Станислав Зигуненко – 100 великих рекордов в мире автомобилей (страница 11)

Эти достижения остались высшими и последними в спортивной карьере «быстрого Эба». Он умер в 1957 году в возрасте 73 лет, оставшись в истории автоспорта самым результативным гонщиком на длинные дистанции. Некоторые из его рекордов не побиты и по сей день.

Суточная гонка и поныне относится к числу самых изматывающих. Следить 24 часа, как мимо тебя круг за кругом проносятся на бешенной скорости машины, исчезая за пеленой столь частого здесь дождя, – занятие для истых фанатов.

Тем не менее в местечке Ле Манн (Франция) регулярно проводятся суточные гонки сразу для нескольких десятков экипажей. Такая гонка – весьма суровое испытание как для гонщиков, так и для техники. Когда к финишу добирается лишь треть из числа стартовавших экипажей – это довольно обычное дело. Остальные выбывают из борьбы, как правило, из-за технических проблем. Люди все же оказываются крепче «железа».

В эпицентре этого тщательно организованного хаоса прямая старт-финиш и знаменитый «Вираж Данлоп» – участок трассы, меньшая часть которого проходит по гоночному кольцу спорткомплекса «Сарте», а большая – по окрестным дорогам общего пользования. Эта конфигурация практически не менялась с 1923 года.

Правда, несколько лет назад на самой длинной прямой, между виражами «Красный Холм» и «Мульсанн», организаторы воткнули два искусственных препятствия – ретардера – слишком уж резво бежали по прямой лемановские повозки. И в самом деле, они развивали до 360 км/ч. А после этого приходилось тормозить перед сельским поворотом, который «пишется» на 80 км/ч и второй передаче, – и так 392 раза за сутки!

Абсолютный рекорд трассы поставил экипаж Porsche еще в 1971 году, проехав за 24 часа 5335 километров и 313 метров! Видимо, этому экипажу несказанно повезло – он попал на Ле Манн в сухую погоду.

А вот когда за сутки на трассу пролилось, по свидетельству присутствовавшего там в 2001 году журналиста Алексея Мочанова, аж 14 ливней кряду, понятное дело, до абсолютных рекордов было далеко. Если гонщик Эмануэле Пирро на Infineon Audi R8 LMP 900 прошел лучший круг «посуху» за 3ґ39ґґ, то с первыми каплями дождя даже лучшие из лучших с трудом вылезали из пяти минут!

Междоусобная борьба резко сократилась. «Горячие головы» вылетели с трассы еще в первые полтора часа. А опытные бойцы стали методично шлифовать круг за кругом, поворот за поворотом, метр за метром, зная наверняка, что в этой гонке побеждает только зрелый, тонкий и точный расчет на каждый из 321 круга.

А в итоге на Ле Мане родился новый, весьма своеобразный рекорд. Чтобы пройти за сутки 4367 километров, 40 пит-стопов, каждый гонщик должен сделать свыше 20 000 переключений передач, имея среднюю скорость 182 км/ч…

Так выглядит при ближайшем рассмотрении одно из самых трудных испытаний в автомобильной истории.

PS. Кстати, во время той гонки 400 приглашенных гостей команды Audi плюс 250 членов команды поставили еще один рекорд: они выпили 4000 литров различных напитков – в основном пива и кофе, съели 600 кг мяса, 250 кг сыра и 750 кг спагетти! И это не считая того, что было затем еще выпито и съедено на праздничном банкете, поскольку гонщики Audi заняли первое и третье места.

Погоня за скоростью

Как мы уже говорили, свои разработки конструкторы стали проверять во время автомобильных гонок. Поначалу в них участвовали обычные автомобили, а сами гонки проводились на обыкновенных дорогах. Но потом положение постепенно стало меняться.

За первой сотней

Гонки любого вида служат хорошим средством для всесторонней проверки тех или иных новшеств, выявления сильных и слабых сторон данной конструкции. И все-таки соревнования на установление абсолютного рекорда скорости стоят несколько особняком.

Машины, участвующие в них, даже автомобилями назвать затруднительно. Судите сами: уже первый экипаж такого класса, на котором решил посоревноваться со временем французский гонщик граф Гастон де Шасслу-Лоба, был необычным. Это было металлическое корыто на четырех колесах, битком набитое электрическими аккумуляторами. На нем граф и промчался в 1898 году зачетный километр за 57 секунд, развив скорость 63,16 км/ч! Электромобиль весил около полутора тонн, его мощность составляла 36 л.с., и назывался он «Жанто» по имени сконструировавшего его француза Шарля Жанто.

Завоеванные им лавры не давали спать спокойно другому конструктору – Камилю Женатци. Этот человек с ярко-рыжей бородой и усами давно уже сам мечтал поставить такой рекорд, а тут ему перебежали дорогу…

Некоторое время конструкторы наперебой совершенствуют свои экипажи, постепенно подвигаясь к заветной планке – 100 км/ч. Кто первым перешагнет этот рубеж?

