Стелла Кьярри – Курс на любовь 2 (страница 22)

— Ты что-то недоговариваешь. Если все так гладко, то почему ты не визжишь от восторга?

Я опустила глаза, размышляя, стоит ли делиться с мамой.

— София! — строго сказала она. — Что случилось?

Вместо ответа я разрыдалась. Несмотря на то, что всеми силами гасила в себе чувства к Филиппу, они никуда не пропали, ожидая своего часа. Чтобы с новой силой выплеснуться в виде потока слез при любой возможности.

Мама обняла меня. На нее не было похоже проявление таких эмоций, но сейчас это — единственное, что могло хоть как-то помочь.

— Я видела Филиппа! — захлебываясь рыданиями, призналась я.

— О! Так это же прекрасно! — мама провела теплой ладонью по моей щеке, вытирая соленые дорожки.

— Нет. Он любит другую… Микаэллу. Она назвала их семьей… — всхлипнула я. Мама посмотрела на меня с недоверием.

— Микаэлла? Это та самая заказчица, модель на твоих фото?

— Да.

— Он признался ей в любви? Или проявлял чувства? С чего ты решила, что они вместе?

Я немного подумала и рассказала ей все, что произошло.

— Не могу утверждать, но, похоже, он тебя забыл. Что, если он тоже ничего не помнит? Так же, как и ты пытается найти ответы на свои вопросы… А рядом — только эта "барби", вешается на шею, внушает ему, что они — семья.

Теперь уже я с недоверием покосилась на маму, но слезы утихли.

— Не похоже, чтобы он ее отталкивал. Судя по всему, его вполне устраивает такое положение вещей.

— Может быть, стоило поговорить с ним? — спросила она.

— Не представилось возможности. К тому же, все очевидно. Микаэлла обозначила свои права. Я — третий лишний. Лучше не обманываться надеждами, а сразу поставить жирную точку.

Мама вздохнула.

— Тебе виднее. Если считаешь, что стоит опустить руки, не разобравшись что к чему — это твое право.

Мы просидели допоздна, разговаривая обо всем на свете, но избегая щекотливой темы отношений с Филиппом.

Почти все следующие дни я потратила на ретушь фотографий. Микаэлла не подгоняла, а вот Катарина позвонила почти сразу.

— Привет, София! — радостным голосом поприветствовала она.

— Здравствуй, здравствуй! — отложив ноутбук, я сосредоточилась на разговоре.

— Как успехи с обработкой?

— Прекрасно. В процессе. Скоро пришлю клиенту всю серию.

— Микаэлла сказала, что впечатлена твоей работой. — Она сделала паузу. — Вот только почему-то она не хочет брать тебя на сам проект. Городит какую-то чушь. А еще она сказала, что ты отказала ей в романтической фотосессии. Это правда? Не объяснишь, что у вас стряслось?

Я напряглась, не зная, что сказать.

— Ты еще тут? — уточнила девушка.

— Да.

— Итак? Я не хочу лезть не в свое дело… Но, мне нужно понимать, что такого могло произойти, если фотограф, делающий потрясающие кадры, отстраняется от работы без объяснения причин.

— Здесь замешаны личные мотивы, — осторожно сказала я.

— Ты же знаешь, что нельзя смешивать рабочее и личное? Просто делай свое дело, а все личное — после. Я действую только так, иначе мне бы прошлось отказаться почти ото всех проектов. В каждом есть свои заморочки, в виде бочки дегтя среди ложечки меда.

— Ты не понимаешь…

— Это ты не понимаешь. И будешь дурой, если откажешься работать. Я поговорила с ней, убедила, что ты — лучшее, что случалось в ее жизни. Поэтому в понедельник она ждет тебя в своем офисе на съемку продукции. Все по-взрослому: модели, куча косметики, серьезные люди, большие деньги и твоя репутация. У тебя есть несколько дней, чтобы разобраться со своими "личными" делами. Если хочешь поделиться — я к твоим услугам. — Любезно предложила она.

— Мне нужно будет снимать историю любви Микаэллы и ее парня? — тихо спросила я.

— Если попросит — снимешь, в чем проблема? — не поняла Катарина. — Дел-то на пару часов, зато заплатят столько, что можно полгода жить не тужить. Между нами, этот ее Федор… или как там его… космически богат.

— Филипп.

— А, ну да. Хотя это не так важно. Гораздо важнее понравиться ему и тогда они точно возьмут тебя фотографом на свою свадьбу. И это будет заказ века! Станешь самым высокооплачиваемым фотографом Москвы…

Стакан с водой, который я держала, чтобы промочить горло, выпал из рук и разлетелся на мелкие осколки. Я ошарашено наблюдала за растекающейся по полу лужей.

