Стефани Качиоппо – Там, где рождается любовь (страница 34)

Консультируя других, рассказывая о нашей научной работе, посвященной одиночеству, я старалась оставаться позитивной и объективной. Одновременно я обнаружила, что, для того чтобы быть настоящей, искренней с собой и находить контакт с другими людьми, мне нужно самораскрываться. Я должна была причислить себя к числу одиночек хотя бы для того, чтобы рассказать людям, как вернулась практически с того света. До пандемии я знала, что делиться с другими позитивными новостями полезно для здоровья[213], но обмен негативным опытом был для меня в новинку. Пандемия помогла мне лучше понять преимущества коллективного обмена информацией и то, как вместе мы можем улучшить наш коллективный социальный капитал (внутреннюю силу, которую мы получаем благодаря социальным связям). Я осознала, что говорить о негативных вещах — это не то же самое, что излучать негативную энергию. Эмоции — это просто эмоции, они не положительные и не отрицательные. Только от нашей реакции зависит, положительно или отрицательно они повлияют на наше здоровье, счастье и долголетие.

Чтобы внести в жизнь определенный ритм, я просыпалась каждое утро в четыре тридцать, когда на улице было еще темно, безмятежно и спокойно. Я медитировала, благодарила за еще один день жизни и делала зарядку. Затем я брала ноутбук и устраивалась у большого окна. Глядя на звезды, я думала, что жизнь в условиях пандемии не так уж сильно отличается от жизни на космической станции, изолированной, но тесно связанной с Землей. В одно такое утро я открыла электронную почту и обнаружила сообщение от НАСА. Это было приглашение выступить онлайн с докладом об одиноком мозге перед космическим агентством совместно с Национальным институтом здоровья. Я задумалась, чем могут быть интересны мои исследования астронавтам. Они мастера в искусстве жизни в изоляции. Они могут провести год в одиночестве в космосе, справляясь с последствиями одиночества благодаря позитивному мышлению, структурированному распорядку дня, спорту и осознанию своей миссии. Нам следовало бы поучиться у них.

Это виртуальное мероприятие не было похоже ни на что, в чем я когда-либо участвовала. Из соображений конфиденциальности я не видела других его участников. Я разговаривала с черным экраном компьютера и отвечала на интереснейшие вопросы, заданные неизвестными голосами. Не думаю, что я чему-то научила людей из НАСА, но этот опыт помог мне понять, насколько жизнь в космосе отражает нашу сегодняшнюю реальность. Как и астронавтам, нам пришлось перестроить свой мозг во время пандемии, чтобы оставаться рядом со своими близкими, несмотря на любые расстояния. Нам пришлось перенести большую часть социального общения, от празднования дней рождения до медицины, в виртуальное пространство.

Во время пандемии я чаще, чем обычно, наблюдала за звездами. Однажды весной 2021 года я ночью отправилась в обсерваторию в Санривере, который находится в трех часах езды к югу от Портленда. Гид сказал, что я приехала в идеальное время. По его расчетам, через несколько минут (точнее, в 23:22) прямо у нас над головами будет проходить Международная космическая станция. Солнечные лучи отражались от ее поверхности, поэтому она была достаточно яркой, чтобы ее можно было увидеть невооруженным глазом. Она показалась мне настолько похожей на падающую звезду, что я рефлекторно загадала желание.

Чистое небо освещала полная луна, светового загрязнения почти не было. Я думала об астронавтах в космосе, окруженных 88 созвездиями — случайными точками, которые человеческий разум соединил вместе силой воображения. Это те самые созвездия, которые заставляли мой любопытный ум развиваться, когда я была ребенком, составляли мне компанию, когда я была подростком, и указывали мне путь, когда годы спустя я чувствовала себя потерянной. Эти звезды напомнили мне о близком друге, который всегда говорил мне: «В борьбе есть красота». Несмотря на все трудности и мрачные моменты в жизни, всегда можно найти новый взгляд на вещи, новый способ соединить точки. Иногда просто нужно не забывать смотреть вверх.

Оглядываясь назад, я понимаю, что моя история не уникальна. Я встречала людей разной комплекции и разного цвета кожи, которые делились со мной своими историями любви и любовных страданий. И в их радости и боли я всегда узнаю себя. Такие чувства, как любовь и одиночество, универсальны: их испытывают все без исключения. У одиночества есть одна удивительная особенность: в отличие от других хронических состояний, связанных с риском для здоровья, наш социальный и экономический статус от одиночества не защищает. Сердечная боль бывает у всех: у поваров, спортсменов, медсестер, швейцаров, физиков, поэтов, даже у поп-звезд.

