Станислав Сергеев – Солдаты Армагеддона (страница 53)

— Максо, что думаешь? Это ведь тебе там шуршать придется.

— А что думать? Шансов выжить практически нет. Ну разве что проскочить на низкую орбиту да долбануть главным калибром по этому гребаному институту, но не факт, что это даст стопроцентную гарантию. Наверно, уже все по убежищам разбрелись. Все равно придется высаживаться и проводить либо зачистку, либо эвакуацию, в зависимости от обстановки.

Мартус вздохнул и скривился.

— Понятно.

Он нажал кнопку на интеркоме и коротко сказал:

— Боевая тревога.

Даже сквозь бронированную дверь я услышал, как заревела сирена, и корабль сразу наполнился топотом экипажа, занимающего места по боевому расписанию.

— Мартус, сколько до этой системы?

— Часов пять лету.

— Хорошо. Я пойду готовиться…

Идя по коридорам, в которых все еще ревела сирена, невольно вспомнил события, изменившие мою жизнь, которые произошли всего несколько месяцев назад…

Так же мерзко верещала система аварийного оповещения, и люди в панике неслись к ближайшим пунктам эвакуации со станции. Сразу видно, что уже давно тут не проводились соответствующие учения по обеспечению жизнедеятельности, и вся заржавевшая машина гражданской обороны в случае экстренной ситуации начала со скрипом раскручиваться, но, на мой взгляд, образно говоря, скрипела как-то жутко и страшно. Первые лица, руководители, уже успели удрать куда подальше, и теперь со специальных терминалов проводилась эвакуация высшего и среднего звена аппарата управления и их семей. Параллельно в массовом порядке отстреливались малогабаритные личные спасательные кораблики, которые могли себе позволить состоятельные люди, а тех, кто был не в состоянии, как сельди в банку трамбовали в огромные летающие коробки с минимальными удобствами, чем-то напоминающие гробы, и по мере заполнения отстреливали и направляли подальше от станции, в надежде, что чуть позже их кто-то выловит и снимет людей.

Я, подключившись к системе видеонаблюдения станции, все это наблюдал чуть ли не в прямом эфире, примостившись в небольшом техническом помещении невдалеке от тюремного комплекса, где содержали троих моих соратников из группы обеспечения. Как сообщил мой новый знакомый — их в тяжелом состоянии полицейские станции сумели найти на месте боя с имперцами и им хватило ума оставить в живых для последующего разбора.

Получив эту информацию, я, естественно, срочно связался с генералом дер Тераномом, и буквально через несколько минут пришел ответ: «Никаких следов участия в событиях керторианских спецслужб остаться не должно». Лаконично и коротко. И судя по тому, как местный резидент стал искать возможность добить ребят из группы силового обеспечения, освобождение и эвакуацию никто рассматривать даже не думал.

Не знаю, что меня заставило пойти на прямой конфликт с резидентом, но пользуясь своими полномочиями, пришлось устроить настоящий скандал, и даже в Центре начали в черновом варианте прорабатывать операцию по освобождению, да и мы тут без дела не сидели.

Самое главное, что принадлежность захваченных людей к флотской разведке Керторианской республики еще не была установлена, поэтому у меня был определенный запас по времени. Уже начав разрабатывать эту операцию, я, несмотря на ворчание местного резидента, получил однозначное одобрение со стороны генерала дер Теранома, который после провала и уничтожения группы взял на себя полное руководство операцией «в самый трудный и трагический момент», хотя уже знал, что деньги возвращены и процесс переговоров идет и в скором времени груз уже будет отправлен заказчику. Лихо он подсуетился.

Получив соответствующие инструкции, мне пришлось планировать и изыскивать возможности устроить большой переполох на этой, так меня уже доставшей станции. Тут как раз помогал мой новый полицейский знакомый. Подогрев его новой порцией денег, стимулировав, так сказать, энтузиазм, я получил много новой и весьма интересной информации по действиям полиции и особенно администрации в условиях глобальной разгерметизации и попытки штурма, спасения денежных ценностей и тому подобного. После анализа полученных данных пытливый, особенно до организации гадостей, ум землянина подсказал, что делать и в каком направлении необходимо двигаться. Остальное было делом техники: дымовые шашки в системе вентиляции, несколько взрывных устройств, выведших из строя систему охлаждения и электроснабжения важных уровней, слив информации в средства массовой информации о нападении имперских гвардейцев и потом еще несколько взрывов, имитирующих бой с применением тяжелого плазменного оружия. Причем все это не влекло за собой гибель людей, хотя паника получилась просто на загляденье: полиция сбилась с ног, пытаясь хоть как-то поддерживать видимость порядка и организовать планомерную эвакуацию. Но после получения информации о боевых столкновениях на определенных уровнях, все силы полиции, которые после начала повального бегства удалось собрать, были брошены на борьбу с гипотетическим десантом. Хотя я был абсолютно уверен, что большинство спешно собирало и тащило награбленные за многие годы ценности в корабли и делали ноги. Именно в этой обстановке общего страха, ужаса и бардака мы начали действовать. На шифрованном радиоканале раздалась команда:

— Всем. Работаем по плану.

