Стефани Майер – Рассвет (страница 21)
Я возмущенно засопела.
– Все по-честному, Эдвард! В отличие от некоторых я не строю целыми днями хитроумные планы. «Как бы так поинтереснее вымотать Беллу?» – передразнила я. Эдвард рассмеялся. – Мне правда нужно еще капельку побыть человеком. – Я пробежалась пальцами по его обнаженной груди. – Мне пока мало.
– Ради этого? – Кинув на меня недоуменный взгляд, Эдвард перехватил подбирающуюся к его животу руку. – То есть дело только в сексе? – Он усмехнулся. – Мог бы и раньше догадаться. Разом прекратил бы кучу споров.
– Наверное, – рассмеялась я.
– В тебе столько человеческого, – повторил Эдвард уже когда-то сказанное.
– Знаю.
– Значит, едем в Дартмут?
– Не бойся, я на первой же сессии вылечу…
– Я тебя подтяну. – Улыбка стала шире. – А в колледже тебе понравится.
– Думаешь, еще не поздно искать жилье?
Эдвард виновато улыбнулся.
– У нас там вроде как есть дом… На всякий случай.
– Ты купил дом?!
– Недвижимость – оптимальное вложение средств.
Вот значит как.
– Тогда едем.
– Только сперва узнаю, можно ли не возвращать пока машину «до»…
– Конечно! А то, не дай Бог, на меня танк попрет.
Эдвард рассмеялся.
– Сколько еще мы можем тут побыть?
– Времени достаточно. Несколько недель у нас точно есть. А потом, перед отправкой в Нью-Гэмпшир, предлагаю навестить Чарли. Рождество можно встретить с Рене…
Он рисовал полное радужных перспектив будущее, где никому не придется причинять боль. Почти никому – поправила себя я, услышав, как затрясся запертый на ключ ящичек с мыслями о Джейкобе.
Так ничего не выйдет. Стоило почувствовать прелесть человеческого бытия во всей полноте, как далеко идущие планы тут же поплыли. Где восемнадцать, там и девятнадцать, где девятнадцать, там и двадцать… Какая разница? За год я и не изменюсь совсем. Но быть человеком рядом с Эдвардом… С каждым днем выбор все сложнее.
– Несколько недель, – согласилась я. И тут же добавила, чувствуя, как неумолимо бежит время: – Помнишь, что я говорила насчет практики? Может…
Эдвард рассмеялся.
– Не упускай эту мысль. Я слышу лодку. Похоже, уборщики прибыли.
Не упускать мысль? То есть мешать ее осуществлению он больше не будет? Я улыбнулась.
– Сейчас объясню Густаво, что стряслось в белой спальне, и можем двигаться. На южной стороне в джунглях есть одна полянка…
– Не хочу двигаться. Я сегодня не в настроении мотаться по острову. Хочу остаться тут и посмотреть фильм.
Эдвард сжал губы, чтобы не рассмеяться над моим капризным тоном.
– Хорошо, как скажешь. Выбирай фильм, а я пока дверь открою.
– Что-то я не слышала стука.
Эдвард склонил голову, прислушиваясь. Через секунду в дверь робко постучали. Эдвард с довольной улыбкой отправился открывать.
На полках под большой телевизионной панелью выстроились ряды фильмов. Не знаешь, с какого бока начать… Их тут больше, чем в прокате.
Из коридора донесся приглушенный бархатистый баритон Эдварда, что-то объясняющий, насколько я догадывалась, на португальском. Ему отвечали на том же языке резковатым хриплым голосом.
Эдвард провел уборщиков в комнату, по пути махнув рукой в сторону кухни. На его фоне оба местных жителя казались чересчур темнокожими и низкорослыми. Плотный мужчина и миниатюрная женщина, лица у обоих сухие, морщинистые. Эдвард с гордой улыбкой жестом представил меня, и в потоке незнакомых слов я расслышала собственное имя. При мысли о том, что сейчас эти люди войдут в засыпанную перьями комнату, щеки тут же порозовели. Мужчина приветствовал меня почтительной улыбкой.
Его крошечная спутница с кофейного цвета кожей, наоборот, улыбаться не спешила. В ее взгляде отражались изумление, беспокойство и всепоглощающий ужас. Не успела я хоть что-то сказать или сделать, как Эдвард махнул им рукой, и они отправились созерцать разгром в курятнике.
Вернулся он один. Стремительно подлетел ко мне и обнял.
– Что с ней? – тревожно прошептала я, вспомнив этот панический взгляд.
Эдвард бесстрастно пожал плечами.
– У Каури индейские корни, ее воспитывали тикуна. А они куда более суеверны – иными словами, более внимательны, чем основная масса наших современников. Так что она догадывается, кто я такой. – В голосе его не было беспокойства. – У них здесь свои легенды. Лобисомем, демон-кровопийца, охотящийся исключительно на красавиц. – Эдвард изобразил плотоядную улыбку.
Только на красавиц? Это, кажется, комплимент!
– Но у нее такой перепуганный вид…
– Да. Ей страшно – за тебя.
– За меня?
– Ее пугает, что я привез тебя сюда совсем одну. – Зловеще усмехнувшись, он перевел взгляд на уставленные фильмами полки. – Ладно, давай, ты уже выберешь фильм и мы усядемся его смотреть. Вполне человеческое занятие.
– Точно! Она сразу убедится, что ты человек. – Я рассмеялась и повисла у него на шее, приподнявшись на цыпочки. Эдвард сперва наклонился, подставляя губы, а потом обхватил меня за талию и приподнял, чтобы не нагибаться.
– Фильмы-фигильмы… – пробормотала я, перебирая пальцами бронзовые кудри. Его губы в это время путешествовали по моей шее.
За спиной кто-то ахнул от ужаса, и Эдвард тут же опустил меня на пол. В дверях стояла оцепеневшая Каури – в волосах перья, в руках набитый пакет для мусора, на лице смертельный страх. Она смотрела на меня, а я покраснела и смущенно опустила взгляд.
Уборщица тут же опомнилась и пробормотала извинение – слова незнакомые, но по интонации все понятно. Эдвард ответил миролюбиво и с улыбкой. Она отвела темные глаза и пошла работать дальше.
– Она правда подумала то, что, как мне показалось, она подумала?
Ну и завернула… Эдвард рассмеялся.
– Да.
– Вот, держи. – Я наугад сняла диск с полки. – Включим и притворимся, что смотрим.
В коробке оказался старый мюзикл с улыбающимися девушками в пышных платьях на обложке.
– Как раз для медового месяца, – одобрил Эдвард.
Глядя на экран, где актеры вытанцовывали под задорную вступительную песню, я забралась на диван и свернулась клубком в объятиях Эдварда.
– Теперь можно будет снова перебраться в белую спальню? – мимоходом поинтересовалась я.
– Не знаю… Учитывая, что кровать в другой спальне я тоже угробил, может, в разрушениях пока ограничимся одной комнатой? Если повезет, Эсми когда-нибудь нас еще сюда пригласит…
Я просияла:
– Громим дальше?
Эдварда моя радость насмешила.
– Уж лучше запланированно, чем ты застанешь меня врасплох посреди ночи.
– Да, долго ждать не придется, – небрежно согласилась я. Кровь при этом бешено застучала в висках.
– С сердцем перебои?