Возьмем, к примеру, Селин Дион. Несмотря на все песни о любви, благодаря которым она прославилась, большинство людей не знают ее настоящей истории любви. Селин влюбилась в своего менеджера Рене Анжелила, когда только всходила на музыкальный небосклон. Она восхищалась им, а он поддерживал ее и с раннего возраста помогал ей строить карьеру. Рене был дважды разведен. Их с Селин разделяло более двух десятков лет. Мать Селин была категорически против этого брака. Некоторое время Селин скрывала свои истинные чувства, но они были слишком сильны и чисты, чтобы их подавить.

Они с Рене решили попытать счастья. Их свадьбу транслировали по канадскому телевидению, а вся история их любви разворачивалась на публике. Селин ничего не скрывала. Ей было нечего скрывать: она очень любила Рене. Он был единственным мужчиной, с которым она когда-либо была, единственным, кого она целовала. Они прожили вместе двадцать один счастливый год. В 2016 году, после долгой и тяжелой борьбы с раком пищевода, из-за которого последние годы своей жизни Рене был вынужден питаться через трубку, он умер на руках у Селин в возрасте 73 лет. Два дня спустя Селин потеряла своего любимого брата, который тоже умер от рака.

Эта женщина на клеточном уровне знает, что такое утрата и что значит быть во власти любви, и на ее долю, вероятно, выпало слишком много одиночества. Она никогда не отпускала Рене из своей жизни и даже сделала бронзовую копию его руки, которую она пожимает перед каждым выходом на сцену. Практически с самых похорон Рене журналисты спрашивали Селин, может ли она предположить, что влюбится во второй раз. Через шесть лет после смерти мужа она удивила их. «Я влюблена», — заявила она[214]. Но при этом она одинока. Одинока и влюблена. «Любовь не означает снова выйти замуж. Я влюблена, когда вижу радугу, закат или красивое танцевальное выступление. Я выхожу на сцену каждый вечер, потому что люблю то, что делаю».

Я хотела бы, чтобы вы вынесли из истории Селин, из моей истории, из историй многих других людей, потерявших любимого человека, и из всех знаний о нейробиологии человеческих связей самое главное: любовь — гораздо более широкое понятие, чем принято считать. Ее нужно рассматривать не как изолированную и невыразимую эмоцию, а как когнитивную и биологическую потребность, измеримую, но постоянно меняющуюся и способную сделать нас лучше не только в отношениях, но и в личностном плане. Я начала писать эту книгу в одиночестве и заканчиваю ее тоже в одиночестве. И все же, пройдя весь этот путь, я верю, что нашла ключ к крепкой любви — и как нейробиолог, изучающий ее в лаборатории, и как человек, испытывающий ее в своей жизни. Главное — иметь открытый разум. Это гораздо легче сказать, чем сделать, но процесс расширения сознания начинается с понимания того, как оно работает.

Именно в этом и была цель книги. Подумайте обо всем, что вы узнали. Что любовь — это биологическая потребность. Что именно социальные связи позволили человеческому мозгу стать самым мощным органом во Вселенной. Что в ходе эволюции также были выработаны аверсивные стимулы, такие как одиночество и горе, чтобы побудить нас заботиться о социальном «я». Что быть одному — не значит быть одиноким. Что любовь не только действует как природный кайф, но и удовлетворяет человеческую потребность в саморасширении. Что такое расширение требует погружения вглубь себя, честности, искренности с собой, раскрытия того, кто мы есть. Что с точки зрения мозга любовь к другому человеку и страсть к какой-либо деятельности (например, спорту, карьере или достижению какой-либо цели в жизни) очень похожи. Что мы не можем по-настоящему любить без участия разума, сердца и тела. Что любовь непросто удержать, трудно отпустить и разрушительно терять.

Джон говорил, что в английском языке нет антонима к слову «одиночество». Как и у других биологических потребностей (голода, жажды), у одиночества нет противоположного понятия. Но я начинаю думать, что любовь (в том широком смысле, в котором я сейчас понимаю это слово, основываясь на своих исследованиях и опыте) — это противоположность одиночества. Любовь — это то чувство социальной привязанности и наполненности, которое Джон искал все эти годы. И это то, что меня окружает сегодня. Как бы ни закончился ваш роман, надеюсь, теперь вы готовы наполнить свою жизнь любовью.

Со всей моей любовью.

Благодарности

Писать эти последние страницы очень волнительно. В глубине души я понимаю, что каждый человек, которого я встретила на своем жизненном пути, как-то вдохновил меня или преподал мне урок человечности. Я благодарна всем: и тем, кого я здесь упоминаю (в случайном порядке), и тем, кого я могла не упомянуть, но кто при этом мне не менее дорог.