Стелла Майорова – Цветы барбариса (страница 2)

– Андрюша в центре не хочет пересекаться, ты понимаешь, – она приподняла брови.

– Поэтому мы тухнем в Подмосковье.

– Это всего лишь замкадье, подруга, – она ехидно сощурила глаза.

А ощущалось как окраина Зарайска.

– Милая, – мужчина в дорогом костюме наклонился к моей подруге и легко поцеловал в губы. Я смотрела, как он придерживал ладонью галстук под распахнутым пиджаком, чтобы тот не нырнул в «Текила-Санрайз». Кольцо блестело на безымянном пальце.

– Андрюша, – я поприветствовала его, драматично приподняв чашку с кофе.

– Как вы, дамы? – он улыбнулся мне. Худощавый и симпатичный. Жаль, он спутался с Марго, я бы охотно прибрала его к рукам.

– Прошу меня извинить, – я медленно поднялась, и держа его какое-то время игривым взглядом, удалилась в уборную, слегка покачивая бедрами.

Наклонилась к зеркалу, чтобы подтереть тушь в уголках глаз. Андрюша ловко проскользнул внутрь и прижал меня со спины.

– Скучаю по тебе, – он хищно поцеловал меня в шею и проскользил ладонями по бедрам. Этот пылкий. Заводится вполоборота. – Я приду сегодня, – нетерпеливо покрывал кожу поцелуями, задыхаясь. – Что принести моей девочке?

– Карточку принеси, котик, – я игриво улыбнулась.

– Понял, не дурак, – он ловко нырнул в карман за портмоне и протянул мне платиновую карту. – Ни в чем себе не отказывай, до вечера она вся твоя, – поцелуй в плечо – и дверь захлопнулась.

Мы еще немного посидели в кафе. Я наблюдала за снегопадом и неуклюжими ласками Марго и Андрюши. Странная парочка. И очень скучная.

Поэтому я рада была оказаться в своей машине. Пусть и в пробке. Снег не прекращался. Зато отличный повод выгулять новую шубку. У Макса определенно есть вкус. А у меня – шиншилла, выкрашенная в фуксию. Марк назвал это кощунством и безвкусицей, на которую я спустила, как он полагает, его кровные.

И вот Москва снова превратилась в унылую хтонь, погрязшую в сером снеге, смешанном с дорожной грязью. Серые машины, за рулем которых серые люди. Глаза б мои не видели подбитую ржавую «Хонду» у капота.

– Да поезжай уже, поезжай! Святые шпильки, – я закатила глаза. Колонна тронулась. Нажала на газ. Фары моргнули. Потом исчез звук кондиционера. Панель приборов стала блеклой, будто затухающая свеча. – Ты чего удумала, подруга?

Я не без труда вырулила из пробки на обочину, где черный снег перемешивался с солью и льдом, и заглушила двигатель. Попробовала включить аварийку – бесполезно. Ни щелчка, ни вспышки.

– Не зря ты мне никогда не нравилась, – я зашипела. Схватила мобильник: батарея села. – Вот так драматургия, мать ее! – начала истерично смеяться. – Ничего, и не из такого дерьма выбирались, – снова и снова поворачивала ключ в зажигании, пока машина не завелась. – Не на ту напала! – поднесла к губам замерзшие пальцы и задышала на них.

Я ехала медленно, оглядываясь по сторонам в поисках автомастерской. Снег усиливался. Застрять за МКАДом сегодня не входило в мои планы. Никогда я так не радовалась облезлому указателю с надписью «СТО». Завернула и облегченно выдохнула.

Ворота автосервиса проржавели. Пахло гретым железом, маслом и резиной. Снег на колесах хрустел, когда я въезжала во двор. Не выношу такие места, они угнетают. Грязно, воняет, люди грубые и хамоватые. Пусть бы этим всем как обычно занимался Марк.

– Загоняйте прямо к стене, – на входе показался парень. Он крикнул и махнул рукой.

Я проехала вперед и заглохла.

– Да пошла ты! – я схватила сумку и выскочила на снег. – Привет, – я подошла к мастеру. Он кивнул, потирая руки полотенцем. Окинул меня оценивающим взглядом, как всегда бывает, и повернулся к машине.

– Что случилось?

– Панель замигала. Фары тоже. И глохнет, – я запахнула шубу.

Он заткнул полотенце за пояс, молча поднял капот и привычно нырнул под него. Я смотрела, как снег за воротами медленно превращался в грязную кашу. Внутри было прохладно, лампы под потолком мигали.

– Ключ?

– В зажигании, – я скрестила руки на груди. Он сел за руль, попробовал повернуть. Ни щелчка. Ни писка. Машина на него не реагировала. Зато реагировала моя нервная система на вид испачканного моторным маслом красного комбинезона, соприкасавшегося с белоснежной кожей салона. Я увела взгляд в сторону.

Он ловко вынырнул, подошел к стенду, достал какие-то инструменты и вернулся.

– Сначала проверим АКБ.

Я ничего не поняла. Просто следила, как умелые руки подключали щупы. Он подождал немного и кивнул.

