Стелла Эмеральд – Училка и мажор (страница 20)
– Проголодалась? – он как будто издевался, намекая на мою прожорливость.
– Да, немного. В самолете у меня всегда открывается аппетит… – обманула его. Я до этого никогда не летала на самолетах!
Но нельзя же признаться в том, что всю жизнь была голодранкой. Это мой маленький секрет. Стыдно признаться. Тем более такому парню. Вокруг него вьются разные юбки, выбирай любую! И явно среди них много тех, кто летал на самолетах ни один десяток раз… естественно не в качестве стюардессы, а в качестве пассажира.
– Раз у тебя такой хороший аппетит, тебе обязательно нужно будет попробовать местные фрукты. Они там… космические! – Марк начал отвлекать меня от стыда, так некстати накрывшего меня. – А какие там морепродукты!
– А мясо? Мясо вкусно готовят? – произнесла, и мой желудок предательски заурчал.
– Там к мясу особое отношение. Коров нельзя. Свиней они тоже не особо жалуют. А то, что готовят, есть невозможно, потому что там столько специй, что вкус мяса не почувствуешь. Но вот на морепродуктах там можно набрать несколько кило! – засмеялся Марк.
Я нахмурилась. Ой, да ладно! Не каждый день летишь в Шри-Ланку, да еще и за чужой счет, чтобы себя ограничивать во вкусной еде.
Уж на парочку килограмм омаром, кальмаров, лобстеров он точно раскошелится, раз смог оплатить перелет в таком самолете.
– Ловлю тебя на слове. Несколько кило не страшно, по возвращению сброшу!
– Надеюсь!
Его шуточки насчет веса стали немного напрягать, особенно если учесть, что лишнего веса у меня нет!
Я решила не отвечать на его подколы, лишь продолжила поглощать мороженое. У меня праздник – я лечу в Шри-Ланку, и никто не способен испортить мне настроение.
После того, как мороженица опустела, я решила прогуляться по самолету. В такой роскоши я никогда не была, если, конечно, не считать дом Марка, который я посетила ранее, поэтому упускать возможность все осмотреть мне не хотелось.
– Это твой самолет или ты его арендуешь? – взяв розочку, что была в вазе на барной стойке, я вдохнула аромат.
– Мой…
Надо же! Тут даже свежесрезанные цветы! Это ведь тоже дополнительные расходы, как и зарплата двух пилотов и двух стюардесс. Подумать страшно, насколько большие расходы у Марка, и насколько несущественны мои.
Ощущение, что я ему совсем не подхожу не только тем, что не могу себя вести за столом, но и своим статусом, снова накрыло меня с головой.
У меня всегда было чувство, что я до чего-то не дотягиваю. Это комплекс сироты. В школе меня вроде жалели, но и не обошлось без нескольких гадких персонажей, которые смеялись над моим горем.
Поэтому чтобы быть чего-то достойной, чтобы чувствовать, что я дотягиваю, мне пришлось окунуться в учебу. Вот и школу я закончила с золотой медалью, и университет – с красным дипломом. И я вроде как избавилась от этого неприятного чувства недостойности, но с Марком снова его обрела.
Я просто отдохну в Шри-Ланке, поблагодарю его и закончу наши отношения. Как бы он мне ни нравился, мы не пара!
Глава 30
Так сладко спит… Но придется, все же, разбудить. Марк еще с минуту рассматривал спящую Марину, прежде чем легко коснуться ее плеча.
– Спящая красавица, подъем… – ласково проговорил, удивляясь собственный интонациям. Ни с одной женщиной он еще так не говорил, а с Мариной нежность в душе пробуждалась сама в последнее время. И это невзирая на то, что чаще она выводила его из себя.
Глаза Марины распахнулись и смотрели на Марка, не видя его. Какой-то миг она продолжала спать, делая это с открытыми глазами, пока постепенно в них не проявилось узнавание. Но пока еще понимание не наступило.
– Я уснула? – пошевелилась она, а потом и села.
– И спала очень долго, – улыбнулся Марк.
Собственная идея этой поездки нравилась ему все больше. Ни о чем другом, кроме того, как несколько незабываемых дней проведет в компании Марины, он и думать не хотел. За пределами сознания остался отец, университет, все прочие мелочи, что и составляли его жизнь. Сейчас его интересовала только эта женщина, что продолжала сонно смотреть на него, и которую дико хотелось поцеловать, так что сдерживаться получалось с трудом.
– Можно я приведу ваше сидение в вертикальное положение? – приблизилась бортпроводница, нарушив такую милую сердцу идиллию. Но она выполняла свою работу, Марк это понимал. А самолет пошел на посадку.
– Идет дождь? – отвернулась от иллюминатора Марина, с удивлением глядя на Марка.
– Именно! – не сдержал он торжествующей улыбки. – Может немного болтать, – предупредил.
Пока все идет по его плану, и погода шепчет. Если она будет поливать дождями этот райский уголок все дни их отдыха, то Марк пожертвует какому-нибудь местному приюту кругленькую сумму в качестве благодарности.
