Стелла Грей – Гадалка для миллионера (страница 4)

– Сыграть роль моей невесты, – перебил я, наслаждаясь тем, как от удивления ее глаза становятся невообразимо огромными.

– А что, вы уже всем предложили, если очередь до меня дошла?

– Вы первая, – усмехнулся я. – Скажем, ваш внешний вид настолько специфичен, что идеальней кандидатуры на роль отпугивателя от меня других претенденток даже представить сложно.

Ее пальцы замерли над столешницей, а потом девчонка с вызовом произнесла:

– Это вы меня сейчас так пугалом обозвали?

Я лишь фыркнул и попытался медленно пояснить:

– Все просто, госпожа Моргана. Та леди, о которой мы беседовали, лезущая в мою личную жизнь, – это мать. Она спит и видит, как женить меня на какой-нибудь достойной дочери ее многочисленных подруг. Также имеется маленькая армия бывших пассий, которые с огромным удовольствием согласятся обручиться и заполучить меня и мое небольшое состояние в свои лапы. Проблема заключается в том, что я не желаю быть окольцованным еще долгое время. Меня все устраивает в холостяцкой жизни. Поэтому я нуждаюсь в такой, как вы. Идеальный отвод глаз, который при этом будет выглядеть как огромный раздражающий фактор для всех этих снобов из высшего общества.

По сути, я предлагал лжеведьме залезть в банку с гадюками, но и большие деньги в качестве вознаграждения к этому аттракциону тоже прилагались.

– Вы сейчас пошутили? – Уже в который раз она отвечала вопросами. – Я вам что, цирковая собачка для развлечения? Я потомственная…

– Ну прекратите же, я предлагаю вам партнерство! – Я вновь ее перебил и поглядел на часы. В пять встреча с японцем, а многие дела еще не сделаны. – Вы искусная шарлатанка, которая заколачивает деньги своим маленьким цирковым представлением.

Ее щеки вспыхнули даже под десятком слоев штукатурки, я же продолжал:

– Я бы мог нанять профессиональную актрису, но моя семья пробьет ее биографию и выведет ее на чистую воду. Поэтому мне необходима невеста с нулевой «театральной» биографией. У вас же, без сомнения, талант, пусть и странный, а еще вы выглядите настолько безумным фриком, что меня это полностью устроит. И да, не стану обманывать: вас будут ненавидеть, шептаться за спиной и сверлить взглядами. Но вы ведь не боитесь дурного глаза?

Уголок рта гадалки дернулся.

– Допустим, не боюсь. И что дальше? В чем будут еще заключаться обязанности невесты?

О, другой разговор! Моргана, ну или как там ее, все же заинтересовалась.

– Будьте собой. Вот как сейчас. Можно даже еще больше утрировать образ. – Я ткнул в крупную летучую мышь, болтающуюся под потолком. – У вас есть такая, только меньше?

Девушка рассеянно кивнула.

– Вот и отлично. Прицепите на пояс или еще куда-нибудь. Хоть в заколку и носите с удовольствием. Можете разговаривать с моими родственниками, просить позолотить ручку…

– Я не цыганка! – вновь вспылила она.

– Как вам угодно, – с легкостью согласился я и тут же понял, что не с того начал. – Впрочем, давайте обговорим оплату.

Достал из кармана пиджака чековую книжку и для начала выписал чек на пять тысяч долларов.

– Это аванс, – помахал перед ее носом листочком, замечая, как загорелись алчным огнем ведьминские глаза. А ведь если смыть всю штукатурку, возможно, она будет даже симпатяшкой. – Так что? Вам интересно мое предложение?

– Я бы назвала его авантюрой. – Ее взгляд все еще следил за движением чека, и леди Моргана вдруг отчетливо напомнила мне ядовитую кобру у факира перед дудкой: вроде бы присмирела, но кто знает, когда она может укусить? – В таком случае я бы хотела прояснить несколько моментов. Если вам нужна натуральная невеста, то это, вероятно, предполагает не только мое хождение перед вашими родственниками в балахоне, но и некие интимные составляющие. Я же себя не на помойке нашла!

– Вы не в моем вкусе, – с полной серьезностью ответил я и был совершенно искренен. Как выразился Джон, я предпочитал тех самых «лакированных блондинок». Аккуратных, стильных, ухоженных и желательно тупых. Потому что в постели с ними я не о котировках акций на недвижимость разговаривал. – Но, возможно, придется пару раз прилюдно целоваться. Для натуральности, так сказать.

Думал, что и тут вспыхнет! А нет. Восприняла довольно спокойно, прикусила нижнюю губу, задумалась. Оценивающе смерила меня взглядом. То бишь еще сомневалась, решая, достоин ли я подобной чести – быть ею поцелованным.

