Стас Степанов – Пантера 1-6. Часть третья. В плену у пространства-времени (страница 9)
Ната догнала норда со скоростью выпущенного болта, заняла позицию слева и спереди от него, чтобы получше видеть картину и защитить слабо прикрытый левый же бок отчаянно смелого воина – молча! Как сказал кто-то из мудрых: «не время собирать камни»…
Ласковое солнце заблистало на небосводе во всей своей красе, океан заискрился в его лучах, они начали медленно и верно согревать воздух.
Ещё один ледяной снаряд – бликующий в полёте от светила – отморозил «голову». «Голем» легко и её отбросил за ненадобностью, нарастив новую, расходуя на восстановление не мало берегового материала.
«Ага, маг – как минимум один, бьёт с «Грозы», – отметила Наталья и сей факт, и смутно – из-за большой дальности и неудобного обзора – лицо колдующего.
Лиза снова взрыкнула – презрительно к опасности, скачками нагнала йоддхи, встала правее от северянина.
Дойдя до плёскавшейся воды, Ната только и успела додумать – «что дальше?» «Голем» эфиром взвился вверх, а затем – вперёд и в воду, приняв на себя третий шар морозного тумана. Брызги эффектно поднялись выше вражеской каракки.
– Смею надеяться, ты знаешь, что делать, – с мрачной решимостью проговорила Пантера, последовав примеру его порождения – скрылась в морской пучине.
– Знаю, – выдохнул норд, не смея смахнуть бисеринки пота, проступающие через оголённую кожу.
Кайя безмятежно на вид шагнула на линию огня, удобно обхватила рукоять рунного клинка. Отдалённо послышался торжествующий грубый хохот с нотками старческого дребезжания (значит, немолод). Снаряды баллистическими ракетами устремились на берег, имея разрыв во времени между собою около десяти секунд – в общем-то ничто для юркой рыжей обезьяны. Доброкачественный клинок без видимых последствий впитывал чужую энергию – лишь рукоять немного остыла да руны налились ярким бело-лунным светом.
Не приходит беда по одиночке…
Ледяной колдун – не единственный в своём роде.
Воздух над странной парой загустел, наливался непроницаемой чернотой, в сей туче зачастили огненные сполохи, слегка окрасив её в оранжево-рыжий.
В кратком промежутке между поглощениями беспрерывно летящих смертоносных снарядов Лиза повернула голову к родному колдуну, мотнув ею и нетерпеливо рыкнув – мол, собираешься что-нибудь противопоставить супротивным магам?
Гральрих распознал нечленораздельный вопрос, при том его белки глаз целиком скрылись под болотной зеленью:
– Наблюдай! – вскрикнул норд от нахлынувшего на него безумия эмоций – и со всего маха вонзил посох в песок перед собой.
Элизе ничего не оставалось, как нейтрализовывать ледяные шары, искоса поглядывать на разворачивающуюся над ними «геенну» огненную и прокручивать башкой, определяя, за чем, кем или куда наблюдать.
Кристалл распустился на удивление ярким цветком света, костистый дракон неспешно запорхал крыльями, раскрыв зачем-то зубастую пасть. На земле родилась гулкая, будто бы стонущая, аки живое существо, дрожь. Зашевелились песчинки, вибрация нырнула в воду, затрясла с плеском её и – угомонилась! Наступила относительная тишина… Ан нет – затишье! Забурлила, запенилась она (вода) за вражескими каракками, в первобытном ужасе заметались морские обитатели, не ведая, что творится, куда направить плавники али ласты.
Море в тех местах взорвалось грандиознейшими столбами белых брызг, тварюшек, водорослей и донного ила. Взвесь, хлынувшая по закону тяготения обратно, , окутав попутно влагой и грязью палубы пиратов, обнажила во всём великолепии не поддающихся человеческому разумению колоссов, послушных воле одного маленького скромного мага. Созданные их эффектным подъёмом с глубин волны опасно закачали все корабли, сметая с ног и хвостов тех, кто не успел за что-нибудь уцепиться.
«Трон» покрепче зацепился за неровности внешнего корпуса крепкими пальцами, пережидая временный миниатюрный шторм, вызванный чародейскими созданиями. Одного скрывала «Гроза», за кою держалась, как за соломинку, но второго обозревала во всей красе, превзошедшего демонстрационных «големов», что остались стражами у погибшего корабля в Тихом проливе. Он стоял в воде по толстые бёдра, видимые части тела: торс, грудной пояс, шея, руки – скрыты под песчано-скальными пластинами, зеленоватыми от водорослей – на вид сверхпрочными, кои вряд ли сметёшь прямым попаданием водородной бомбы. Его голова покрыта чем-то вроде угловатого, каменно-рифового, шлема с сильно удлинённой призматической мордой и горящими бирюзой кругляками глаз.
Ай – да молодец северянин! Набирается магических сил с невероятной для Винэру скоростью – ещё осеней пять-десять в режиме выживания и превзойдёт практически любого Стихийного Повелителя по возможностям. Существовал когда-то, до пришествия инопланетных чужаков, в изолированной Виккеле скромно, даже и не подозревая о таком понятии, как «глобальные проблемы» – и связанное с ними экстремальное выживание. Своего добился – с избытком: посеял среди корсаров панику и хаос – теперь они думать забыли о «Грозе» и её команде с пассажирами.
