Стас Кондаков – От А. Дети рок-н-ролла (страница 8)

Продолжая любить

продолжая любить

А он остался стоять

Он сделал всё что хотел

Он сделал всё что умел

И ворон тайну хранит

Как родился и жил

Как пожил и ушёл

Как взлетел и упал

Как упал и не взлетел

Как упал не пошёл

Как упал и не встал

А между тем, во всей нашей владимирской компании бродили настроения – а не встряхнуть ли теперь город Владимир по полной. Устроим концерт, чтоб мох слетел! Площадкой для штурма стал владимирский дворец юных пионеров, стоявший на таком пустыре окраины города, что не будь я пионером, то, наверно, побоялся бы ходить в его окрестностях в тёмное время суток.

Организатором всего действия выступила «крыша», которая всеми немыслимыми способами умудрилась пробраться туда и завязать нехитрые отношения с администрацией. Плюс ко всему огромную поддержку молодым музыкантам решил оказать Сева Шилов, музыкант групп «Игры в облаках» и «Карантин». Последняя группа гремела во Владимире не на шутку и постоянно выступала на разогреве перед приезжающими на гастроли «Крематорий» и «Ноль». Их песня «Вали на север, муха» занимала достаточно высокие позиции в хит-парадах «Радио России», и вообще весь Владимир был часто заклеен их афишами.

Водить дружбу с такими знаменитостями было, безусловно, очень приятно, а то, что такие люди решили помочь нам в организации большого концерта, придавало сил и вообще давало определённый шанс на будущее. Когда Сева послушал нашу новинку “Мечта импотента”, то воскликнул:

– Блин, да это же Смитовская «Boys Don’t Cry»! Уважаю. Тоже любишь?

Всё мероприятие было назначено на 7 мая. Было изготовлено немыслимое количество билетов, только непонятно кем и непонятно где, но распространялись они с невероятной скоростью, передавались из рук в руки, а о концерте ходили легенды. Одна только “крыша” делала такой PR, что сегодня ни одна радиостанция не смогла бы сделать такое. Заявлено было три команды: «НВП», «Акустический лес» и «Гулливеры».

Заблаговременно, за день до концерта, все музыканты собрались на саунд-чек, на настройку барабанов, да и просто пообщаться. И всё бы хорошо, но на душе было неспокойно, поскольку наш барабанщик Сашка Натаров был в отпуске и находился где-то далеко, и успеет он приехать на концерт или не успеет – никто не знал. Поэтому мы вели отчаянные переговоры с барабанщиком Олегом, играющим с «НВП», и тот, в общем, был не против.

Немного успокоившись, все занялись настройкой аппарата, и первыми решили опробоваться «Гулливеры». Эта группа была для всех абсолютно новой и незнакомой, ребята играли классический рок-н-ролл и делали это довольно круто, причём с настоящими аранжировками, и со всякими интересными фишками и приёмами. Вот, думаю, чуваки аранжировки придумывают, репетируют, небось, каждый день, аккорды друг у друга не подсматривают. Вот бы нам так! Наверно тогда у меня появились первые мысли, что всё надо менять на корню.

А «Гулливеры» лихо наяривали рок-н-ролл и матерились по поводу отсутствия мониторов. Вот тут пришлось завидовать им – нам, мы-то привыкшие, нам по барабану, есть они или нет, мы всегда без них играли, и о таких чудесах техники не мечтали. В результате, чистоплюйство музыкантов одержало верх над участием в концерте, и «Гулливеры» сняли свою кандидатуру, хотя басист группы Сашка «битломан» и пытался этому воспротивиться.

Ну что ж, нет – так нет. Так мы остались вдвоём в компании Крейзи с его «НВП», где в качестве гитариста фантастическим образом оказался наш друг Порк. Звук аппарата очень радовал, его мощности можно было только позавидовать, а подиум для барабанов и световые эффекты радовали душу и придавали силы грянуть по-взрослому.

На следующий день мы с Шуркой отпросились с учёбы по раньше, сообщив при этом своим однокурсникам и преподавателям, что, мол, такое дело, приходите, будем рады и вообще телевизор надо почаще смотреть. Наш барабанщик Саня, слава Богу, вернулся и со спокойной душой, дружной компанией мы двинулись к Дворцу пионеров.

Такое количество неформалов я ни разу в жизни до этого не видел! Панки и хиппи, металлисты и вообще непонятно кто оккупировали все ближайшие кусты и газоны. Администрация дворца, пытаясь защитить зелёные насаждения, вступила в полемику с уже не совсем трезвой публикой, но была послана подальше. Запахло скандалом. Зато спокойный Сева Шилов, расхаживая в косухе и казаках по кругу, увидав, что кто-то разбил бутылку, подходил и очень вежливо поучал:

– Ну зачем ты бьёшь бутылки? Ведь здесь гуляют дети! А если это будут твои дети? Хотя… Хотя у таких, как ты, детей никогда не будет!

