Совсем презренья не тая,
Слюной харкнула в гномью морду
И тотчас к магу побрела.
Но мага не нашла здоровым
И даже более – больным:
Он лик имел совсем багровым,
Уже глухим был и слепым,
Дышал неровно, ненадёжно,
Кряхтел и жар терпел давно.
Помочь уж было невозможно
И умереть лишь суждено.
Тут фея поняла, что скоро
Почиет в мире добрый маг,
А гном воссядет на престолы
И будет новый здешний маг.
Что ж, фея… Девства не убудет,
Коли отдаться не за так.
Теперь уж медлить гном не будет!
Смотри, он и отмстить мастак.
К ней гном зашёл. Запёр засовы
И предложил немедля брак
Без пафоса, без всякой своры
И без гостей: «Возляжем так.
На нас с тобой одни обеты,
И, чтоб карьеры не терять,
Я, как и прежде, жрец у Света,
А ты мне будешь помогать.
Тебя над феями поставлю,
И над жрецами будешь ты.
Тебя среди людей прославлю
Цветком предвечной чистоты.
Коль скоро наш старик отбудет
В края далёкие Светил,
То новый маг у вас пребудет,
И горе тем, кому не мил».
Весьма недурно предложенье!
Вельможа рассудил умно.
И в этой жажде вожделенья
Для феи золотое дно.
Так фея согласилась скоро,
Но умоляла медлить брак,
Мол, совесть на неё с укором
Глядит, пока жив этот маг.
Тогда, смеясь, гном ей открылся
И молвил: «Вот его беда.
Моим лекарством отравился,
Уж не восстанет никогда.
Ещё единое вливанье,
Лишь доза малая одна,
И ваш старик моим желаньем
Почиет в небе на века».
Вдруг фея кинулася в ноги
И стала обувь целовать,
И, если с браком подождать,
Ему сулила ласки многи.
Сказала, мол, он ей по сердцу,
И что глупила, отвергая.
Но лишь обет оберегая,
Она пред ним закрыла дверцу.
Пленился гном на скорость дней,
Ведь старику чуть-чуть осталось,
Не знал, что острый ум у фей,
И всё в порядке показалось.
Он сразу всем её представил,
Да главной среди фей поставил.
