Станислав Сергеев – Памяти не предав (страница 125)

– Конечно. Щедрый нагреб все, что плохо лежало, прекрасно понимая, что его сначала обкатают на немцах, прежде чем давать вид на жительство.

– Люди в курсе, куда едут? И как ваше руководство на это смотрит? Одна из оставшихся боеспособных частей резко собралась и свалила со всеми семьями, техникой, боеприпасами, продуктами и горючкой, МЫ за это по голове не получим?

– Не успеют. Они и так вас боятся тронуть. А после того, как СБУшная группа почти в полном составе к вам перешла, там просто боятся сюда кого-либо направлять.

– Ну не в полном составе…

– Не суть важно, главное, сигнал о переходе на твою сторону части группы они получили и уже конкретно задумались, что здесь происходит. Сейчас они просто боятся все потерять, и так уже началось скрытое дезертирство.

– В каком смысле?

– А ты думал, что твои предложения о переселении не станут известны по всей стране? Меня давно вычислили, что с тобой напрямую якшаюсь, поэтому и не трогают, в надежде использовать как посредника. Отдали бы они мне просто так «Шилки» и «Тунгуску» и кучу снаряжения.

– Владимир Леонидович, так вы сейчас пришли в качестве переговорщика от некой группы высокопоставленных товарищей?

– И да, и нет.

– А поподробнее?

– Давай по порядку. Что будем делать с десантурой, которая уже несколько часов в районе Урожайного сидит и ждет сигнала на выдвижение?

– Чего так?

– Боятся тебя, что твои орлы пожгут нахрен колонну.

– Правильно боятся.

– Так что будем делать?

– Выдвигаются к Молодежному, по Московской трассе к блокпосту. Там пересаживаются в наш транспорт и отправляются в фильтрационный бункер, где с ними будут работать наши безопасники.

– А техника?

– Перегоним куда нужно, потом, после первичного отсева, технику и оружие вернем. Кормежка, медицинский осмотр, чистая вода, баня – все будет предоставлено. Сами понимаете, без этого отправить на ту сторону не могу.

– Правильно делаешь, но там больше двухсот человек…

– Их уже ждут. Как единое подразделение они работать не будут.

Лукичеву это не понравилось, но спорить не стал.

– Хорошо, согласен, в этом есть смысл. Теперь второе дело.

– Это то, которое не очень хорошее?

– Да.

Я показательно вздохнул.

– Давайте.

– Тут на меня вышли серьезные люди…

Я не выдержал и перебил его:

– Это то, о чем говорили?

– Нет. Совсем другое. В общем, НАШИ серьезные люди попросили с тобой свести российских серьезных людей.

– У нас вроде как налажен контакт с ними.

– Это с вояками, а туту…

– ФСБ?

– Откуда знаешь?

– Так давно их жду. По идее, где-то на берегу должна их подводная лодка болтаться.

– Хм. А я этого не знал. Это тебя грушники просветили?

– В общем – да. Есть еще пара нюансов, но это пока не хочу озвучивать. Так что именно и в какой форме они просили?

– Есть у меня знакомый, в ГУРе служил, ну и сейчас в одном из бункеров под Киевом живет, вот он вышел на меня и попросил свести его знакомых с тобой. Я ему дал частоты для связи, и вот три часа назад они на меня вышли.

– Все, как оговаривали?

– Да. Очень хотят пообщаться.

– Порядок вы знаете.

– Конечно. Я их об этом сразу информировал, они заранее согласны.

– Сильно торопят?

– Настроены решительно, но без агрессии. Народ реально договариваться приехал. Откуда только узнали?

Я просто ответил:

– А я использую их наработки. У них аналогичная система недавно взорвалась и разнесла половину подземного города где-то за Уралом. Вот они решили воспользоваться нашим каналом. Видимо, собрали информацию и не решаются пока лезть напролом.

– Хм. Я смотрю, у вас, ребята, своих тайн хватает.

Мне показалось, что он даже обиделся, что такая важная информация мимо него прошла. Я задумался. Хм, очень интересный расклад получается, но надо ребятам всю игру попутать и резко уменьшить количество возможных пакостей, которые они могут в случае неблагоприятного развития ситуации нам устроить.

– Владимир Леонидович, побудьте здесь, а я схожу, получу санкцию на переговоры.

Ох как ему это не понравилось. Он-то, наверно, думал, что я величина самостоятельная, так сказать монополист на рынке перемещений во времени, а тут санкция – значит, перед кем-то отчет держу, и не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять, что это Берия и Сталин. Я про себя усмехнулся. Пусть так думают, а я просто сделаю ход конем.

Оставив Лукичева наедине с тяжкими думами, вернулся в основной бункер и вызвал на связь полковника Семенова, который должен был отираться где-то рядом, на специально выделенном его группе, обеспеченном электричеством, водой и продуктами, опорном пункте. Тот, видимо, давно ждал от меня вызова и ответил почти сразу.

– Добрый вечер, Сергей Иванович. Сам хотел с вами поговорить. Мое руководство ждет вашего решения и предлагает быть посредником в переговорах с руководством СССР.

– Хитро. Вы хотите еще раз пообщаться с Берией?

– Было бы неплохо. Меня наделили соответствующими полномочиями.

– Хорошо. Я организую. Но у меня есть вопрос, точнее просьба или желание получить маленькую консультацию.

– Я вас не понимаю.

– Хорошо. Ваши смежники нарисовались, хотят встретиться.

– Быстро они.

– Ну не так, как вы, только они вышли на меня с соответствующими рекомендациями от серьезных людей.

– Использовали кого-то, чтоб на вас выйти?

– Ну типа того.

– Хорошо, и чем я могу вам помочь?

– Лодка-то, наверно, ваша, ну в смысле, ВМС МО РФ?

– Конечно.

– Мне нужна информация на командира лодки и старпома, с фотографиями.