Стася Вертинская – Волчий след. Служанка леди Эверсон (страница 11)

Без огонька единственной свечи в комнате стало темно, но я отлично видела даже самые непроглядные углы. Я села на пол возле двери в коридор и задумалась. Что ждет меня после отъезда молодой госпожи? Меня и раньше мучал этот вопрос, но подумать о нем не было возможности.

Отбор займет не один день. Пока Мелания будет отсутствовать, мы будем по-прежнему считаться её личными служанками. Но если она пройдет отбор и не вернется, это изменится. Я не видела и не знала других кандидаток. И потому считала, что Мелания, казавшаяся мне достаточно красивой и милой, должна победить. Она так старательно готовилась, хотя и без того казалась идеальной, что по-другому и быть не могло – она точно понравится принцу.

Эмма говорила, что другие кандидатки ничуть не хуже, и что выбор императора – это не только отточенные манеры и красота, а еще и подходящие королеве качества. Но я не сомневалась в победе нашей госпожи. От того будущее казалось неопределенным. Не хотелось бы попасть в услужение к господину Эрику. Хотя до сих пор он не проявлял вражды, но маг есть маг, и я опасалась его.

– Алиша? Ты здесь? – разбудил меня голос Мелании. Я сама не заметила, как задремала. Быстро подскочив, я зажгла свечу. Ветер хлопнул створкой приоткрытого окна, пламя колыхнулось, отбрасывая неясные тени, а госпожа Мелания вздрогнула от неожиданности.

– Простите, я задремала, – сказала я и встала, ожидая приказаний.

– Мне не спится, – сказала Мелания. – Принеси мне чаю.

Новый порыв ветра приподнял шторы, и пламя вновь затанцевало.

– Хотя постой, – Мелания пересекла комнату. – Я пойду с тобой.

Мы шли по пустым коридорам в сторону кухни. Обычно, если мне приходилось ходить по замку ночью, я не слишком заботилась о свете. Дар оборотня позволял видеть в темноте не многим хуже, чем при свете. Сейчас же нужно было аккуратно нести свечу, держа руку повыше, чтобы дать госпоже достаточно обзора. Мелания вцепилась в мою свободную руку и настороженно осматривалась по сторонам.

– Не бойтесь, госпожа, – я попыталась её хоть немного успокоить. – Поместье Эверсон, самое безопасное место, которое я только знаю.

– Да, прости, – Мелания ослабила хватку и перестала вглядываться в тени вокруг. – Это все из-за переживаний. Еще и сон дурной приснился…

На кухне я зажгла все свечи, что смогла найти. Пространство вокруг озарилось их теплым желтоватым светом. Хотя в углах всё еще клубились тени, Мелании теперь не должно быть страшно. После подбросила дров в небольшую печь, поставила разогреваться чайник и достала припрятанные поварихой остатки печенья. Мелания села на лавку возле стола и оглядывала помещение. Свет свечей освещал готовую к утренней работе кухню. Поблескивала чистая посуда, возле большой печки стояла кастрюля с тестом, выглядывающим из-под крышки – утром к завтраку господам подадут свежие булочки.

– Я с детства не была здесь. Чтобы вот так – просто попить чаю с печеньем, – вдруг сказала Мелания и улыбнулась. – Посиди со мной, – она указала на лавку. – Ночью поместье такое… тихое. От того и страшно. Совсем немного, – тут же поправилась она.

Мне поместье тихим не казалось, ну может только в хозяйском крыле. Ночью там действительно почти никого не было слышно. А вот в комнатах слуг даже ночью было достаточно шумно. Кто-то храпел или долго возился. Кто-то приходил позже, если приходилось много работать. Поварихи наоборот – вставали чуть свет и, шаркая ногами, тянулись к кухне, готовясь к завтраку. Через окна было слышно, как перекрикиваются караульные и лают собаки возле конюшен.

Недавно я слышала, как рядом всхлипывала в подушку отвергнутая возлюбленным Тарья. А в одной из соседних комнат девушки выталкивали настойчивого ухажера, решившего залезть к ним через окно. Острый слух оборотня улавливал, как шептались Сильвия и Метти, делившиеся друг с другом шпильками с полудрагоценными камнями, которые утром не досчитаются в своих шкатулках обе леди Эверсон. И как Гретта, служанка старшей леди Эверсон, рассказывала своим соседкам по комнате о первом поцелуе с Илоном, личным стражником лорда… В крыле слуг кипела жизнь, о которой господа Эверсон даже не догадывались.

– В поместье даже ночью полно народу, – коротко ответила я.

– Да. Я знаю, – вздохнула Мелания и отпила чай. – Я даже не знаю, чего я боюсь больше, – вдруг сменила она тему: – А вдруг я пройду отбор? Придется жить всю жизнь с нелюбимым? Ведь я не смогу отказать императору. А если не пройду, но успею влюбиться в принца?

Она снова вздохнула. А я растерялась, что ответить. Ведь я верила, что именно она победит. Но слова о моей вере в нее сейчас были лишними.

