Станислав Сергеев – Призрак Родины (страница 40)

– Понимаю, – не стал я лукавить, такие расклады и мне самому приходили на ум.

– Теперь по гарантиям… Как мне недавно сообщили, генерал Арана тори Ансельм достаточно эмоционально пообщался на ваш счёт с генералом дер Тераномом. Разговор был очень интересный… – тут он сделал паузу, чтоб я понял, что у этого кручёного полкана везде свои люди, и он в состоянии прослушивать разговоры чуть ли не в занюханном гальюне самого потрёпанного эсминца. – Арана тори Ансельм – сам из семьи, где в роду были боляре, и его воинские достижения обеспечили ему высокий авторитет и уважение в братстве Военных родов. Так вот, он обменялся информацией с вашим «неявным» родственником и узнал, что вы – Истинный Болярин. Он об этом уже успел по секретным каналам сбросить сообщение старейшинам, присовокупив все имеющиеся доказательства и ваш рассекреченный послужной список, что стало одной из лучших рекомендаций. Образно говоря, дер Терраном продал вас с потрохами имперским болярам за то, что они его будут прикрывать. В принципе, в его ситуации – решение абсолютно правильное. У них в руководстве республики сейчас идёт большая драка на фоне катастрофического положения на фронтах – ищут крайних и виноватых, перед делёжкой помощи, что обещает Империя… А ещё… Накануне нашего разговора мне лично пришло послание, что очень многие истинные оставшиеся в живых боляре будут внимательно следить за судьбой майора Кентарийских штурмовых войск Максо Мелана… Как вам? Вот и я про это… У меня не было смысла зачищать вас и раньше, а теперь… Даже если бы этот смысл и появился, то я бы сорок раз подумал: стоит ли оно того – умереть совсем на немного позже вас? И в свете этого послания хочу добавить про поощрения… Если вы справитесь с заданием – в чём почему-то я абсолютно не сомневаюсь, – то…

– Я стану уже не пешкой, а чем-то более существенным на политической арене Империи, как раз нужным элементом для задабривания боляр, ну, или сладкой морковкой, которой можно махать у них перед носом, как неким временным заменителем легендарного артефакта, – закончил я фразу за полковника и спросил: – Правильно? А почему я не удивляюсь тому, что командующим объединённой эскадрой был назначен генерал Арана тори Ансельм, и тому, что ему дали пооткровенничать с дер Тераномом?

– Вот видите, вам ничего не нужно объяснять… Вы нам в любом случае необходимы живым-здоровым и сейчас, и в будущем, это – без вариантов.

Я замолчал, переваривая полученную информацию…

Расклад получается, с одной стороны, интересным, но, судя по лицу полковника, задание будет у меня очень весёлое.

– Хорошо. Допустим, я вам верю. Тем более что рекомендации ваших аналитиков относительно правдивости в некоторой степени объективны, но… – согласился я и добавил жёстко: – Если предадите и обманите – я очень обижусь. И это – именно угроза…

– Я понимаю. Это ваша болярская черта – честно служите, пока вас не предадут. Зато потом вы изобретательно и жестоко отомстите. Не стоит повторять: для меня – это аксиома.

– Как я понял, возможности отказаться у меня нет? – запустил я пробный шар, скорее для последней проверки серьёзности ситуации.

– Вы правильно поняли – нет, от слова «абсолютно». Тем более, как мне кажется, вам это будет просто интересно. Именно то, что вы любите – одиночное задание, полная свобода принятия решений, развязанные руки… А для нас главное – результат.

– Хорошо, можете быть уверенным, что вы меня заинтересовали… Я берусь. Теперь я могу ознакомиться с подробностями и заняться сбором всей информации?

– Конечно…

Полковник заговорил, и по мере рассказа я всё больше и больше убеждался, что у Императора действительно великолепные аналитики и психологи, всё ведь просчитали: и побудительные мотивы, и нашу русскую тягу к приключениям, и многое другое…

Захотел бы, не смог отказаться…

Хотя придётся поломать голову, и без поллитры тут явно не обойдёшься…

Уже в самом конце достаточно длительного обсуждения я всё-таки спросил у полковника Морга:

– Полковник, вы мне так и не сказали… Где же мне придётся работать?

– Конфедерации Таран-Хо, планета Крамона, – ответил Морг.

Глава 13

Колёса поезда монотонно стучали в знакомом с детства ритме, привнося в общий звуковой фон из разговоров пассажиров, шума радио, передающего какую-то примитивную ритмичную мелодию, гудков и лязга сцепок, скрипа рессор, звона одинокой ложки в стакане с остатками недопитого местного аналога травяного чая, некую добрую, успокаивающую, умиротворяющую, домашнюю мелодию…

Не открывая глаз, я лежал на верхней полке купе, наслаждаясь, если можно так сказать, натуральными звуками и запахами. Странно, почему я раньше не понимал, что можно получать удовольствие от таких вот бытовых мелочей. После долгих месяцев в запертых металлических коробках, несущихся или висящих в космическом вакууме, где качество воздуха зависело от степени изношенности и класса систем жизнеобеспечения, столь натуральные запахи очень сильно контрастировали с неисчезающим привкусом палёного пластика или стерильным, озонируемым воздухом, от которого иногда хотелось просто лезть на стены.

