Стефани Перри – Город мертвых (страница 15)
Ботинок ударил о раскаленную дверь, и та с треском распахнулась, опаленная древесина рассыпалась хлопьями пепла. Часть их попала на обнаженные ноги Клэр, но она вынула оружие, прежде чем отряхиваться — девушку больше пугало то, что могло оказаться за дверью, чем парочка волдырей.
Ее взору открылся короткий, пустой коридор; пол усеян щепками, все затянуто дымом, в конце слева — дверь. Рэдфилд двинулась туда, одинаково сильно желая глотнуть свежего воздуха и увидеть, куда она ведет. Непосредственная угроза пожара была устранена, теперь следовало начать поиски Леона и подумать о том, как выжить. Было бы неплохо проверять комнаты по дороге, возможно, в них найдется что-нибудь полезное.
Дверь в конце зала была не заперта. Клэр толкнула ее, приготовившись стрелять во все, что посмеет двинуться… и вдруг замерла, потрясенная причудливой атмосферой комнаты. Это напоминало пародию на мужской клуб начала пятидесятых: большой офис, обставленный с экстравагантностью на грани нелепости. Вдоль стен выстроились книжные шкафы тяжелого красного дерева и такие же столы, образующие что-то наподобие места для отдыха, состоящего из одинаковых кожаных стульев и низкого мраморного стола. Картину довершал восточный ковер на полу, судя по всему, очень дорогой. Замысловатая люстра, подвешенная к потолку, бросала яркий, но мягкий свет на весь интерьер. Картины в тяжелых рамах и изящные вазы находились повсюду, но их классическая красота подавлялась видом трофейных голов животных и безжизненных птиц, застывших в парящем полете; больше всего их было у стола в дальнем конце…
— О, мой Бог!
Красивая молодая женщина в изящном белом платье лежала поперек стола с распростертыми в стороны руками, подобно зловещему образу из готического романа ужасов. Ее живот покрывали глубокие кровавые раны.
Труп был будто бы наиболее ценным предметом в устрашающей коллекции; высушенные, пыльные животные уставились на него своими мертвыми стеклянными глазами… Рэдфилд успела заметить сокола и что-то, похожее на орла, их поеденные молью крылья были расправлены, изображая полет, неподалеку от птиц из стены торчала пара оленьих голов и американский лось. Комната выглядела настолько жутко и нереально, что Клэр на какое-то время перестала дышать, и когда стоящее позади стола кресло с высокой спинкой внезапно повернулось, она еле сдержала вопль суеверного ужаса, ожидая увидеть мрачно усмехающуюся смерть. Тем не менее, перед ней предстал всего лишь человек… и в руках у него был пистолет, направленный прямо на нее.
В течение секунды никто из них не двигался… а затем мужчина просто опустил оружие, кривая улыбка появилась на его пухлом лице.
— Прошу прощения, — произнес он. — Я думал, вы одна из тех зомби.
Когда он говорил, то приглаживал свои жесткие усы одним пальцем, и, хотя Клэр никогда не встречалась с ним, она внезапно поняла, кто это. Крис достаточно часто нелестно отзывался о нем.
Выглядел он неважно: его лицо отекло, поросячьи глазки запали, а на щеках горели красные пятна. Он окинул комнату отрешенным взглядом, так, будто пребывал во власти тяжелой паранойи. Парень был как будто не от мира сего, казалось, что он вообще находился в какой-то другой реальности.
— Вы — шеф Айронс? — спросила девушка, стараясь, чтобы ее голос звучал приятно и почтительно, одновременно она сделала шаг к столу.
— Да, это я, — сказал мужчина галантно. — С кем имею честь?
Прежде чем Клэр успела открыть рот, Айронс продолжил, подтверждая ее подозрения — словами и тоном, которым они были сказаны:
— А впрочем, нет, не утруждайте себя. Ведь это не имеет значения. Вы в любом случае кончите так же, как все остальные…
Он замолк, глядя в глаза мертвой женщине, раскинувшейся перед ним на столе, а Клэр все никак не могла дать определение этому его взгляду. Она чувствовала себя неловко в присутствии Айронса, несмотря на все то, что Крис говорил ей об отвратительной натуре и профессиональной некомпетентности этого человека. Одному только Богу известно, каким событиям он был свидетелем, или что ему пришлось сделать, чтобы остаться в живых.
