Стефани Перри – Город мертвых (страница 9)

Вонг снова напомнила себе непременно настоять на премиальных. Она думала, что готова к работе, когда прибыла в Раккун около недели назад; она изучила все карты, запомнила информацию на репортера, обзавелась легендой — молодая женщина разыскивает своего парня, ученого «Амбреллы». И, надо отметить, эта часть ее легенды была почти правдивой: за десять месяцев до того, как ей предложили эту работу, она действительно вступила в отношения с Джоном Хоу. На самом деле — очередной роман длиной в одну ночь, и, кстати, далеко не лучший, но Джон думал иначе. Его связь с «Амбреллой», вероятно, сгубившая его, обернулась счастливой случайностью для Ады.

Итак, она была готова. Однако за те двадцать четыре часа, которые Вонг, будучи полностью уверенной в себе, провела в самой милой гостинице Раккун-Сити, удача отвернулась от нее. Когда она обедала в обставленном виниловой мебелью и практически пустом ресторанчике "Арклий Инн", то услышала первые крики снаружи. Первые, но отнюдь не последние. В некотором роде, бедствие облегчало ей дальнейший труд: у лаборатории не будет никакой охраны, не придется делать бесконечные вылазки на разведку. Во время подготовки она изучила некоторые данные о Т-вирусе и точно знала, что на воздухе он мгновенно погибает и рассеивается. На данный момент единственным путем заражения являлся прямой контакт с носителем; в общем-то, это не составляло проблемы. И когда она и две дюжины других людей добрались до полицейского участка, Ада заметила, что Бертолуччи был среди них. Даже если взять в расчет немертвых, события, казалось, складывались в ее пользу.

"Основные задачи: допросить писаку, выяснить, как много ему известно, и, в зависимости от обстоятельств, ликвидировать его или пренебречь им; раздобыть образец нового вируса, последнего творения доктора Биркина. Никаких проблем, верно?"

Три дня назад, с информацией о путях, соединяющих лабораторию «Амбреллы» с канализационной системой, и Бертолуччи, стоящим прямо перед носом, работа казалась без пяти минут законченной. И, разумеется, именно тогда все пошло не так.

"Участок претерпел изменения. Перегруппированные после провала S.T.A.R.S. кабинеты обратили в ничто половину моих приготовлений. Люди исчезали. Баррикады продолжали рушиться. Шеф полиции Айронс, словно какой-то бездарный диктатор, раздавал направо и налево приказы, все еще пытаясь произвести впечатление на мэра Харриса и его избалованную дочку, даже несмотря на то, что мертвецов становилось все больше…"

Ада пристально наблюдала за Бертолуччи и видела, что он собирался отступить и смыться, но она упустила момент — времени не хватило даже на то, чтобы установить с ним контакт, а он уже исчез где-то в лабиринтах полицейского участка, затерявшись в суматохе первой волны атак. Час спустя, Ада решила уйти в свободное плаванье после того, как троих или четверых гражданских уничтожили в ходе одной-единственной массированной атаки; и все произошло потому, что никто не побеспокоился запереть ворота гаража. Вонг не горела желанием погибнуть во имя поддержания образа перепуганной путешественницы, искавшей своего возлюбленного.

И с этого времени началось затяжное ожидание. Почти пятьдесят часов Ада ждала, пока все уляжется. Она отсиживалась в часовой башне на третьем этаже, изредка совершая вылазки вниз, чтобы найти еды или воспользоваться ванной в длительных промежутках между перестрелками. Между грохотом выстрелов и криками…

"Прекрасно. Теперь ты выбралась, и что ты делаешь? Стоишь на месте в глубоких раздумьях. Лучше поспеши: чем скорее ты закончишь, тем скорее сможешь получить свое вознаграждение и отправиться на какой-нибудь милый островок".

Тем не менее, еще несколько секунд Ада не двигалась с места, похлопывая дулом своей «Беретты» по стройной, одетой в чулок ноге. В проходе лежали три тела; она не могла отвести взгляд от одного из них, распластанного под окошком конторки. Женщина в обрезанных шортах и топе, ноги грубо вывернуты, одна рука закинута над окровавленной головой. Двое других были полицейскими, их Ада не узнала, но с этой женщиной она разговаривала, когда только добралась до участка. Ее звали Стейси или как-то в этом духе, нервная, но решительная девушка, которой совсем недавно исполнилось двадцать.

