Стефани Майер – Химик (страница 9)

Она по-прежнему разделяла варианты исхода на две колонки.

Первая – Карстон врал, чтобы убить ее, – казалась все менее правдоподобной. Однако необходимо оставаться начеку. История могла быть выдуманной от начала и до конца. Улики, данные нескольких контор, написанные в разных стилях отчеты, фотографии со всего мира – все это, вероятно, тщательно подготовленная ловушка. Правда, не очень-то надежная, ведь Алекс могла попросту отказаться и свалить.

Но зачем Карстону собирать столько информации, если он надеялся договориться о встрече заранее? Алекс с легкостью убили бы и без всей этой показухи. Если объект уже держат на прицеле и ты ждешь, что его мозги растекутся по тротуару прежде, чем папка будет открыта, хватило бы и стопки девственно-чистых листов. Насколько быстро в департаменте набросали такое досье? Алекс ведь приехала раньше условленного и не оставила Карстону времени на подготовку. Кто же тогда Дэниел Бич? Человек из департамента? Или ничего не подозревающий гражданский? Они ведь должны понимать, что Алекс в состоянии проверить хотя бы часть информации.

В последнем документе они предлагали план действий. Через пять дней, с Алекс или без, Дэниела задержат во время регулярной пробежки субботним утром. Никто его не хватится до начала школьной недели в понедельник. В любом случае, все обставят так, будто он просто решил ненадолго уехать. Если Алекс им поможет, то у нее будет два дня, чтобы получить необходимую информацию, а затем она может отправиться на все четыре стороны. Они надеялись, что Алекс согласится поддерживать некий контакт – посредством электронной почты для экстренной связи, соцсетей, да хоть газетных объявлений.

А если Алекс откажется, им придется справляться собственными силами. Однако попытки добыть информацию и не покалечить объект наверняка займут много времени… слишком много времени. Думать о том, какой ценой обойдется провал, было страшно.

Она едва сдерживала возбуждение при мысли обо всех ее любимых игрушках, которые ждут в лаборатории. Оборудование, которое не достать в обычном мире. ДНК-секвенсор и амплификатор. Уже извлеченные антитела, которыми можно будет тихонько набить карманы, если все это не подстава. Конечно, если Карстон не лжет, то ей больше и красть не придется.

Она задумалась, каково это, снова спать в постели. Не таскать на себе полный набор токсинов. Использовать одно и то же имя. Взаимодействовать с людьми так, чтобы никто не умирал.

«Не рассчитывай на подобное, – сказала она себе. – Не позволяй мечтам поселиться в голове и повлиять на здравомыслие. Не иди на поводу у глупой надежды».

Какими бы приятными ни были грезы, попытки воспроизвести путь к их достижению приводили ее в тупик. Она не могла представить, как вновь проходит сквозь сверкающие стальные двери туда, где в мучениях умер Барнаби. Разум отказывался воплощать эту сцену.

Жизни миллионов людей были весьма весомым аргументом, однако во многом оставались лишь теорией. Алекс не знала, что же сможет заставить ее все-таки шагнуть в те двери.

Значит, придется идти в обход.

Всего пять дней.

И уйма работы.

Глава 4

Операция заставит ее выпотрошить всю заначку.

Мысль навязчиво крутилась на периферии мозга. Если через неделю она все еще будет жива, а взаимоотношения с департаментом останутся прежними, то настанет череда серьезных финансовых проблем. Три года подряд постоянно менять личность – удовольствие не из дешевых.

Вначале было сложно добыть наличные, которые можно спокойно тратить. Деньги у нее были – будущая зарплата как раз и привлекла ее при выборе работы, а до этого она получила приличную выплату по страховке после смерти матери. Однако если ты работаешь на обладающих немалой властью параноиков, которые наверняка отмечают в твоем личном деле даже то, что ты сменила марку зубной пасты, нельзя просто так снять средства со счета и спрятать их в коробку под кроватью. Если начальство не собирается ничего с тобой делать, так ты можешь дать ему повод. А если собирается – то теперь будет действовать на опережение. Можно, конечно, снять все деньги и тут же выехать из города, но как тогда платить за подготовительные меры?

Эту схему, как и многие другие, разработал Барнаби. И он не посвящал Алекс в подробности, чтобы защитить друга или друзей, чьей помощью собирался воспользоваться.

