Стаси и Элен Твенти – Сделка с некроманткой. Магическая Академия (страница 11)

— Никто мной не пользуется, — Дариан отложил приборы. Он повернулся к Амаре и, игнорируя родителей, взял ее руку, поднеся к губам. Его губы коснулись ее костяшек — теплые, живые, такие контрастные. — Амара — единственная, кто меня понимает. Единственная, кто видит меня, а не наследника Темпестов.

Амара посмотрела ему в глаза. Она знала, что это игра. Знала, что это пункт контракта. Но в его взгляде, обычно насмешливом, сейчас плескалась такая тоска и просьба о поддержке, что у нее перехватило дыхание. Амара заставила себя улыбнуться — мягко, чуть застенчиво. Она накрыла его руку своей свободной ладонью.

— Дариан преувеличивает, миледи, — сказала она, глядя прямо в холодные глаза его матери. — Но он прав, я не пользуюсь его положением. Мне не нужны ваши деньги или ваш статус. Мне нужен только он. И если для того, чтобы быть с ним, мне придется терпеть ваше пренебрежение... что ж, это небольшая цена.

Лорд Темпест перестал жевать. Леди Темпест сузила глаза.

Повисла звенящая пауза.

— Сколько вам нужно денег, чтобы оставить моего сына в покое? — прямо спросила мать. Высокопарные слова Амары не произвели на нее впечатления. — Мы знаем ваше положение. Вы были на грани отчисления. Дариан очень просил отца решить эту проблему. Вы получили свое, но теперь надеетесь получить больше, став его женой?

— Мама! — Дариан сжал кулаки, его лицо побледнело от гнева. — Прекрати немедленно.

— Я просто пытаюсь решить проблему, Дариан, — устало вздохнула Леди Темпест, изящно промокнув губы салфеткой. — Ты сейчас нестабилен. Твоя болезнь прогрессирует, это влияет на рассудок. Ты уязвим для манипуляций. А мисс Торн... скажем так, она очень вовремя появилась.

Лорд Темпест отложил приборы и сцепил пальцы в замок, глядя на сына как на неразумного ребенка, который притащил в дом бродячую собаку.

— Мы не виним тебя, сын. Это естественная реакция — искать утешения на стороне, когда на плечи ложится груз ответственности. Побалуйся, если тебе так нужно выпустить пар. Поиграй в спасителя для бедной девушки. Но не смей тащить это за семейный стол и называть «невестой».

Амара почувствовала, как внутри закипает холод. Они говорили о ней так, словно ее здесь не было. Словно она была вещью.

— Я не «это», — ровно произнесла Амара.

Лорд Темпест перевел на нее скучающий взгляд.

— Для нас, мисс Торн, вы — временное затруднение. Дариан сейчас бунтует. Он отказывается от брака с Элизой, отказывается от Печати, потому что боится. И вы — часть этого бунта. Но это пройдет.

— Вы ошибаетесь, — тихо сказал Дариан. Он смотрел на родителей с пугающей ясностью. — Это не бунт. И это не пройдет. Я не женюсь на Элизе. Я не приму помощь Кассианов.

— Примешь, — уверенно, без тени сомнения заявила мать. — Потому что у тебя нет выбора, дорогой. Кассианы — единственные, кто может тебе помочь. Они спасли тебя, когда ты был малышом, и спасут сейчас.

Амара вдруг отбросила всю неприязнь к родителям и спросила, стараясь, чтобы его голос звучал не слишком заинтересованным.

— Малышом? У Дариана были проблемы с магией с детства?

— О, ему только исполнилось три, и это был кошмарный год, — Леди Темпест покачала головой, на секунду утратив свою ледяную маску. — Он угасал на глазах. Целители разводили руками. Мы думали... мы думали, род прервется. Но Лорд Кассиан нашел мощного мага, который смог помочь. Мы обязаны им жизнью Дариана. И плевать в руку, которая тебя излечила — это верх низости, сын.

Дариан скривился, словно от зубной боли.

— Я благодарен за спасение своей жизни, пусть этого и не помню. Но я не отдам вам свою душу в качестве оплаты.

Он отодвинул стул и встал.

— Мы уходим.

Лорд Темпест даже бровью не повел. Он спокойно отпил вина.

— Иди. Проветрись. Тебе полезно. Карманные деньги мы тебе оставим — гуляй, развлекай свою подругу. Но когда тебе надоест играть в героя-любовничка и ты почувствуешь, что тьма снова подступает к горлу... ты придешь домой. Ты наденешь Печать. И ты извинишься перед Элизой.

— Не ждите, — бросил Дариан.

Он протянул руку Амаре.

— Идем.

Амара медленно поднялась. Она поправила очки и посмотрела на Лорда Темпеста изучающим взглядом, но так ничего и не сказала. Дариан взял ее за руку, и они вышли из столовой под аккомпанемент звенящей тишины.

Они шли через холл с высоко поднятыми головами. Лакеи распахивали перед ними двери, и этот звук эхом отдавался в пустоте дома. Они вышли в прохладную ночную тьму. Дверь особняка закрылась мягко, с едва слышным щелчком.