Крики Натали услышала и на родных палубах – что-то, наверное, нехорошее произошло. Не дожидаясь более полного успокоения волн, дева полезла дальше, борясь с плохими предчувствиями. К тому же она, наконец, сообразила, что так сильно её гложет – молчал мёртво ментал, от слова – «совсем». Так не бывает хотя бы при одном жизнеспособном нагуале-лаббу. Если эти твари вырезали скорпионов…
Ярость наполнила всё её существо, каждую клеточку тела, каждый нейрон, устройство сменило жёлтый свет на антрацитово-чёрный: воительница потеряла контроль над собой – из-за чего раз чуть-чуть не сорвалась вниз. Тогда бы по новой пришлось взбираться.
Ухватившись за край борта пальцами, девушка ощутила спиной шевеление воздуха и кардинальный перелом ситуации. Невольно повернув голову назад, её тёмная душа возликовала.
Не выдержав пытки неведения, Талесса решительно ступила из укрытия, направилась к собрату по боевому ремеслу, одновременно восхищаясь открывшейся взору роскошной панорамой. Корис поднялся смело из-за каменного уступа, за которым наблюдал действительность, прыжками достиг края утёса, оттолкнулся от оного, распластался в воздухе, словно намеревался всерьёз лететь по нему к лазоревому небу. Но неизменная сила тяготения всё же потянула бывшего капитана книзу и, совершив по всем правилам акробатики двойное переднее сальто, приземлился на песок, умело амортизировав инерцию падения. Банцемнис последовал за нагини.
Ундерман не был столь спокоен, как прочие участники кампании, его распирали желания немедленно действовать, плыть, не взирая на жуткий холод океана, помочь Пантере. Пристроив в петли меч, князь разогнался, прыгнул вниз (без сальто), прокрутился на земле и побежал к кромке воды, испытывая сопротивление песка. Перебросив клинок в левую ладонь, Кайя уверенно схватила правой за плечо разгорячённого воина, непринуждённо развернула к себе, поучительно зарычала в искажённое гримасой гнева лицо.
Гральрих глянул вверх, в то время как его порождения сжали бронированные пальцы во внушающие уважение кулаки, синхронно замахнулись ими и опустили основаниями на пиратские судна – кто-то в отчаянии бросился с криками ужаса за борт, но это их не спасло. С оглушительным треском деревянные суда развалились на части, осколки, щепы, мусор. Люди, наги посыпались кошмарным дождём во все стороны, иные шрапнелью ударили в борта «Грозы морей», колыхнув её вновь. Море кругом заполнилось разнообразнейшим хламом. А некоторое время спустя появились охочие до лёгкой дичи хищники, среди коих акулы – не самые беспощадные и крупные машины для убийства. Оные хватали жадно и мёртвых, и живых. Волны столь же быстро утихомиривались, как убывала двуного-хвостатая «дичь». Иная умудрялась кого-нибудь заколоть или ранить – и попадала в другие зубастые пасти.
Непонятно откуда взявшийся одиночный порыв ветра унёс в океан Дельфинов огненную тучу, так и не развёрзшую из недр ад на землю. Ветерок её в клочья, предварительно остудив горячее дыхание, и, в итоге, бесследно развеял.
– Теперь осознал, отчего нам нельзя то, что можно Чёрной Пантере, Харролу и Ёханне? – с отеческими нотками в голосе, немного осипший и посеревший лицом, вопросил Гральрих.
Ошалело глядя на беснование морских хищников и слушая бессмысленные затухающие мольбы о помощи, Ундерман судорожно кивнул – а ведь, ежели б не Элиза, мог бы оказаться на месте тех несчастных, так бесславно и позорно окончив – в желудке тупой твари – свой жизненный путь.
Запах крови привлекал всё новых и новых чудовищ. Было два захватнических, маневренных более, нежели «Гроза», корабля – и нет их – от одного скромного удара земного посоха: остались от них почти неузнаваемые груды мусора, частью идущего ко дну, частью выносимого медленно в безбрежные дали, частью плавающего по замкнутому кругу или прибиваемого к берегу.
Воины беспомощно, недовольные сей беспомощностью, наблюдали за танцем смерти Чёрной Пантеры на борту каракки.
Доселе неподвижные после уничтожения кораблей магические создания медленно, дабы минимизировать морские волнения, направили свои стопы к пляжу.
– Нужно подтащить сюда провиант и питьё, – распорядился норд, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов.
– И то верно, – согласилась Лесса. Кошка мстила за убийство своего и друзей нагуалей. Со смертью членистого друга что-то живое и трепетное умерло в ней, сердце умывалось кровавыми слезами, а душа выла совсем уж не по-человечески. Теперь она убивала одного за другим, попутно высвобождая из верёвочного полона членов команды, тут же присоединяющихся к её мести, ни на знак не испытав мук или угрызений совести.