Вдруг моего носа коснулся едва уловимый запах магии. Он доносился не из-за дверей, ведших к гостиным и спальням господ, а из-за тех, что вели к жилым комнатам слуг. Я резко подняла голову и оглянулась в сторону двери – что господин Эрик забыл в этой части поместья?

– Что там? – испуганно спросила Мелания.

– Ничего, госпожа. Показалось, будто я что-то услышала…

В ту же секунду со стороны комнат слуг раздался женский крик, к нему тут же присоединился еще один. Что-то громыхнуло. Мелания подскочила с лавки, опрокинув кружку с остатками чая. Я оглянулась в поисках чего-нибудь, что сошло бы за оружие. На одном из столов лежал забытый нож. Не очень большой, но всё же лучше, чем ничего. Осторожно приоткрыв дверь, я пыталась разглядеть, что здесь могло произойти. В обе стороны от двери тянулся коридор. Один его конец упирался в ведшую в хозяйские гостиные неприметную дверь, с другой стороны располагались комнаты прислуги. Коридор был пуст. Но от жилых комнат сквозняк донес запах мага – он явно был где-то там.

Коридор, сколько его было видно из двери кухни, казался пустым. Уже слышно было, как просыпаются и встают слуги. Всего через минуту начали открываться двери и появляться первые любопытные.

– Что произошло?

– Кто кричал?

Я прислушивалась и вглядывалась в темноту, пытаясь вычислить нарушителя спокойствия. Однако маг себя никак не выдавал. Гомон голосов прервал громкий рык. Люди замерли в ужасе. Одна из дверей комнат резко распахнулась и в коридор выскочила большая черная тень.

Тот час помещение заполнили крики ужаса.

– Оборотень! – раздался чей-то возглас. Испуганное чудовище – это явно был проклятый оборотень – зарычало еще раз, заглушая крики людей. А потом, раскидывая всех, кто попадался по пути, побежало к единственному источнику света – в сторону кухни.

За спиной вскрикнула Мелания. Я резко закрыла дверь, но когти чудовища, посчитавшего нас лучшей добычей из всех, пронзили тонкое деревянное полотно. Я отскочила, не желая, чтобы и меня постигла та же участь.

Оборотень, откинув сломанную дверь, оскалил зубы и посмотрел прямо на меня. По изуродованной морде невозможно было понять, кто это. Возможно проклятие настигло кого-то, с кем я близко общалась. От того я медлила, и чудовище напало первым.

– Уходите, госпожа! – крикнула я Мелании, прежде чем сосредоточиться на противнике.

Сражаться кухонным ножом против проклятого оборотня было сомнительным занятием. Удары коротким лезвием не столько ранили чудовище, сколько еще больше злили. Я крутилась вокруг столов, избегая замахов когтистых лап. Нужно было отвлечь оборотня, протянуть время, стараясь ранить и ослабить его, пока подоспеет стража. Оставлять в живых это существо, кто бы ни скрывался за личиной чудовища, было нельзя. Ноги путались в длинной юбке, но у меня не было ни секунды, чтобы хоть как-то поправить её. Оборотень размахивал лапами, пытаясь задеть меня, и раскидывал все, что попадалось под его лапы. Я оступилась. Перекатившись через спину, едва ушла от удара когтистой лапы. Когда я снова оказалась на ногах, увидела, как Мелания лупит чудовище кочергой. Оборотень, забыв обо мне, кинулся на нового врага – ему было все равно, кого убивать. Мелания закричала, а я едва успела оказаться перед ней и задержать лапу чудовища. Ладони оцарапала жесткая шерсть, на ощупь больше похожая на рыбий хребет.

Истинные оборотни достаточно сильны даже в облике человека. Но охваченное безумной яростью чудовище оказалось сильнее. Я пыталась оттолкнуть его от себя, но уже видела, как чудовище замахивается второй лапой. Я поднырнула под лапу, стараясь избежать смерти и готовясь принять удар на левое плечо. Когти коснулись кожи, порвав рукав и оставив глубокие царапины. Топот ног и лязг стали рассказали о том, что стража наконец здесь. Я отскочила в сторону, чтобы не мешать воинам делать свое дело. Уже через несколько минут оборотень был повержен. Я тяжело вздохнула и осмотрела разгромленную кухню и собственную рану. Было больно, но вполне терпимо. По светлому рукаву расползалось алое кровавое пятно, и ткань неприятно липла к коже. Мелания, к моему облегчению получившая лишь несколько ушибов, осела у стены и заплакала.

– Госпожа, вы в порядке? – обратился к ней один из стражников. Мелания кивнула, но продолжила всхлипывать.

Она теперь в безопасности. Убедившись в этом, я ринулась в коридор, откуда выскочил оборотень. Возле комнат прислуги царил хаос. Кто-то все еще кричал и рыдал. Те, кто успел увидеть смерть оборотня, перекрикивали других, сообщая, что все закончено. Возле комнаты, из которой выскочило чудовище, было особенно много народу. Я с трудом пробилась сквозь толпу.