Стаси и Элен Твенти – Дознаватель в моей постели (страница 8)
Оторвав взгляд от плотно сжатых губ Тирена, я ступила в Обитель. Внутри она напоминала чрево гигантского кита. Своды терялись где-то в вышине, утопая в дыму дурманящих благовоний — смеси мускуса, сандала и чего-то сладковатого, напоминающего запах тлеющей орхидеи. В центре зала возвышались статуи Двуликих: прекрасные мужчины и женщины, слившиеся друг с другом в безмятежном экстазе.
Мы прошли вглубь, где в полумраке уже собирались верующие и те, кто, как и мы, искал здесь не спасения, а полезные связи. Я увлекла Тирена к одной из дальних ниш, и мы опустились на низкую скамью, обитую темно-бордовым, истертым бархатом.
— Жуткое место, — процедил Тирен, напряженно сканируя взглядом пространство, словно ожидая засады из-за каждой колонны.
— Это место силы, дорогой, — промурлыкала я, придвигаясь к нему почти вплотную. — Расслабься, тебе понравится.
Внезапно и без того скудное освещение дрогнуло и погасло. Зал погрузился в абсолютную черноту, нарушаемую лишь тяжелым дыханием сотен людей. Где-то впереди, в круге света, вспыхнувшем будто из ниоткуда, появился Хранитель. Его мантия струилась по полу, как жидкая ртуть.
— Плоть есть клетка! — его голос, усиленный акустикой зала, прогремел, пробирая до костей. — Но только через клетку можно познать свободу. Боль рождает истину. Страсть рождает жизнь. Отдайте свои тела тьме, чтобы свет нашел дорогу внутрь!
С первыми ударами ритуальных барабанов, низкими и вибрирующими, из тени выскользнули двенадцать жриц. На их точеных, покрытых золотой пудрой телах не было ничего, кроме тонких цепей и полупрозрачной вуали, которая скорее подчеркивала наготу, чем скрывала ее.
Музыка нарастала, становясь тягучей и вязкой. Девушки начали свой танец свободы. Они изгибались, сплетались друг с другом, их движения были плавными, как у змей, и резкими, как у хищников. Зрелище на грани искусства и откровенного разврата — все, как и принято в четвертом секторе. Я видела, как Галая Тиберсон, ради которой мы сюда пришли, сидела в первом ряду, завороженно наблюдая за тем, как одна из танцовщиц проводит пальцами по своей груди, закатывая глаза.
Но куда интереснее было наблюдать за Тиреном.
Он сидел, выпрямив спину, как будто проглотил шомпол, и старательно смотрел прямо перед собой. Но я чувствовала, как тело предает его. Жар, исходящий от Тирена, можно было ощутить кожей даже сквозь плотное платье. Его дыхание сбилось, стало рваным, когда одна из жриц прогнулась в мостике совсем рядом с нашим рядом, демонстрируя безупречную линию бедер.
Я скользнула рукой в темноту, накрывая его колено ладонью. Мои пальчики побежали вверх. Мышцы под дорогой тканью брюк оказались твердыми, как камень, словно Тирен готовился к бою, а не к созерцанию прекрасного.
— Нравится? — шепнула я ему на ухо, касаясь губами мочки. — Это не скучные парады твоего первого сектора, правда?
Тирен дернулся, но не убрал мою руку. Я повела ладонью выше, медленно, дразняще, по внутренней стороне бедра, чувствуя, как он вздрагивает от каждого сантиметра моего продвижения.
— Вы все ненормальные. Прекрати, — прошипел он едва слышно, не поворачивая головы.
— Почему? — я наклонилась еще ближе, так, что моя грудь прижалась к его плечу. — Разве твой устав запрещает смотреть? Или ты боишься, что если позволишь себе хоть каплю удовольствия, твой идеальный мир рухнет?
На сцене жрицы слились в единый клубок тел,их стоны смешивались с ритмом барабанов. Я сжала пальцы чуть выше, опасно близко к его паху, и почувствовала, как он с трудом сглотнул.
Тирен был возбужден. Яростно, дико возбужден, как бы ни пытался это скрыть за маской презрения. И это знание пьянило меня сильнее любого наркотика.
— Смотри на них, Тирен, — шептала я, продолжая свою игру под прикрытием мрака. — Смотри и представляй, что на их месте могла быть я. Или... что ты хочешь сделать со мной прямо здесь, на этой бархатной скамье, пока Двуликий смотрит.
Терпение Тирена лопнуло. Он схватил меня за запястье и скинул мою руку.
— Я хочу тебя придушить, — ответил он. Но хриплый голос выдал его истинные желания.
Я облизала пересохшие губы, чувствуя, как и по моему телу начала подниматься волна жара. Сколько бы Тирен не сопротивлялся, я уложу его на лопатки. Ведь мне срочно нужно забыть о том, как мерзко ухмылялся Нокс, раздевая меня глазами.
____________
Привет, любимые наши!
Как вам глава? Кажется, Тирен держится из последних сил. Как думаете, сколько глав он еще сможет продержаться? Делитесь мнением в комментариях и не забывайте ставить сердечки ❤️ на книгу — ваша поддержка подливает масла в огонь нашего вдохновения.
