Стелла Камерон – Жди меня - Стелла Камерон (страница 28)

– Выслушай до конца. – Минерва, не мигая, уставилась в глаза Грею. – Я должна знать, что произошло с тобой за время нашей разлуки. Ни за что не поверю, что ты всего лишь потерпел кораблекрушение. Произошло что-то гораздо более серьезное, иначе ты бы ничего не скрывал.

Грей медлил с ответом.

– Что ж, теперь я вижу, что не ошиблась. Что ты скрываешь от меня? Почему считаешь, что я проболтаюсь?

– Минерва, от тебя ничто не ускользает. – Грей мысленно добавил, что в данном случае знание не придаст ей силы, а только усугубит опасность, что недопустимо. – Но не надо забивать свою прелестную головку…

– Довольно! Прекрати, Грей! Давай забудем об условностях. Не надо обращаться со мной как с пустоголовой девчонкой, которую следует опекать на каждом шагу. Я никогда не страдала глупостью, но теперь это не важно. Выслушай меня внимательно, я намерена сообщить тебе нечто чрезвычайно важное.

Помедлив, она сглотнула, а Грей испытал сильнейшую тревогу – впервые с тех пор, как покинул остров.

– Грей, – заговорила Минерва, подавшись к нему и не сводя с него глаз, – я слышала, о чем говорили эти люди. Они несколько раз повторили: особенно важно, чтобы ты никогда не узнал, что произошло на самом деле.

Грей затаил дыхание, осторожно вздохнул и уточнил:

– Это правда?

– Да. Они говорили, что ты представляешь для них опасность. Они даже не предполагали, что ты вернешься домой, и теперь боятся, что ты провалишь все их планы.

– Продолжай!

– А еще сказали, что, если истина, как они выражались, станет известна заинтересованным сторонам, им придется отдать за свою свободу все деньги, которые удалось заработать. А потом начать все заново.

Грей настороженно нахмурился:

– Лучше бы тебе об этом не знать, Минерва.

– Потому-то я и рассердилась! – Она сжала кулаки и ударила Грея по коленям. – Ты говоришь, что любишь меня, называешь единственной и при этом не доверяешь!

– Я просто забочусь о твоей безопасности. Мне необходимо уберечь тебя.

– Но кто защитит меня, если тебя не станет? – возразила Минерва, нахмурив брови. – Неужели ты думал, что я забыла о тебе и занялась поисками другого жениха в тот же день, как услышала от Кэдзоу весть о твоей гибели?

– Минерва, дорогая, не надо винить меня в том, что я всего лишь пытаюсь оградить тебя от суровой реальности. Чем закончился разговор тех людей?

– Невразумительными намеками и недомолвками. Но по-моему, они предпочли бы разделаться с тобой раз и навсегда! – Она тотчас в ужасе схватилась за сердце. – Грей, что все это значит? Я теряюсь в догадках!

Но Грей и сам почти ничего не понимал.

– Поверь, я буду на твоей стороне, что бы ни случилось, – продолжала Минерва. – Но свой союз мы должны держать в тайне – лишь так я сумею тебе помочь. Вдвоем мы все преодолеем. Только прошу тебя, перестань скрывать от меня правду! Обещаешь? – Не дождавшись ответа, она повторила: – Так ты обещаешь, Грей?

– Я сделаю все, что в моих силах. Больше я ничего не могу сказать. Никому не дано знать, что принесет следующий день.

Закрыв глаза, Минерва произнесла:

– Ладно, пока достаточно. Начни с самого начала – расскажи по порядку, что случилось с тобой за последние три года.

Грей по-прежнему считал, что Минерве совсем не обязательно знать об этом. Невозможно проболтаться о том, о чем даже не подозреваешь.

– Грей, пожалуйста!

– Все, что со мной произошло, настолько важно, что некоторые подробности должен знать только я. По крайней мере пока.

– Я тоже должна знать их!

Похоже, Минерва отступать не собиралась. Грей не сомневался, что любые попытки приукрасить или сократить этот печальный рассказ сразу вызовут подозрение его смышленой возлюбленной.

– Ну хорошо, – вздохнул он, – ты узнаешь все. Но это долгая и запутанная история.

– Миссис Памфри сказала, что здесь нас никто не потревожит. Так что можешь не спешить.

Странная услуга со стороны жены священника, подумалось Грею. Очевидно, миссис Памфри сочла его обладателем железной воли и непоколебимых нравственных принципов. Впрочем, даже образцам добродетели свойственно совершать ошибки.

– Так с чего же начать? – задал он вопрос самому себе. – Полагаю, с самого начала. Но прежде расскажи мне, что ты еще узнала? О чем говорили этот Клак и его чудаковатые приятели?

Минерва окинула его пристальным взглядом.