Дариан не останавливался. Он быстрым шагом, почти бегом, тащил Амару прочь от этого мраморного склепа, через ухоженный сад, к кованым воротам. Только оказавшись на улице, за оградой, под обычным мигающим городским фонарем, он замедлился и, наконец, отпустил ее руку.

— Ты как? — спросил он, не глядя на нее. Он поправлял галстук-бабочку, и руки его едва заметно дрожали.

— Я в порядке, — Амара потерла запястье, которое он сжимал. — А вот ты выглядишь так, будто вот-вот вызовешь шторм.

Дариан издал короткий, нервный смешок.

— Они даже не разозлились, ты видела? Они смотрели на меня как на больного ребенка, который отказался есть кашу. «Побалуйся». «Погуляй». Они уверены, что я приползу обратно, как только мне станет хуже.

Амара подошла к нему.

— Они тебя любят. По-своему, но любят. И они боятся тебя потерять.

— Возможно. — он горько усмехнулся и снова взглянул на собеседницу. — А ты хорошо держалась, Торн.

— Вот именно. Твои родители великодушно оставили тебе карманные деньги, так что купи нам по «Саламандре» с двойным соусом. Я заслужила. Я высидела ужин в серпентарии и никого не прокляла.

Она кивнула в сторону ларька с уличной едой, который светился в конце аллеи. Дариан ухмыльнулся и посмотрел на нее. В его взгляде смешались благодарность, ярость и что-то еще — теплое, живое.

— Жирная «Саламандра» в парке сразу после того, как я удрал из дома? Звучит как идеальное первое свидание.

— Не наглей, Темпест.

Они двинулись по аллее прочь от богатого квартала. Два изгоя: один — отвергнутый собственной семьей, другая — отвергнутая всем миром. Но сейчас, в темноте, плечом к плечу, они выглядели опаснее любой армии. И гораздо свободнее, чем кто-либо в том мраморном особняке позади.

Глава 14. Странная синергия

Попытка Амары понравиться родителям Дариана провалилась с оглушительным треском, но тот нелепый ночной ужин на скамейке в парке оставил после себя странное послевкусие. Пока они ели дешевую уличную еду, ледяная стена между ними дала едва заметную трещину.

Они встречались на полигоне №7 каждый вечер после занятий и тренировались до полного изнеможения. Их магии продолжали конфликтовать. Воздух Дариана был слишком «живой», стремительный, неконтролируемый, постоянно на грани взрыва. Некромантия Амары была слишком «мертвой», поглощающей, медленной, но неотвратимой.

Их отношения колебались между яростными спорами и неловким молчанием.

— Почему ты такой... громкий? — однажды выдохнула Амара, едва увернувшись от его очередного хаотичного вихря, который чуть не снес ей голову. — Твоя магия просто орет!

Дариан, красный от усилий, отмахнулся.

— А почему твоя такая... холодная? Как будто всасывает всю радость из мира!

Они швырялись друг в друга оскорблениями, не подозревая, что именно так и выглядит прогресс. Вместо того, чтобы пытаться навязать свою магию партнеру, они начали интуитивно чувствовать ее суть.

Прорыв случился во время очередного провала. Дариан, потеряв концентрацию, обрушил на девушку мини-шторм. Амара не стала ставить щит. Она рефлекторно вскинула руку — не чтобы остановить поток, а чтобы впитать его.

Ощущение показалось грязным. Она почувствовала, как его избыточная, хаотичная энергия ударила по ее внутренним накопителям, словно электрический разряд. Это было больно, непривычно, но…

Это сработало.

Его шторм затих. Просто угас, лишенный своей силы. Дариан удивленно опустил руки.

— Ты... ты что сейчас сделала?

— Я... заземлила, — прохрипела Амара, массируя виски. Ее тело гудело от чужой энергии. — Твоя магия слишком сильна. Моя способна ее поглотить. Я сработала как накопитель.

Глаза Дариана загорелись.

— А если… а если ты начнешь забирать излишки, когда я на грани срыва? Это даст мне контроль!

Идея была рискованной. Это требовало от Амары принять в себя часть его проклятой нестабильной энергии. Но в этом предложении мерцал первый проблеск надежды.

Тренировки изменились. Дариан концентрировался на чистой, контролируемой стихии. Когда он чувствовал, что сила нарастает, и «тварь» начинает вырываться, Амара подходила ближе и, прикасаясь к нему, начинала медленно, осторожно вытягивать излишки. Она чувствовала, как по ее венам бежит чужая, бурная энергия, смешиваясь с ее собственной, более спокойной. Это напоминало попытку пропустить молнию через руки и не сгореть. Странно. Болезненно. Но эффективно.

Амара, в свою очередь, экспериментировала со «мертвыми туманами». Порожденный медленным разложением эфира, ее туман получался плотным и холодным, но двигался предательски медленно. Он лениво стелился по земле, затрудняя обзор и высасывая силы, но враг легко мог бы убежать.

— Твоя штука еле ползает, Торн, — заметил Дариан, проходя сквозь серую дымку. — В бою нас убьют раньше, чем она дотянется до противника.