Она опустила глаза на женщину. Шеф полиции заговорил снова, его голос каким-то немыслимым образом совмещал в себе скорбь и напыщенность:
— Это дочь мэра. Я должен был присматривать за ней, но у меня ничего не получилось…
Клэр попыталась найти в своей душе слова утешения, она собиралась сказать, что сам он жив, что это не было его ошибкой, но Айронс продолжил говорить, и ее слова застряли в горле, а жалость моментально угасла.
— Только посмотрите на нее. Она была настоящей красавицей, ее кожа — воплощение идеала. Но скоро начнется разложение… и где-то через час она станет одним из этих существ. Точно так же, как все другие.
Клэр не хотела делать поспешных выводов, но тоскливое вожделение в голосе шефа полиции и его восторженный, голодный взгляд заставили ее кожу покрыться мурашками. То, как он смотрел на мертвую девушку…
— Должен же быть способ остановить это, — осторожно поинтересовалась она.
— В каком-то смысле, да. Пуля в голову, или вовсе отрубить ее.
Он все же отвел взгляд от тела, однако так и не посмотрел на Клэр. Глаза его скользнули по чучелам на краю стола, голос стал задумчивым, но вместе с тем радостным.
— Подумать только, таксидермия была моим хобби. Теперь уже нет…
Внутри Рэдфилд прозвучал еще один тревожный звонок.
Айронс наконец взглянул на нее, вот только девушке это ничуть не понравилось. Его тяжелый пристальный взгляд был устремлен прямо ей в лицо, и, тем не менее, казалось, что шеф полиции не видит ее. Впервые Клэр пришло в голову, что он не задал ни одного вопроса относительно того, каким образом она попала сюда, или дыма, который просочился в его кабинет. И то, как он говорил о дочери мэра… в его голосе не было подлинной печали, лишь жалость к себе и какое-то ненормальное восхищение.
— Пожалуйста, — задумчиво проговорил Айронс, — теперь я хотел бы остаться один.
Он закрыл глаза и откинул голову на мягкую спинку стула, как будто в сильном изнеможении. Он просто перестал обращать на Клэр какое бы то ни было внимание.
И хотя у нее в голове роился миллион вопросов — на многие из которых, как она думала, шеф мог бы дать ответ, — девушка решила, что, возможно, будет лучше оставить весь этот ад вдали от него, по крайней мере, на какое-то время…
Тихий скрип раздался позади и слева от нее, настолько тихий, что она не была уверена, слышала ли его вообще.
Клэр огляделась, нахмурившись, и увидела, что в офисе есть вторая дверь; она не заметила ее прежде. Тихий звук шел как раз из-за нее.
Рэдфилд оглянулась на шефа полиции, но тот сидел, не двигаясь. Очевидно, он вообще ничего не слышал, а сама Клэр и вовсе перестала для него существовать, во всяком случае, в эти минуты. Он вернулся в свой личный мир, из которого она вырвала его, когда вломилась к нему в кабинет.
Она должна была найти Леона, да и Айронс — сумасшедший он или нет — вселял в нее неподдельный страх; Клэр даже обрадовалась тому, что шеф полиции не решил составить ей компанию. Но если в здании находились другие люди, которым они с Леоном могли помочь или которые могли бы помочь им…
Чтобы проверить, нужно совсем немного времени. Бросив последний взгляд на Айронса, расплывшегося в кресле рядом с трупом дочери мэра в окружении мертвых животных, девушка направилась ко второй двери, надеясь, что не совершает ошибку.
Глава 11
Шерри уже довольно долго пряталась в полицейском участке; прошло, по всей видимости, дня три или четыре, а свою маму она так ни разу и не видела, даже тогда, когда тут все еще было много людей. Она нашла миссис Эддисон — свою школьную учительницу — сразу, как только попала сюда, но миссис Эддисон погибла. Ее сожрали зомби. Вскоре после этого Шерри обнаружила вентиляционную шахту, проходящую почти через все здание, и решила, что лучше спрятаться, чем оставаться вместе со взрослыми, потому что те продолжали гибнуть, а кроме того, по участку бродил монстр. Он был намного страшнее любых зомби и людей с вывернутыми наружу внутренностями, и девочку не покидала смутная уверенность, что этот монстр искал именно ее. Рассуждать так, скорее всего, было глупо, ведь раньше она считала, что монстры, по своему обыкновению, не охотятся за каким-то конкретным человеком, но, с другой стороны, когда-то она вообще не верила в их существование.