Глава 11. Честная сделка
Ритуальные барабаны смолкли, оставив после себя лишь гулкое эхо, вибрирующее в каменном полу. Хранитель хлопнул в ладоши, и тьму Обители прорезали лучи прожекторов. Магия момента развеялась, уступая место суровой реальности.
Тирен, словно только сейчас заметил, насколько близко мы сидели, отшатнулся от меня, как первоклассник. Его грудь все еще тяжело вздымалась, а в черных глазах, обычно холодных и собранных, плескался первобытный хаос. Мне стоило титанических усилий сохранить невозмутимое выражение лица, хотя губы так и норовили расплыться в ехидной ухмылке. Но сейчас на кону стояло нечто большее, чем моя неудовлетворенная похоть.
— Соберись, — шепнула я, разглаживая невидимые складки на платье. — Нужно поймать Галаю.
Покровительница Обители не стала задерживаться. Окруженная свитой из молчаливых послушников, она величественно плыла к боковому выходу, ведущему в закрытую секцию. Ее одеяния из живой синтетической ткани меняли цвет с глубокого индиго на черный, вторя ритму ее шагов.
Я схватила Тирена за руку, выдергивая его из ступора, и мы двинулись наперерез, лавируя между приходящими в себя людьми.
— Галая! — окликнула я, когда до тяжелых кованых дверей оставалось всего пара метров.
Послушники мгновенно преградили нам путь. Тирен напрягся, его рука инстинктивно скользнула к поясу, где под пиджаком прятался бластер.
— Спокойно, — я сжала его предплечье и шагнула вперед. — Госпожа Тиберсон не откажет старой знакомой в паре минут внимания.
Галая остановилась и медленно обернулась. Ее лицо, наполовину скрытое золотой ритуальной маской, не выражало никаких эмоций, но единственный видимый глаз — модифицированный, с алым светящимся зрачком — впился в меня, сканируя, словно товар на полке.
— Сайра, — ее металлический голос, как всегда, звучал странно, словно она была и не человеком вовсе. — Ты редко радуешь Обитель своим присутствием. Неужели грехи стали слишком тяжелы?
Я едва не закатила глаза. Чертовы фанатики будут учить меня жизни?
Галая сделала жест рукой, и послушники расступились, пропуская нас.
— Мои грехи — это мое богатство, Галая, — улыбнулась я своей самой обворожительной улыбкой. — Я здесь по делу.
— Обитель открыта для всех, но мои покои — лишь для избранных, — она смерила меня оценивающим взглядом. — Идем.
Мы прошли за ней в просторную комнату, уставленную древними артефактами вперемешку с передовыми серверами. Контраст между мистикой и технологиями здесь ощущался еще острее, чем в главном зале. Галая опустилась в кресло, напоминающее трон, и сняла маску. Под ней оказалось красивое, но жесткое лицо женщины, которая видела слишком много смертей и нечестных сделок.
— Кто твой спутник? — кивнула она на Тирена, который застыл у входа, сканируя помещение взглядом профессионального ищейки.
— Новый друг. Но мы здесь не для знакомства. Мне нужны списки, Галая.
— Списки? — она изогнула черную бровь.
— Списки с твоего грузового крейсера, на котором затесались беженцы. Мне нужны данные тех, кто сошел на землю не через официальный терминал.
Тирен шагнул ближе, его присутствие стало давящим, угрожающим, но Галая даже не моргнула. Она рассмеялась сухим, трескучим смехом.
— Ты просишь меня нарушить первый закон контрабандиста — конфиденциальность. Зачем мне это? Ты знаешь, сколько стоит моя репутация?
— Я знаю, сколько стоит твое молчание, — парировала я. — Но я также знаю, что Империя сейчас очень нервничает. И если они узнают, что ты покрываешь государственных преступников, твоя Обитель превратится в груду камней раньше, чем ты успеешь помолиться Двуликим.
— Угрозы? — ее глаза сузились. — Это скучно.
Я подошла ближе, опираясь руками о ее массивный стол из черного дерева.
— Просто назови цену.
Галая лениво постучала пальцем по подбородку и сделала вид, что задумалась. Хотя я знала, у таких женщин всегда был план, какое условие поставить нужному человеку.
— В последнее время я интересуюсь нейро-стимуляторами и хочу расширить свою базу поставщиков. Слышала, жители шестого сектора — частые гости в Эфлектуме. Почему бы тебе не устроить одну из своих знаменитых закрытых вечеринок, где мы с ними случайно пересечемся?
— Идет, — легко согласилась я. — Через три дня я соберу нужных людей.
— Значит через три дня списки будут в твоем коммуникаторе.
— Они нужны мне сейчас.
— А мне нужны гарантии, — отмахнулась Галая.
— Мое слово — гарантия. У меня тоже есть репутация, насколько ты знаешь.
Жрица несколько секунд сверлила меня взглядом, взвешивая выгоду. В итоге алчность в ее глазах победила осторожность.
— Хорошо, — она коснулась сенсорной панели на столе. Воздух над столешницей задрожал, и перед нами развернулась голограмма со списком имен и биометрических данных. — «Тень Ариуса» перевозила в основном оборудование для шахт. Но в трюме было три незарегистрированных пассажира.