звук клавиатуры Давида выводил из себя. Он печатал быстро, резко, как автомат.

— Можешь печатать тише? — не выдержала она.

Давид поднял голову от ноутбука:

— Что?

— Ты стучишь как дятел.