Столь яркий контраст наконец-то заставил задуматься и вспомнить о потерянной родине и о будущем, которое меня, бездомного странника, ожидало…

«Тук-тудум-тук-тудум-тук-тудум…» – выбивали колёса поезда.

Под этот монотонный стук я как никогда раньше спокойно выспался, несмотря на не совсем обычное моё положение.

Интересно, как повернётся непредсказуемая судьба, забросив меня именно в это купе на очередной затерянной в глубоком космосе планете?

Вот ведь поворот сюжета…

«Тук-тудум-тук-тудум-тук-тудум…»

Я уже не спал, но чтоб не привлекать особого внимания, просто лежал, расслабившись, с закрытыми глазами, наслаждаясь всё убывающими минутками настоящего спокойствия и отдыха. Но даже сквозь прикрытые веки чувствовались всполохи света, и я явственно ощущал, как за окном мелькают деревья, постройки, электрические столбы. Хотя, как ни странно, это не раздражало, а только добавляло дополнительные штрихи к картине потерянного прошлого, которое уже давно в моей памяти ассоциировалось с чем-то светлым и тёплым…

Внизу, прямо подо мной на нижней полке, уже давно слышалась активная возня, сопровождаемая вскриками, каким-то шуршанием и звуками ударов. Всё это на время прекращалось строгим окриком, но буквально через пять-десять минут начиналось с новой силой.

Я не смог удержаться и улыбнулся – это были мои беспокойные соседи по купе. Крупная, толстоватая женщина – по моим меркам перешагнувшая пятидесятилетний рубеж – сопровождала к родителям с отдыха двух непоседливых внуков, которые уже двое суток ставили на уши весь вагон, а бедная бабушка, учитывая возраст и габариты, просто не успевала за двумя сорванцами пяти и шести лет. Но, как это ни странно, дети были достаточно воспитанны, и их возня не сильно задевала окружающих, поэтому практически все в вагоне посматривали на их шалости с доброй улыбкой. Была, правда, парочка ворчливых тёток, которые попытались детей приструнить и говорить им гадости. Но, к счастью, народ в вагоне собрался понимающий, и несколько крепких словечек быстро указали соответствующее направление движения и место назначения старым склочницам.

Снизу послышался возмущённый голос:

– Что вы творите? Дайте же людям поспать. Вот ведь сорванцы… – бабушка снова попыталась построить внуков.

Хотя, в принципе, уже давно пришло время для утреннего подъёма, и детишки уже в своём праве проказничать…

Лязгнул замок, и дверь в купе резко откатилась в сторону.

Я уже не смог корчить из себя спящего и, привычно сжав под одеялом небольшой нож из стеклопластика, уставился на нарисовавшегося в проёме крупного детину в фиолетовом костюме.

Но никого этот приход особо и не удивил. Здесь в таком облачении ходят официанты и повара, да и лицо пришедшего было знакомо. Он, добродушно улыбнувшись, выдохнул одной фразой почти без промежутков между словами: «Завтракать будете?»

Я чуть поёрзал на полке и глянул вниз.

Так оно и есть – у Тарла, так звали этого официанта из вагона-ресторана, в руках была сложная конструкция из алюминия, в которой в специальных зажимах красовались пластиковые судки с порционными завтраками. Просто, функционально и, главное, востребованно, учитывая мастерство поваров вагона-ресторана. Многим было просто лень переться через весь состав, фактически оставляя вещи без присмотра, а тут такой сервис пришёлся как нельзя лучше, и пассажиры относились к этому, как к весьма обыденному явлению. Самое интересное: в моём родном мире когда-то, ещё до крушения Советского Союза, точно так же разносили по вагонам готовые обеды в алюминиевых судках. Куда это всё потом подевалось?..

Бабушка двух сорванцов решительно выдохнула:

– Нам, пожалуйста, две порции, уважаемый Тарл. Этим неугомонным поросятам для шалостей нужно много энергии.

И, зашуршав застёжкой небольшой дамской сумочки, быстро достала матерчатый кошелёк, зашелестела мелкими купюрами, отсчитывая нужную сумму, при этом, конечно, не забывая о небольших чаевых.

Тут так было принято. Если человек работает на совесть и пытается быть полезным, его обязательно стараются поощрить, а парнишка, который во время студенческих каникул подрабатывал в вагоне-ресторане поезда, действительно заслуживал небольшой награды. Чистый, наглаженный, без следов вечерней пьянки и, конечно, без запаха перегара, а также излучающий настоящее, а не показное дружелюбие, располагал к себе и принимал вознаграждение как должное, но при этом не выпрашивал его, как это частенько встречалось в нашем мире. Хотите поощрить – пожалуйста, нет – ну, значит, не повезло…