И вот 1 апреля 1899 года конструктор сам лично вывел на старт экипаж, описание которого прямо-таки просилось в фантастический роман. Жюль Верн, во всяком случае, в своем романе «Властелин мира» описал его так:

«Аппарат имел форму веретена, причем к носу он заострялся сильнее, чем к корме, корпус его был сделан из алюминия… Он стоял на четырех колесах диаметром в два фута, с толстыми шинами, которые обеспечивали плавность движения на любой скорости…»

Говорят, больше всего под это описание подходил рекордный электромобиль «Всегда недовольный» бельгийца К. Женатци?

Ну, дальше произошло то, что газетчики тут же окрестили «первоапрельской шуткой рыжего дьявола». Гонимый жаждой рекорда, он стартовал с места раньше, чем секунданты включили свои секундомеры… А на замену батарей, их зарядку, подготовку машины к старту ушло более четырех недель. Лишь 29 апреля он снова выходит на старт и… проходит зачетный километр за 34 секунды, достигнув небывалой скорости 105,876 км/ч!

Сотенный рубеж был пройден.

Расстроенный Жанто поздравил счастливого соперника и перестал строить рекордные машины. Впрочем, и самому Женатци рекорд не принес особого счастья. «Рыжий дьявол» одним из первых понял, что возможности электромобиля на данном этапе себя исчерпали. Он пересел за руль авто с бензиновым двигателем. Но больше выдающихся достижений установить так и не смог. Следующий рекорд – 120,794 км/ч – установил 13 апреля 1902 года «Кит» французского конструктора Леона Серполе. Сын бедного рабочего, он с детства грезил самобеглыми колясками и «блестящими паровыми котлами». И в конце концов добился своего: созданный им паромобиль «Кит» все-таки стал чемпионом.

Впрочем, счастье было недолгим. Четыре месяца спустя рекорд «парового француза» перекрыл американец Уильям Вандербильд на гоночном «Морсе» с бензиновым двигателем.

И хотя паромобили, как вы уже знаете, некоторое время еще пытались конкурировать с экипажами, моторы которых работали на бензине, паровики были обречены. Конструкторы в разных странах работали «как сумасшедшие», стараясь опередить один другого, над машинами с бензиновыми моторами.

Рекорды Форда

Одним из таких конструкторов был будущий автомобильный король Генри Форд.

Начал он с того, что еще зимой 1893 года в небольшом сарайчике на окраине Детройта стал проводить какие-то странные эксперименты. По вечерам в сарайчике иногда вдруг что-то начинало трещать и стрелять, подобно пулемет, а из всех щелей начинал валить дым.

Тогда дверь поспешно открывалась и из помещения, откашливаясь, выбегал худощавый человек лет тридцати. Мистер Форд, служивший тогда механиком Детройтской электрической компании, возглавляемой знаменитым Эдисоном, не делал особой тайны из своих опытов и охотно пояснял всем любопытствующим, что пытается построить самодвижущуюся повозку, которую вместо лошадей будет двигать мотор. Он-то как раз и производил весь шум.

Генри уверял соседей, что со временем на такой коляске многие будут ездить каждый на работу. Немногие ему верили, тем не менее три года спустя, летом 1896 года он в присутствии жены Клары вывел свою коляску из сарая.

К вечеру пошел дождь, но это не остановило изобретателя. Он крутанул ручку, которая торчала спереди коляски, мотор заурчал, взревел, и вся тележка угрожающе затряслась. Форд все же забрался в коляску и… «На передке торчала керосиновая лампа, и при ее тусклом свете он поехал по улице, мощенной булыжником, – так описал этот момент в повести «Автомобильный король» Элтон Синклер. – Миссис Форд долго стояла под дождем, спрашивая себя, увидит ли она снова своего мужа. Дать задний ход было нельзя, и, чтобы повернуть на узкой улочке, ему пришлось бы выйти и занести коляску».

Молодой изобретатель пропадал долго и вернулся, подталкивая сзади свое сооружение. Одна из гаек слетела от тряски – и мотор остановился. Но Форд ликовал: несмотря на неровную мостовую и топкие колеи, он доехал, куда хотел.

От возбуждения он говорил без умолку.

– Я сделал коляску, которая движется без лошади! – все повторял и повторял Генри Форд жене.

Вскоре он ушел из эдисоновской компании, продал первую коляску за 200 долларов и начал делать следующую. Форд торопился «выбиться в люди». Он знал, что в различных штатах Америки другие предприниматели уже выпускают такие коляски десятками, и боялся опоздать.

А чтобы придать своему предприятию должный вес в общественном мнении, они придумал такой рекламный ход. Построив легкий автомобильчик с двухцилиндровым двигателем мощностью в 26 л. с., он вызвал на гонки не кого-нибудь, а самого Александра Уинтона из Кливленда – преуспевающего конструктора и «гонщика Америки № 1», который уже был к тому времени обладателем абсолютного рекорда Нового Света. Он промчался мерную милю за 1 минуту 14,5 секунды, развив среднюю скорость 77 км/ч.