Неужели то, что она сказала — правда? Микаэлла и Филипп собираются пожениться?!

— Ты там жива? София?! — встревожилась Катарина. Тут же в комнате появилось взволнованное лицо мамы.

— Ты чего крушишь? — спросила она, но, увидев мое бледное лицо и телефон в руках, тоже побледнела.

— Все в порядке, просто случайно разбила стакан. Спасибо, что позаботилась обо мне, я улажу свои дела и приеду. Приятных выходных!

— И тебе… — пробормотала Катарина. — Кстати, моя невестушка победила ангину. Так что, имей в виду, в твоем расписании на следующей неделе должно быть место для нашего кастинга фотографов.

— Да, конечно, — сказала я и, быстро попрощавшись, отключилась.

Мама выжидающе смотрела на меня.

— Итак?

— Все прекрасно. Правда, мне только что сообщили, что есть вероятность поработать на свадьбе у Филиппа.

— Надевай на всякий случай белое платье, вдруг жених в последний момент передумает и женится на тебе, сбежав от алтаря. Как в американских фильмах, — выдавила улыбку матушка.

— Это шутка? — я бросила на нее злобный взгляд.

— Ну а что ж теперь? Грустить? — она задумалась. — Собирай вещи, и поезжай в Москву, пока не поздно. Иначе и правда быть тебе фотографом на свадьбе Филиппа.

— Знаешь? А я и правда поеду! Но не к нему. Меня ждет другой! Стану счастливой. Смогу полюбить. Докажу, что он для меня ничего не значит! — Я говорила с жаром, пытаясь верить своим словам. Мама только покачивала головой, слушая меня.

— Вот выйдешь замуж за первого встречного и будешь с ним жить. Будешь от него всю жизнь взгляд воротить. По ночам в подушку будешь плакать, Филиппа своего вспоминая!.. — мама перефразировала любимую фразу из мультфильма про Богатырей. И я против воли прыснула.

— Говорю серьезные вещи, а ты мне глупости всякие…

— Сказка ложь, да в ней намек… — маму понесло на цитаты.

— Ладно, я поняла твое мнение, — сказала я. А про себя добавила: "лучше бы ты раньше думала. Вместо того, чтобы сводить меня с Эриком".

Убрав последствия бурной реакции на новости, в виде рассыпавшихся по всему полу осколков, я вернулась к работе. Изо всех сил сдерживаясь от соблазна нарисовать рога или чего похуже к фотографиям Микаэллы.

Отметив, что в состоянии агрессии я работаю гораздо быстрее и продуктивнее — притупляется перфекционизм — отложила ноутбук и легла спать. Оставалось несколько штрихов, чтобы материал был готов к отправке заказчику.

— Не знаю, что сказать, — мама обняла меня, провожая на поезд.

— Что тут говорить? Я же не на войну, — попыталась пошутить, но в груди защемило.

— Иногда за счастье надо сражаться. А если серьезно — ты сама все поймешь, сердце подскажет, как быть. Уверена, у тебя будет возможность поговорить с Филиппом, и ты ее не упусти. А дальше — увидишь, почувствуешь… Настоящая любовь не может просто испариться. Если она была, то вспыхнет еще сильнее. А если он обманывал тебя, то постарайся простить. Ты еще молода и счастье случится, даже не сомневайся. Только про нас с отцом не забывай. Звони, держи в курсе новостей. Твой дом здесь, с нами. Мы всегда рады принять тебя, — Она тепло обняла меня, и я почувствовала, что не одна. Меня любят и ждут. Это и есть настоящее счастье.

— Спасибо, мам. Ну, пойду? А то уедет без меня, — я кивнула в сторону поезда. И, помахав рукой, запрыгнула в вагон. Очередной этап моей жизни позади. Попробую извлечь из него уроки и сохранить все хорошее, что было.

Состав тронулся, размеренно отбивая ритм колесами по рельсам. Вся наша жизнь — дорога, и мы вольны сделать выбор: двигаться прямо или свернуть с пути. Сойти раньше, или продолжить движение. Главное не проехать мимо, чтобы жалеть остаток жизни, что стало слишком поздно.

Глава 8. Москва

Вокруг суетились модели, одни готовились к работе, другие просто слонялись без дела. Обычная атмосфера коммерческой фотосъемки. Хотя с проектом такого масштаба я сталкивалась впервые.