Станислав Сергеев – Призрак Родины (страница 78)

Как было указано в самом лучшем прогнозе, группа количеством максимум три человека, не используя транспорт, с вероятностью 75 % вполне могла незаметно проникнуть в данный район, не ввязываясь в боестолкновение с отрядами охраны.

Поэтому мы, оставив свой спрятанный в густых кустах джип, пешком стали продвигаться только мне одному известным маршрутом.

Я даже не успевал восторгаться красотами местной природы. Мир как-то странно, сам собой стал серым, но сильно контрастным, а вот идущие за мной Ланка и генский офицер чуть ли не светились красным цветом, выделяемые моим подкорректированным сознанием, как игроки, требующие особого внимания. Разум автоматически отмечал сходство местной флоры с земными растениями, но это всё не вызывало никаких эмоций, только констатацию факта, который в рамках выполняемого задания в данный момент несущественен.

Во как меня натаскали имперские психологи…

Мы шли через лес осторожно, стараясь не хрустеть ветками, не привлекать излишнего внимания и, конечно, не оставлять следов, по специально проложенному маршруту, чтобы избежать не только скрытых наблюдателей, но и виртуозно разминуться с подвижными патрульными группами, которых в этом лесу было превеликое множество. Как только книга начинала ощутимо вибрировать, я поднимал руку, давая понять, что требуется остановка и соблюдение тишины, а сам, уже совершенно не скрываясь, вставлял в ухо наушник и слушал синтезированные голосовые команды либо на остановку, либо на изменение направления движения.

Два часа нервотрёпки, осторожного движения по лесу – фактически под диктовку искусственного интеллекта тактической аналитической системы – и мы, ювелирно миновав два круга оцепления, вышли к комплексу зданий, один вид которых заставил моё сердце биться в ускоренном темпе. Спрятавшись возле крупного дерева – которому, судя по разросшейся кроне и стволу в несколько обхватов, было не меньше пары сотен лет – я пристально наблюдал за открывшимся видом, всё не веря своим глазам.

Ну как, скажите, на другом конце галактики, в богом забытом месте, в заброшенном лесу может стоять типичная небольшая православная церковь с самым настоящим крестом, ярко сверкающим в свете пробивающихся через крону высоченных многовековых деревьев солнечных лучей?

Я не то чтобы неверующий… Точнее – не настолько верующий, чтоб по каждому поводу бить поклоны и креститься, в наш безбожный век – это нормальное состояние, и к Богу обращаешься тогда, когда уже – край, конец, и некуда дальше двигаться… Ищешь последнее спасение там, надеясь на чудо, ну а в свете моей космической одиссеи – тут и вообще не понятно, зачем я живу…

Но тем не менее, смотря на это чудо, на этот символ православной веры, рука неосознанно отпустила карабин, пальцы сжались щепотью и потянулись ко лбу, осеняя себя крестом. Как только коснулся левого плеча, почувствовал какое-то облегчение, как будто нырнул в холодную воду, долго плыл на глубине до боли в лёгких, а вынырнув, с упоением вдохнув чистого воздуха. Я снова почувствовал лёгкость принятия решений и правильность своего пути, может, извилистого, но всё же правильного. Мне, как русскому солдату, нечего стыдиться, а своя совесть – главный экзаменатор. Может, именно к этому я шёл последние годы, теряя друзей, любимую, а может – даже самого себя.

Интуиция – которая очень часто мне помогала – тихо предупреждала, что мы уже давно обнаружены истинными хозяевами этого местечка. Обмен информацией с тактическим комплексом на орбите – недоступный для местных – вряд ли остался незамеченным для людей, имеющих в своём распоряжении прекрасно функционирующий армейский комплекс технической маскировки типа «Полог».

Но нас пока не трогали – и это вселяло надежду.

Тем не менее чувствовалось направленное на меня чьё-то напряжённое внимание, как будто кто-то рассматривает через прицел. Неуютно, но ничего не попишешь, и дёргаться в такой ситуации – это самое худшее, что можно сделать. Если не уничтожили сразу, то либо у них другие планы, либо мы просто вне сектора обстрела, но и в том, и в другом случае – лучше дать противнику самому сделать первый шаг.

Я тоже не спешил…

Судя по времени, именно сейчас должно было произойти что-то очень интересное, ради чего генцами затевался весь этот сыр-бор с перекрытием района силами элитного спецназа.

Пару десятков минут мы просто лежали, изучая обстановку и ничего не предпринимая, хотя мои спутники время от времени бросали на меня заинтригованные взгляды.