– Ты не так меня понял. Эти двое только сообщили Клаку, что встретили тебя в деревне. Они упомянули твое имя – именно это мне и показалось странным.

– А, вот оно что! Теперь все ясно.

– Подслушанный мной разговор о том, как поступить с тобой, вели вовсе не Клак и его друзья. Ты представляешь опасность для других людей. Для Энгуса и Друсиллы Макспорран.

Глава 12

Удел женщины – страдания, горестно размышляла Дженет Арбакл. Страдания, бремя ответственности, заботы о самом главном: репутации в обществе, семье и о том, чтобы вовремя ставить на место низшие сословия…

Арбакл так и не сумел оценить добросовестность, с которой Дженет исполняла свой долг жены и хозяйки Уиллинока. И матери его детей… пусть даже единственной дочери.

– Что нужно от нас этому Клаку? – проворчал Арбакл. Он вновь ввалился в будуар жены и занял ее любимое кресло. Миссис Арбакл могла бы поклясться, что он явился сюда с единственной целью: досадить ей. – Дженет!

Вздрогнув, она спросила:

– Что?

– Зачем сюда явился тот тип, о котором доложила миссис Хэтч?

– Будем надеяться, ответ мы узнаем от него самого.

Арбакл пренебрежительно махнул рукой:

– Еще чего! Мы сразу дадим ему от ворот поворот. А теперь выкладывай, что ты сказала Фэлконеру. Глупая женщина, когда же ты научишься советоваться со мной, прежде чем бросить псу под хвост плоды многолетних трудов?

– Если бы ты соизволил подумать, – начала его жена, старательно понижая голос, – прежде чем высказаться, то понял бы, что сморозил глупость. Ты только что предположил, что я намеренно погубила нас. Если мы и вправду погибли, то виноваты в этом оба… Нет, разумеется, я ни в чем не обвиняю тебя, дорогой. Ты безупречен! Великолепный образец бесподобной проницательности, полубог среди смертных, краса и гордость нашего дома, дар Всевышнего… – она помедлила, ожидая, что муж остановит ее, и, не дождавшись, заключила: – и извечная больная мозоль!

Арбакл по-прежнему сидел с закрытыми глазами. На его губах играла довольная улыбка, словно он видел то, о чем не подозревала его жена.

Не муж, а сущее наказание!

– Арбакл, чему ты усмехаешься?

– Я не усмехаюсь, а обдумываю композицию своего нового полотна. Загадочную, грандиозную, немыслимо сложную! Но не приложив стараний, невозможно испытать удовлетворение оттого, что достиг величайших вершин мастерства!

Значит, Арбакл ничего не слышал. Дженет была благодарна даже за эту неожиданную милость судьбы.

– Если Фэлконер разберется, что к чему, он раструбит о своем открытии по всей округе, угрожая нам всеми карами небесными. Он далеко не глуп. Что, если он начнет задавать лишние вопросы?

– Ему никогда не догадаться, что я имела в виду.

– Ага! – Арбакл вскочил и нацелил на Дженет палец. – Вот оно, признание! Ты сама призналась, что поступила неразумно, дав врагу ключ к разгадке! – Он расхохотался, стремительно усиливая громкость. – Разве можно надеяться на то, что противник не откроет истину случайно? Что не начнет размышлять, кому были выгодны его похищение и смерть? И не придет к выводу, что прежде всего нам?

– Но ведь он покинул наш дом, – напомнила Дженет. – Уверяю, он ни за что не сообразит, что я имела в виду. Зато ему хватит ума, чтобы понять: в этом доме он – персона нон грата.

– А если он начнет расспрашивать – что тогда? Если начнет выведывать, разнюхивать и узнает, как возросли наши расходы с тех пор, как его… с тех пор, как он должен был вернуться из Вест-Индии?

Дженет в изнеможении закатила глаза.

– Арбакл, ради Бога, прекрати пугать меня своими ужасными предположениями! Ну посуди сам, разве он заметит связь? Всем известно, как часто ты ездишь в Лондон и Эдинбург. Все знают, каким успехом пользуются твои картины…

Гневный взгляд мужа приятно порадовал Дженет. Для разнообразия Арбаклу было полезно испытать чувство неловкости.

Открыв дверь без стука, в будуар проковыляла миссис Хэтч – как обычно, встрепанная и недовольная.

– Ума не приложу, с чего это вам взбрело в голову принимать тут гостей.

– Нам здесь нравится, миссис Хэтч. Здесь очень уютно. А где и как мы будем принимать гостей, вас не касается. Кстати, это моя комната, – добавила Дженет, устремив взгляд на Арбакла, который изучал носок собственной туфли. – Так вы говорите, у нас гости?

– Будет гость, если одолеет лестницу. Он еле-еле ползет.