– Заряда почти нет, – облизал нижнюю губу. Я вдруг подумала, что парень довольно хорош собой. Молодой совсем, но сложен идеально. Красный рабочий комбинезон спущен и повязан на животе. Черная футболка оголяла крепкие смуглые руки. Он наклонился под капот и долго что-то там высматривал.

И вот я потела в своей шиншилле посреди вонючей мастерской, разглядывая лучшую в моей жизни задницу, и думала о том, что именно так и начинается хорошее порно.

– Но это следствие. Причина в подзарядке, – он выпрямился, ослепив меня фонариком. Я заморгала. Он потянулся ко лбу – свет погас.

Сквозь белые остаточные вспышки я увидела темные глаза. Он задержался на мне всего на секунду и тут же отошел к стене, возвращаясь с чем-то тяжелым, похожим на металлическую тележку с ручкой. Потянул ее одной рукой, будто та ничего не весила. Колесики стучали по бетонному полу. Он катил ее привычным движением легко и умело.

Я наблюдала, как он остановился у переднего левого колеса, осмотрел днище. Присел. Щелчок – и эта штука встала на место под машиной.

Взял рукоятку, начал качать. Движения медленные, ритмичные. Плечи подрагивали, мышцы на предплечьях играли. Спокойный, сосредоточенный. Ни суеты, ни показной силы, только точность. Святые шпильки, было в этом что-то завораживающее. Он весь как хорошо собранный механизм, только живой. Чертовски занимательно. Хотелось, чтобы он не останавливался. Я вслушивалась в звук его дыхания и металлический скрип под шинами. И ждала, когда он уже попытается произвести на меня впечатление, но он был занят своим делом и не обращал на меня никакого внимания. Я нахмурилась.

Машина чуть дернулась вверх, потом замерла. Он что-то подложил под нее, для страховки, видимо. Он все делал уверенно, спокойно, будто чувствовал металл ловкими пальцами. Боже, только представьте, как он обращается этими пальцами с женщинами.

Он выпрямился, мельком глянул на меня, коротко, искоса. И снова занялся делом, как будто все остальное не существовало. Как будто меня не существовало. От его холодности колени стыли больше, чем от мороза. Ну и пошел ты.

Будто он такой диковинный мужчина, которым любуешься, даже когда он просто закручивает болт. Я отвернула от него лицо.

Но тут же повернулась обратно, когда он встал на колени у колеса. Быстро перевернулся на спину и нырнул под днище, ловко оттолкнувшись от пола. Я смотрела на его широко расставленные колени и уже думала о том, что заберу его с собой.

Сухой холод щипал пальцы, но было все равно. Он лежал на спине, а я уже представляла…

– Родная защита, – его глухой голос вернул меня из жарких мыслей. – Металл. Не алюминий, не пластик. Это хорошо.

Это все очень хорошо. Я прикусила губу. Он спокойно лежал под моей машиной, на грязном полу бокса, пропитавшимся соляркой и старым маслом. А я не могла отделаться от фантазий, где он снимает с меня одежду. Я приблизилась к нему, рассматривая его ниже пояса. Он все еще ковырялся в днище, от движений его тело немного подергивалось.

Снизу послышался тяжелый лязг: кусок металла ударился о бетон. Парень выскользнул из-под машины и замер, лежа передо мной на спине. Мои сапоги оказались прямо между его ног. Черные глаза сверкнули.

– Сдай назад, – он дернул подбородком. Я отошла, позволив ему подняться. Он вылез, отряхнул руки, взял то-то и снова нырнул под днище.

Я терпеливо ждала этого хама обратно.

– Ремень генератора на месте, не порван, но… – он выскользнул и ловко поднялся, – похоже, проскальзывает. Заводской брак, видимо. Вручную крутнуть не вышло, нужна замена.

– Как тебя зовут? – я игриво наклонила голову вбок и пыталась поймать его взгляд.

– Повезло, что не заклинил на скорости, – он вытер руки полотенцем и отошел. – Оставляйте.

– Это надолго? – я следила за его движениями.

– Снять, разобрать могу сегодня. Но на замену дня три, если повезет с доставкой. У вас редкая модель. Ждите, – он удалился и вернулся с бумагой. – Подпишите.

– А имя мастера где указано? – я улыбнулась, но его лицо осталось беспристрастным. – Послушай, – я опустила документы и заглянула ему в лицо, – давай прокатимся? – я надела самую обаятельную и соблазнительную улыбку в своем арсенале.

– Твоя машина не сдвинется с места, – он, наконец, остановил на мне взгляд.

– А твоя? – я приблизила к нему лицо. Он молчал, пытаясь меня разгадать. Я почувствовала запах мятной жвачки. Я готова была забрать ее прямо из его рта.

– Через три дня возвращайся за машиной, – он отступил.

– Ты не понял, – я скользила глазами по его лицу, – я только что предложила тебе секс.

– С чего ты взяла, что я не понял? – он достал из-за пояса полотенце и снова вытирал руки. Неужели я нервирую его?

– Потому что мы еще не едем ко мне, – я повела плечом и улыбнулась.

– Позвони, пусть тебя заберут, такси сюда не поедет, – он отошел от меня.

– Ты позвонишь, когда закончишь с ремонтом? – я рассматривала его спину.