Прошло несколько мгновений и по смежным коридорам затопали тяжелые ботинки. Еще пара минут, и я во главе отряда наемников из шести человек, экипированные как бойцы полицейского штурмового отряда, несемся по коридорам к станционной тюрьме, где содержатся мои соратники, и, к моему удовольствию, Мартана, которую полицейские прихватили в портовой общаге.

Захватить обезлюдевший тюремный комплекс, где, дрожа от страха, оставалось всего пятеро дежурных, которые практически не оказали никакого сопротивления, не составило особого труда. Их быстро повязали, накачали наркотиками и заперли в одной из свободных камер. Системы видеонаблюдения и каналы связи уже были заранее заблокированы, поэтому никто на станции вовремя не получил информации о нападении, и, пока было время, освободили пленных, переодели в форму полицейских и вывезли, а сами остались разыгрывать дальше спектакль, чтоб доставить нашим оппонентам максимальное количество неприятностей.

Мы все были в полицейских тактических шлемах, и опознать меня не было никакой возможности, поэтому Мартану вытащили из камеры и обкололи наркотиками, но к моему разочарованию, это ничего не дало — имперские спецы поставили весьма мощную защиту от такого рода допросов. Ах как я хотел ее поспрашивать посерьезнее, но в моем плане для нее предусматривалась намного более страшная участь. Вроде как выполнив задание, наемники уже ждали команды на эвакуацию, но у меня на них были свои виды.

Переключив коммуникатор тактического шлема на шифрованный канал, я коротко спросил абонента:

— У нас все нормально, ждем гостей. Как у вас?

— Все по плану. Идем в вашу сторону.

— Понятно. Готовим встречу.

Вернувшись на циркулярную волну с наемниками, дал команду командиру.

— Сейчас будут гости. Человек пять, должны спрятать в тюрьме ценности. Для наглядности кладем их в коридоре, забираем груз и уходим. Все делим поровну.

Он поворчал, но спорить не стал, уж слишком большие деньги мы зарядили под эту операцию, да и желание что-то еще под шумок прихватить тоже сыграло немаловажную роль.

Хотя никаких ценностей там и не было: в данный момент, согласно плану, сюда уже несся спасательный отряд во главе с лейтенантом полиции Мартом Перкионом, точнее командовал его непосредственный начальник, но реально на след «нападавших» в нужное время навел именно лейтенант. Его старый заклятый враг, совмещающий должность начальника, до безобразия тупой и жадный капитан Милесв, уже давно выдавливал из полиции всех, кто более-менее мог составить ему конкуренцию на поприще рэкета мелких лавочников и продавцов. Эта жирная тварь, увидев в этом возможность продвинуться по карьерной лестнице, где перед ним открылись большие возможности по законному грабежу беззащитных граждан, собрал своих доверенных лиц, прихлебателей и лизунов, бросился без всякой подготовки наводить порядок в тюремном комплексе, надеясь на численное превосходство, и, естественно, влетел в засаду. Короткая перестрелка, и в результате небольшой коридор усеян обугленными телами полицейских.

Сейчас я использовал исключительно плазмомет однозначно имперского производства и, чтоб не оставлять характерного следа, о кинетическом оружии не могло быть и речи, аналогично были вооружены и наемники.

Получив отпор, полицейские откатились назад и заняли оборону, изредка постреливая в нашу сторону. Лейтенант Перкион разумно не стал лезть вперед и позволил всей этой братии вломиться в подготовленную засаду. Я опять на шифрованном канале связался с ним:

— Сколько там осталось?

— Четыре человека. А у вас?

— Трое погибли, еще трое отстреливаются.

— Понятно. Что дальше?

— Как договаривались, все по плану. Сам сделаешь?

— С удовольствием. Но пошумите, чтоб отвлечь внимание.

— Понял.

Выждав минуту, я несколько раз выстрелил из плазмомета, да и наемники меня поддержали, причем настолько удачно, что двое полицейских погибли сразу. Увидев такой результат, струхнувшие и загнанные в угол наемники рванулись в атаку и стали методично и со смаком размазывать жирные полицейские потроха по коридору. В это время мой знакомый лейтенант тоже немного поучаствовал — разворотив спину своему коллеге, который благодаря связи с капитаном готовился занять его место.