– Окей, уговорили. С меня три поцелуя, каждый идет по отдельному тарифу – тысяча долларов штука.

Я фыркнул. Девочка борзела.

– Триста – потолок!

– Семьсот!

– Пятьсот!

– По рукам. – Она приподнялась со стула и выхватила у меня из рук чек.

Что ж, алчно, но зато по-деловому. Пожалуй, я предпочту именно такой финансово-денежный формат наших отношений, чем игру в притворную наивность и добродетель.

Жажда денег в глазах этой гадалки была гораздо честнее, чем все окружающие меня многочисленные трепетные лани, которые начитались женских романов и теперь свято уверены, что все миллионеры просто желают пригреть одну из них на груди и любить до скончания веков.

Но все же на всякий случай решил дополнить:

– И давайте, в случае чего, без этих вечных страданий о том, что я якобы вас купил и вы теперь шлюха. Если планируете меня этим разжалобить в будущем, предупреждаю сразу: не выйдет.

– Вот еще! – Моргана подняла на меня глаза. – Я же уже сказала, что не на помойке себя нашла, чтобы шлюхой обзывать. Вижу четкую грань между игрой в невесту и торговлей телом.

– Прекрасно, – радуясь отсутствию мусора в ее голове, поставил точку в этом разговоре я. – Тогда у нас остался один штрих. Собирайтесь, леди Моргана, у нас полчаса, чтобы успеть заскочить в одно место, а после мне нужно быть на деловой встрече.

Она несколько насторожилась.

– Куда именно?

– В ювелирный. Нам нужны кольца. Так что поживее, дорогая. И давай перейдем на «ты», все-таки у нас чувства… – Я поднялся со своего стула и поспешил к коридору на выход. – И все же, как вас зовут по-настоящему?

– А чем вас не устраивает сценическое имя? – Схватив сумку с вешалки, я пробежалась по комнате и потушила свечи. – Моргана.

– А сокращенно? Мора? Гана? Ргаша?

Я закашлялась и покосилась на клиента с оригинальными причудами. Вопреки ожиданиям, он стоял, прислонившись к дверному косяку, и поражал меня наисерьезнейшей мордой лица.

– Почему бы не оставить все как было? Без всех этих… непонятных прозвищ?

– Потому что у нас любовь, сокровище мое, – ответили мне уже из коридора. – Хорошо, буду называть тебя Мо. Но ровно до тех пор, пока нанятый моими родителями детектив не откопает настоящее имя.

– Это еще зачем?

– Я ведь предупреждал, что они захотят узнать всю подноготную. Это обратная сторона медали, Мо.

– Сисси, – закатив глаза, сообщила я, покидая квартиру.

– Не понял. – Наглый клиент остановился и, вскинув брови, переспросил: – Ты что-то сказала?

– Свое имя.

– Серьезно?

– Похоже, что я шучу? – Обернувшись после закрытия двери, хмуро уставилась на нагло давящегося смехом гада.

– И ты еще на Мо обижаешься, – покачал головой мой будущий фиктивный жених.

Я промолчала, нажимая кнопку лифта.

– Слушай, ну это еще лучше. Воображаю лицо матери, когда я тебя представлю. – Отсмеявшись, он подошел сзади и остановился за моей спиной. Запахло дорогим парфюмом. – Скажи, а ты знаешь, что имя можно менять? Официально. Всего пара бумажек, одно заявление и небольшая пошлина…

– Если бы я его сменила, то не смогла бы как следует огорчить вашу мать, – резонно заметила я. Обернувшись, смерила мужчину пристальным взглядом, одобрительно кивнула и уточнила: – А как тебя зовут, любимый?

Он прочистил горло, хмыкнул и ответил пафосно:

– Себастьян.

А в глазах черти играют в покер. Уже предвкушает, похоже, мою реакцию.

– Буду звать тебя Бастик…

– Никогда не слышал ничего милее, – спокойно согласился фиктивный жених.

– А как тебя мама называет? – решила не останавливаться я.

– Сыночек, – с готовностью отозвался он. – Но, боюсь, это нам не подходит.

– Да уж. – Я хищно улыбнулась, собираясь съязвить нечто в прежнем духе, но тут Себастьян потянулся ко мне, наклоняясь все ниже к лицу. Растерявшись на миг, замерла, внутренне уже готовясь к поцелую с незнакомцем и гадая, как потом нужно отреагировать. Дать пощечину? Это мысль. Но вдруг мне и самой понравится? Наши губы почти встретились, когда он вдруг отодвинулся и шепнул мне на ухо:

– Еще нет. Я пока не готов платить пятьсот баксов за сомнительное удовольствие.