Станислав Шульга – хаос-генератор (страница 30)
Отец Кости рассказывал, что когда-то мобильных телефонов не было. Люди пользовали только стационарные телефоны, дома и на улицах, в железных будках. В Советском Союзе тариф за использование телефона в будке составлял две копейки, причем разговаривать человек мог сколько угодно. В девяностых мобильные появились, но приобрести их могли только очень богатые люди. Их тогда называли «новые русские». Мобильный телефон стал чем-то вроде свидетельства повышенной платежеспособности. То есть, кроме функции "поговорить", телефон стал еще и чем-то вроде детали гардероба. А потом с мобильным телефоном случилась еще одна трансформация. После того как стоимость телефонов перешла через какой-то качественный порог, ими за пару лет обзавелись все, кому не лень, и вид пенсионерки, задумчиво тыкающей в кнопки, перевел "трубки" в разряд предметов повседневного пользования. Стали удивляться тем, кто не имел мобильников.
Наверное, думал Костя, нечто подобное произошло и с роботами. Когда он пошел в школу про роботов он читал в фантастических книгах (причем тогда еще "твердых", на бумаге). В третьем классе он увидел передачу про первого японского робота серийного производства. Робот сильно отличался от тех страшненьких металлических скелетов, которых он видел в подобных сюжетах до этого. А уже когда дело шло к выпуску из школы, его отец твердо знал, куда сын должен идти учиться. Удешевление производства и связка с технологиями искусственного интеллекта привела к качественному рывку на этом участке фронта научно-технического прогресса. Сейчас мало кто удивлялся тому, что третью часть персонала в "Маках" составляли роботы, а в конторах на ресепшене сажали "барби", безотказно исполнявшей указания и печатавшей со скоростью пятьсот знаков в секунду.
Гуманоидоподобные роботы стали такой же частью повседневности, как и светофоры на улицах. А вместе с ними в эту самую повседневность переполз и искусственный интеллект. Пока еще примитивный, способный на стандартные улыбки.
- …Холм дает за информацию о полиморфах просто копейки. И то, в случае если потом окажется, что это действительно полиморф. Такое впечатление, что они их собственно и не ловят, - Влад, судя по всему, уже успел перерыть все, что только мог найти по наградам, которые по выходным раздает Холм.
- Тоже мне, откровение... Все знают, где живут крупные семьи. Колония Ганкера в сингапурском порту стала почти достопримечательностью туристов, - Гренка тоже основательно подготовилась к разговору. –
- Сингапур имеет статус свободной информационной зоны и там…
«Началось…», подумал Костя, абстрагировавшийся от разговора, начатого прибежавшей на встречу Гренкой. Она уже вовсю горела темой и ей не терпелось выложить все, что она узнала за последние сутки. Еще немного и эта перепалка опять перейдет на выяснение отношений между этими двумя горячими любовниками. Надо брать модерацию беседы в свои руки.
- Ира, ты хочешь сказать, что если мы перешлем запись на Холм, то ничего не получим за это?
- Примерно так.
- А если мы узнаем, кто его владелец? – предложил Влад.
- Как ты это узнаешь? – прищурилась Гренка.
- Ну, как-нибудь… Вон, Кэп смог прозвонить его и сказать что это полиморф.
- И что дальше ты будешь делать, - не унывала девушка.
- Проинформируем хозяина и…
- Того, кто его сам сдал Холму сколько-то там лет назад? Ха-ха! Он ему уже не нужен…
«Может, он тогда нужен кому-то еще?» - подумал Костя.
- Тогда может слить информацию тому, кому это нужно? Кэп говорил, что за полиморфов многие готовы платить хорошие деньги.
Парочка буйных любовников посмотрела на Костю одинаково удивленно.
- Константин, ты голова! – хлопнула в ладоши Гренка, - Учись! – сказала она после этого Владу и получила в ответ кислую мину.
- Так ты предлагаешь найти покупателя на эту информацию?
- Нет, я предлагаю найти покупателя на полиморфа. Кстати, ты говорил, что у тебя есть хороший знакомый на «сером» рынке. Может, пообщаемся с ним?