Стейси Келсо, именно так. Она выбежала в город за мороженым и завершила свой поход здесь под давлением непреодолимых обстоятельств… и все же, несмотря на собственное тяжелое положение, она больше беспокоилась за родителей и маленького брата, оставшихся дома. Сознательная девочка. Хорошая девочка. Почему это вертелось у нее в голове? Стейси была мертва, неровное отверстие зияло в ее левом виске, да и Ада не считала ее частью своей команды; казалось, ей не за что чувствовать личную ответственность. Вонг прибыла сюда для работы, и не она виновата в том, что Раккун съехал с катушек…

"Может, это вовсе не чувство вины, — прошептала какая-то часть ее сознания, — может, тебе просто жаль, что она не смогла продержаться. В конце концов, Стейси была личностью, а теперь она мертва, как, вероятно, и ее родители, и малолетний брат".

— Забудь об этом, — произнесла она тихо, но с заметным раздражением.

Ада оторвала взгляд от искалеченного тела женщины, вместо этого сосредоточив его на разбитой пепельнице в конце коридора. Подобное беспокойство по поводу вещей, которые она не в силах была контролировать, не соответствовало ее стилю; она совсем не так взобралась на вершину своего ремесла… и учитывая то, сколько средств мистер Трент вложил, чтобы воспользоваться ее услугами, сейчас было не самое подходящее время для проверки способности сочувствовать. Люди умирают — так устроен мир, — и в течение своей жизни Ада поняла одну простую вещь — терзаться из-за этой очевидной истины совершенно бессмысленно.

Основные задачи: поговорить с Бертолуччи и заполучить образец G-вируса. Только об этом она сейчас должна волноваться. Ей все еще надо было проверить механизм, находящийся в конференц-зале, до которого ей оставалось пройти несколько извилистых коридоров. Комментарии Трента относительно последних архитектурных дополнений в участке носили поверхностный характер, но Ада знала, что эти самые изменения были в основном декоративными: элегантные газовые лампы и написанные масляными красками картины. Тот, кто затеял все эти переделки, кем бы он ни был, определенно вел двойную жизнь — наверху, за стеной комнаты, некогда представлявшей собой кладовую, располагались потайные ходы. Вонг еще не обыскивала их, хотя после беглого осмотра заметила, что сама по себе комната была переустроена под офис. Судя по количеству хлама и маниакально мужественному интерьеру, это был кабинет Айронса. За недолгое время, проведенное в его компании, Ада убедилась в том, что этот человек являлся далеко не самой уравновешенной личностью на Земле. «Амбрелла», вне всякого сомнения, платила ему, но в шефе полиции определенно присутствовало что-то вопиюще бестолковое.

Ада направилась вниз по коридору, низкие каблуки ее туфель громко стучали по выложенному синей плиткой потертому полу; она заранее испытывала трепет перед очередной отнимающей уйму времени механической загадкой. Вряд ли от нее будет какой-то толк — Вонг с самого начала предполагала, что вирус до сих пор находился в лаборатории, — но она не могла позволить себе рисковать возможностью добыть образец побыстрее. Согласно документам, существовало от восьми до двенадцати унцевых пузырьков с этим веществом. Информация была получена из видеоматериалов двухнедельной давности, а лаборатория Биркина вовсе не являлась неприступной. По канализационной системе подземная лаборатория соединялась с полицейским участком, и Аде приходилось принять во внимание возможность того, что образцы были перемещены. Кроме того, Бертолуччи мог скрываться в научно-технической библиотеке или в офисе S.T.A.R.S. в западном крыле, а, может, в темной комнате; Ада должна была найти его, живым или мертвым. И к тому же она получит возможность обзавестись несколькими магазинами девятимиллиметровых патронов, оставшихся у погибших полицейских.

Ада пересекла небольшую комнату ожидания, в которой стояли взломанные, разграбленные торговые автоматы, и двинулась дальше по проходу. Как и в других частях участка, в коридоре было холодно и явно недоставало освежителя воздуха. Вонг привыкла к запаху, но холод казался невыносимым. В сотый раз с того самого момента, как она покинула свой столик в "Арклий", Ада пожалела о том, что не оделась к обеду немного проще. Облегающее красное платье без рукавов и туфли на низком каблуке прекрасно подходили для операции, как одежда для боевого задания, однако в сложившихся обстоятельствах этот наряд оказался крайне непрактичным.

Она добралась до конца коридора и осторожно открыла дверь слева, держа оружие наготове. Как и прежде, коридор был пуст; потемневшие стены песочного цвета и выложенная симметричным узором плитка являли собой очередное свидетельство былого изящества здания. Вероятно, когда-то участок выглядел внушительно, но годы службы в качестве рабочего помещения лишили его всякого великолепия. Образ величественного полуразрушенного кинотеатра и леденящая атмосфера безысходности определенно не предвещали ничего хорошего.