В кафетерии, расположенном несколькими этажами выше лаборатории, они с Барнаби обсудили – так, чтобы разговор было слышно – многообещающее предложение для вложения средств. Вернее, многообещающим его назвал Барнаби, пытаясь убедить в этом Алекс. Ничего необычного – подобные беседы наверняка велись и у кулеров с водой в обычных офисах. Она сделала вид, что поддалась на уговоры, и Барнаби громко пообещал все уладить. Она перевела деньги на счет инвестиционной фирмы – или же компании, которая оную напоминала. Через несколько дней средства – за вычетом пяти процентов «комиссии» друзьям Барнаби за потраченное время и риск – попали в банк в городе Талса, штат Оклахома, на счет некой Фредерики Ноубл. Уведомление об открытом счете ожидало ее в конверте без надписей, спрятанном в экземпляре «Экстранодальных лимфом» окружной библиотеки. Там же лежали водительские права Фредерики Ноубл, выданные в штате Оклахома, с фотографией Алекс.

Она не знала, где окажется заначка Барнаби. Не знала его новое имя. Она хотела покинуть город вместе с ним – ей уже тогда снились кошмары о бегах и безбрежном одиночестве, – однако Барнаби счел это неразумным. Безопаснее разделиться.

Больше вложений, больше конвертов. Еще несколько счетов на имя Фредди, а также счета и удостоверения Эллис Грант из Калифорнии и Ши Марлоу из Орегона. Документы всех трех личностей были надежными, если бы дело дошло до тщательной проверки. Когда департамент нашел ее в первый раз, Фредди оказалась раскрыта, поэтому теперь она вела себя куда осторожнее. Эллис и Ши пока ничто не угрожало. Она ими слишком дорожила, поэтому использовала как можно реже – и так, чтобы не запятнать какими-либо связями с доктором Джулианой Фортис.

Еще она начала покупать ювелирные украшения – ценные, но небольшие по размеру. Например, канареечные бриллианты, которые, на ее взгляд, ничем не отличались от простых желтых сапфиров, но стоили в десять раз дороже прозрачных. Массивные цепочки и тяжелые кулоны из чистого золота. Несколько отдельных камешков – их она якобы собиралась вставить в оправу. Пусть вновь продать все это удастся лишь за полцены, зато драгоценности проще перевозить, да и обменять на наличность можно без лишнего шума.

Позвонив из телефона-автомата, Фредди Ноубл арендовала небольшой домик у окраины Талсы. Домиком владел замечательный старичок, который с радостью согласился помочь с доставленными по почте коробками. В них было все, что ей понадобится, когда она перестанет быть Джулианой Фортис, – начиная с полотенец и подушек и заканчивая россыпью драгоценных камешков, конденсаторами и перегонными колбами. Хозяин получал арендную плату и никак не комментировал отсутствие Фредди. Она пару раз туманно намекнула, что собирается порвать неудачные отношения с парнем – такой версии хозяину было достаточно. Необходимые вещи она заказывала по Интернету, используя библиотечные компьютеры и электронный ящик, который никогда не открывала на домашнем ноутбуке.

Она выполнила все, что было в ее силах, и принялась ждать сигнала Барнаби. И он действительно дал ей понять, что пора бежать – пусть и не так, как они планировали.

Теперь накопленные такими трудами деньги буквально утекали сквозь пальцы. Как будто она – избалованный ребенок, дорвавшийся до родительского капитала. Что ж, это последний большой загул в тщетной надежде обрести свободу, пообещала она себе. Она знала несколько способов заработать большие деньги, но все они опасны и связаны с рисками, на которые она шла крайне неохотно.

Иногда люди нуждались в услугах врачей, готовых нарушить закон. Некоторые всего лишь хотели, чтобы врач проконтролировал прием препарата, купленного в России или Бразилии и не одобренного Управлением по санитарному надзору. А другим было необходимо извлечь пули, но не в больнице, где тут же уведомили бы полицию.

Она то и дело появлялась в Сети. Несколько клиентов связывались с ней через последний электронный адрес, который теперь засвечен. Придется вернуться на уже знакомые форумы и восстановить старые контакты, стараясь не наследить больше необходимого. Задача предстоит сложная. Если департамент обнаружил письма, то теперь они все знают. По крайней мере, клиенты входили в ее положение. Бóльшая часть работы, которую она для них выполняла, колебалась в пределах от полулегальной до полностью незаконной, так что исчезновениями и новыми именами их было не удивить.

Подпольная деятельность, разумеется, добавляла в ее и без того нелегкую жизнь новые опасности. Например, когда средней руки мафиозный босс, которому нравилось пользоваться ее услугами, решил, что ей стоит навсегда переехать в Иллинойс. Она попыталась рассказать Джои Джанкарди заранее продуманную легенду. Все-таки если мафия узнает, что реальная информация о ней стоит немалых денег, ее тут же выдадут. Однако он был, мягко говоря, непреклонен и убеждал, что под его защитой бояться нечего. В конечном счете ей пришлось разрушить свою почти налаженную жизнь в роли Чарли Петерсон и бежать. Возможно, члены мафиозной семьи до сих пор ее ищут, но это неважно. Когда речь заходила о кадрах и ресурсах, мафия и близко не могла сравниться с американским правительством.