Мелкое хулиганство со взломом через беспроводной протокол, которым Влад с Ирой время от времени занимались, и результаты которого перепродавали на "Космодроме" или на все той же "Зеленке", подразумевало выход на «серых» дилеров. Скупщики ворованного софта, кодов доступа к сервисам Си-Джея, иногда, если повезет, ключей к электронным счетам, обычно являлись мелкими торговцами вполне легальным барахлом. Если они и брались за что-то не совсем чистое, то оно перепродавалось ими в течение нескольких часов, максимум суток. Тем более, что в случае милицейского рейда весь софт и коды затирались в секунду. На серьезных игроков они не тянули, и обращаться к ним не имело смысла. Единственного «тяжелого» торговца, которого знал Влад, звали Алекс. Костя не раз слышал о нем, но сегодня впервые должен был увидеть этого персонажа в лицо.
Обшарпанное парадное, изрисованные стены, побитая плитка скрипит под ногами. Лампочки через одну побиты. В лифте вентиляционные щели забиты жвачками. Характерная вонь. Раньше Костю удивлял тот факт, что в одном и том же спальном районе соседние дома могут настолько отличаться друг от друга. Потом Влад рассказал ему про то, как застраивался Киев в начале века. Влад много чего знал, но когда дело касалось понимания людей, то тут ему явно не хватало навыков общения.
Дверь им открыл мужчина лет за тридцать, с круглым, слегка одутловатым лицом, одетым в, судя по запаху, футболку, которая не стиралась дней пять. У мужчины были пухлые губы, вокруг которых росла то ли трехдневная щетина, то ли плохо растущая борода и усы.
- Чего надо? - спросил он Влада, при этом даже голову не повернув в сторону Кости.
- Дело есть...
- Бля, ну конечно, как я не допер... Дело. Чего за дело?
- Я здесь говорить не буду, - глухо, но твердо сказал Влад.
Мужчина с полминуты рассматривал Влада в упор. Из глубины квартиры раздался детский плач, и потом его кто-то позвал.
- Это ко мне! Ладно, заваливайте...
Они разулись в заваленном обувью и вещами коридоре, и зашли на кухню, где царил не меньший хаос - грязные тарелки и кастрюли лежали на обеденном столе, столешнице и в мойке. Хозяин сел на табуретку и грубовато сказал:
- Давайте, что у вас там.
Запись наладонника он смотрел без особого энтузиазма.
- Ну и что это?
- Это полиморф, - сказал Влад.
- Да ну...
- Да, это полиморф, - Костя подтвердил слова друга, который уже начал тушеваться. - Полиморф, уходящий из реала.
- Откуда такая уверенность?
- Это сказал человек, которому я доверяю.
- Кто сказал?
- Это не важно.
- Ты мне не парь, что важно, а что нет. Счас пойдете нах оба. Кто сказал?
Костя подумал, что Кэпу это не понравилось бы, что ему не нравится этот нахальный небритый толстяк с трехдневной щетиной на пухлой роже, и что если они сейчас встанут и уйдут, то это будет совсем глупо.
- Кэп. Это сказал Кэп.
В первый раз за все время разговора на лице появилось нечто вроде удивления.
- Хозяин "Плацдарма"?
- Да. Это не просто полиморф, это модуль одного из топовых "эй-ай" сцены. Показатель Римана больше трехста тридцати пунктов.
- Типа, очень умный сукин сын? Ну и что вы хотите из-под меня?
- Помоги продать, - сказал Влад.
- Что продать?! У вас кроме записи этой больше ничего за душой. Ты слови его сначала.
Влад не нашел, что ответить, и нервно заерзал на стуле. Костя смотрел на непонятно чем довольную рожу дилера и думал, что торг уже начался. Дилер уже заинтересовался и теперь начал играть на понижение. Они пришли к нему, и Влад, имевший меньше опыта в таких переговорах, повел себя неверно. Ладно, в конце концов, свет клином на этом мудаке не сошелся. В крайнем случае, найдут другого.
- Пошли, - сказал Костя Владу.