Сражённый этим научным объяснением и вежливостью, удручённый панк спешил раствориться в воздухе. Вообще Владимир очень отличается от других городов огромным количеством панков. Лозунг «Панки в городе» – это типично для Владимира, поэтому уже позже там частенько стали гастролировать «Наив», «Король и шут» и подобные товарищи.

А зал между тем набивался людьми. Администрация периодически устраивала тут и там скандалы, призывая народ к порядку и грозясь вызвать ОМОН. А перед самым концертом наотрез отказалась пускать представителей владимирских СМИ по их журналистским удостоверениям. В срочном порядке все музыканты заявились к директору и заявили, что вообще играть не будут, если не пустят представителей прессы, а грозная публика разберёт весь дворец по кирпичику ещё до приезда милиции. Интересно, влетело ли потом за всё Севе… В результате пускать начали всех.

Первыми начали «НВП», с тем же лёгким матом и глубокой лирикой. Порк периодически подпевал Крейзи и терзал новый Шуркин «Galaxies» (я к тому времени перекупил у Шурки его «Treax», как сейчас помню, за 70 рублей). Из-за кулис, конечно, толком я ничего не слышал, но понял – в зале полный рок! Публика рвёт и мечет.

Когда мы, затянутые в чёрное, появились на сцене следующими, то стало понятно – народ только разогрелся, а лично мне стало страшно от такого количества незнакомых мне людей. В Радуге мы знали практически всех, и было очень легко, а здесь такая толпа и ни одного знакомого лица, хотя кое-кто и приехал к нам на поддержку.

Концерт прошёл на одном дыхании. Стараясь не тормозить между песнями, мы выкидывали в зал всё что можно. Солист «Карантина» Виктор Пеньковский, сидевший за пультом вместе с Севой, со слов последнего сказал:

– Смотри, эта группа рано или поздно ещё себя покажет. Как она называется?..

А мы заканчивали концерт традиционной «Дети рок-н-ролла», ловили вспышки фотоаппаратов и крики из зала «Давай!!!». По-моему, в первый раз мы спели этот хит вдвоём с Крейзи, по принципу «Всё это рок-н-ролл!», я первый куплет, он второй, третий вместе, ну а припев все – кому достанется микрофон. Финал удался на славу!

Только когда всё закончилось, народ стал требовать продолжение банкета, а продолжать собственно было уже некому. Вся разгорячённая публика вывалила на воздух, отдавая всю неизрасходованную энергию вселенной, в результате чего администрация дворца всё-таки вызвала ОМОН. Милиция приехала быстро. Размахивая дубинками и с криками «А ну все по домам!», захватив с собой парочку самых агрессивных рокеров, разогнала весь народ и отбыла восвояси.

На всю эту картину мы посматривали из окна машины Шуркиного отца, который на своём микроавтобусе приехал забрать «суперзвёзд», и реально становилось как-то не по себе – ведь мы имели прямое отношение ко всему происходящему! Но, по-моему, всё кончилось благополучно, все были живы и здоровы.

Через несколько дней во владимирской прессе появились первые публикации о прошедшем мероприятии. Я бегал по киоскам и скупал все газеты, какие можно. На самом деле информации было не много, а та, которая была, отличалась скупостью и местами неправдоподобностью, например, никто не написал про приезд ОМОНа, а группу «НВП» вообще обозвали группа «Крейзи». Но в любом случае всё получилось как надо – «Акустический лес» вышел за границы Радуги.

* * * * *

Летом 1994 года, миновав все военкоматы и призывные пункты, я поступил во Владимирский политехнический институт на факультет технической кибернетики, поступил очень легко и абсолютно не готовясь. Теперь даже страшно вспомнить, что это такое, а тогда на это факультет брали практически всех подряд, ну а я после техникума с такой же специальностью вполне подходил на роль студента. Шурка загремел в армию, а поскольку воинских частей рядом с Радугой было хоть отбавляй – начал проходить службу рядом с домом.

Моя учеба, конечно, не занимала ни одной клетки головного мозга, да и я особо заморачиваться не собирался, все мысли были только о музыке и о записи альбома. Порк с Митьком учились в том же универе (только на радиотехническом факультете), да и пол-«Крыши» тоже являлись студентами ВГТИ. Учился на юрфаке будущий лидер группы «Дали» – Александр Семенович или, как его все звали, Семён, который только начинал писать свои первые опусы. В соседнем педагогическом учился Забатурин, Мяс и Крейзи – короче, я был не одинок, и ближайшее кафе «Новинка» всегда было оккупировано нашей компанией: дешёвое владимирское пиво с мутным осадком было по карману. Радиотехники называли это ПНП переходом (есть такая штука в транзисторах) Политех-Новинка-Политех, ну или НПН – то есть наоборот. Так вот в моём случае было по большей мере последнее.