– А я думала, что тут круглый год лето.
– Так и есть, но и летом случаются дожди, – потешался Марк над детской непосредственностью Марины.
– Я думала, будет светить солнце, – немного обиженно взглянула она на него.
– Обязательно будет! – заверил ее Марк, надеясь на обратное.
Болтало самолет не чуть-чуть, а неслабо под порывами ветра с дождем. Даже Марка укачало, чего уж говорить о Марине, которая сидела зеленая с лица. Когда шасси коснулись посадочной полосы, Марк вздохнул от облегчения. И волновался он вовсе не за себя.
– Ты как? – посмотрел он на девушку.
– Жить буду, – вымучено улыбнулась она, и тут же ее вывернуло в заранее припасенный пакет.
Н-да… Кто ж знал, что ее вестибулярный аппарат окажется настолько слабым.
Как хорошо, что практически весь полет я умудрилась проспать! Сначала, когда Гессер разбудил меня, я разозлилась. Ведь это он виноват, что я уснула. В последние дни недосып скопился, и еще до того, как Марк предложил мне выпить шампанского за начало совместного отпуска, меня уже активно клонило в сон. А потом и вовсе разморило. Я и не заметила, как отрубилась, стоило мне только удобно устроиться на импровизированном ложе, в какое умелыми манипуляциями бортпроводницы превратилось мое сидение. И потом меня разбудил Марк. Казалось, что прошло лишь мгновение, а не несколько часов. Я даже снов не видела. Зато чувствовала себя отдохнувшей, правда, недолго. Сразу же после пробуждения начался мой личный ад. Вот уж не знала, что в самолете меня будет так мутить. Да и откуда я могла это знать, если не летала раньше? Как бы там ни было, но покидала я этот частный и во всех смыслах удобный самолет с превеликой радостью. И даже дождь меня уже не смущал, хоть ему я и не переставала удивляться.
Кто бы сомневался, что прямо у трапа нас будет ждать черная тонированная иномарка. Я бы с удовольствием помокла под тропическим ливнем и надышалась озоном и влажными испарениями с асфальта, если бы Гессер меня буквально не затолкал в машину.
– Ну вот… даже за пару метров умудрились вымокнуть до нитки… – ворчал он, а мне было смешно и почему-то очень легко.
Вспомнилось детство, когда мы с подругами обожали носиться босиком под дождем. Летом, конечно же! Вымокали именно до нитки, но каким же мы счастливыми и беспечными чувствовали себя тогда! Прямо как сейчас… И природу этого чувства я не понимала – откуда оно взялось, если даже тошнота пока не прошла?
За короткий промежуток времени, что провела в машине, меня снова укачало.
– Давай немного постоим тут? – попросила я Марка, поднявшись на гостиничное крыльцо и укрывшись от ливня под козырьком.
Дождь шел стеной при совершенном безветрии. Никогда раньше такого я не видела и в этом тоже находило определенное очарование. Ну и мне хотелось надышаться полной грудью, прогнать дурноту. Правда, и воздух из‑за дождя казался густым и каким-то липким.
– Двигаем дальше? – немного сварливо поинтересовался Марк, когда мы с ним простояли на крыльце минут пять.
Надо отдать ему должное, все это время он проявлял чудеса терпения. Мне же значительно полегчало. Глядя на раскидистые пальмы, что росли по бокам от подъездной дороги, я пока еще все равно с трудом верила, в какой дали от дома оказалась. Да еще и на острове посреди бескрайнего океана. И это я, которая толком никуда не выезжала за всю свою жизнь. На самолете летела впервые, как и оказалась на курорте. Должна ли я сказать за это Гессеру спасибо? Невольно задумчиво посмотрела на него, и конечно же, мой взгляд не укрылся от него.
– Что? – взлетели его красивые брови. И когда это о его бровях я стала думать именно так? – мелькнула ироничная мысль.
– Что, что? – с улыбкой переспросила я.
– Почему ты так на меня смотришь? – дрогнули и его губы в улыбке.
– Просто… – я запнулась. – Не знаю, – тут же пожала плечами. Понимала, что веду себя глупо и непоследовательно, но и поделать с собой ничего не могла.
– Ладно, – кивнул Марк, – тогда потопали устраиваться с удобствами, – взял он меня за руку и повел в холл гостиницы. До этого водитель туда внес наши чемоданы.
Девушка на ресепшине встречала нас как родных. То есть, не нас, а Марка. Она ему так улыбалась, что мне даже стало за нее неудобно. Марк, правда, даже бровью не повел, за что я прибавила к его карме еще один плюсик. И у себя сразу же мысленно поинтересовалась, не ревную ли его? Тут же себя же обругала, но размышлять на эту тему не перестала.
Гессер бойко заговорил с девушкой на английском. Из их болтовни я мало что поняла – выцепила какие-то отдельные слова, смысл из которых не сложился.