Как оно говорится: «предчувствия его не обманули…» – через десять минут ожидания на лесной дороге, ведущей к церкви, послышался шум моторов. Чуть позже по грунтовой дороге, которая не была обозначена на местных тактических картах, пронеслись три бронированных внедорожника – точно такие, как мы совсем недавно встретили по пути сюда – и лихо остановились перед храмом. Хлопнули двери – и в разные стороны разбежалось не менее десятка великолепно экипированных бойцов в чёрной форме, вполне профессионально перекрывая доступ извне к приехавшей явно не простой персоне.

Несколько мгновений – и тот, ради кого были приняты столь впечатляющие меры безопасности, в сопровождении двух охранников вышел из среднего джипа, прошёл к дверям церкви и почтительно остановился, видимо, в ожидании реакции хозяев.

Лежащий рядом со мной Аалон тихо вздохнул, да и Ланка как-то странно задёргалась, что говорило о том, что мои спутники как минимум здорово удивлены.

Этого человека и я опознал – как-никак перед высадкой на планету тщательно изучил все ключевые фигуры местной политики, а особенно – стран региона, в котором придётся вести активный поиск.

Да уж…

Вот чего я не ожидал так этого – генерал Горно Арукетин, начальник Генерального Штаба Министерства обороны Генского Союза, а по имеющейся информации – серый кардинал генской политики, правда, в последнее время существенно потерявший политический вес благодаря конфликту с ароанскими ставленниками по поводу начала фактически открытой конфронтации с Роннийской Империей в Маурине. Насколько я знал, этот человек в определённый момент просто чуть отошёл в сторону, не имея возможности открыто противостоять мощному ароанскому лобби в своём правительстве, но старался держать руку на пульсе, используя многочисленные связи – в том числе и семейные – среди старой военной аристократии.

Вот и сейчас, как я понял, мы стали свидетелями очередного этапа Большой Игры, которая разворачивается на территории Маурины, погрязшей в пучине кровавой гражданской войны. Зная отношение местных верхушек общества к христианам, можно было с высокой долей вероятности предположить, что мы наблюдаем начало неких переговоров, в которых, скорее всего, мои возможные соотечественники играют роль некоей посторонней силы, с помощью которой генцы хотят договориться с роннийцами, чтоб война на Маурине не переросла в глобальный ядерный конфликт, от которого выиграют только запроливные ароанские кукловоды.

Н-да, ситуёвина…

Обычно свидетели такого рода событий зачищаются безо всяких вопросов и сожалений – таковы уж правила в этой игре, – и мне осталось только лихорадочно искать решение, чтоб выйти из сложившейся ситуации. Тихо уйти – можно попытаться, но тогда под большим вопросом будет выполнение основного задания…

Мои размышления были прерваны скрипом открывающейся двери в церковь – на небольшом крыльце появился высокий старец с крестом на груди, и даже просторная ряса не могла скрыть чёткие и плавные движения прирождённого воина, чуть скрываемые неторопливостью и степенностью священнослужителя.

Генский генерал, увидев вышедшего к нему человека, неторопливо и с достоинством двинулся ему навстречу, кивком оставив на месте своих охранников. Приблизившись к старцу, он что-то уважительно заговорил, и тот несколько раз кивнул головой в знак согласия.

Их разговор был прерван молодым мужчиной, тоже в чёрном одеянии, который подошёл к старцу и стал что-то говорить тому на ухо, ничуть не стесняясь стоящего перед ними генского генерала.

Старец в ответ кивнул головой, а через несколько мгновений поднял свой взгляд в нашу сторону и призывно взмахнул рукой, давая понять, что наше присутствие для него – не тайна. Это было явным сигналом, но не только для нас – охрана генского генерала тут же взяла на прицел наше убежище.

Выбора у нас не оставалось, и я приказал:

– Снять магазины! Патроны из патронников, только тихо! Оружие в походное положение! Не дёргаемся, спокойно выходим, думаю, нас не тронут, во всяком случае – сразу…

Под напряжёнными взглядами генских спецназовцев мы осторожно, стараясь никого не провоцировать, выбрались из своего укрытия и неторопливо пошли к джипам, сопровождаемые полной тишиной, которую разбавлял шум ветра в кронах деревьев и щебетание птиц, радующихся тёплому весеннему дню.

Чувствовалось общее напряжение, но я очень надеялся на то, что эксцессов не будет – тут явно собрались профессионалы, для которых выдержка является одним из главных критериев отбора.

Аалон и Ланка, повинуясь моему сигналу, остановились недалеко от джипов, а я пошёл дальше, к стоящим на крыльце батюшке и генскому генералу. Меня никто не стал задерживать, несмотря на карабин на плече и пистолет в набедренной кобуре, да и высокопоставленный гость как-то ну уж очень индифферентно отнёсся к самому факту моего появления.