Станислав Минин – Камень. Книга девятая (страница 9)
Дела мы обсуждали недолго – в рапортах ситуация была изложена подробно, а вот когда родитель озвучил подозрения насчет Римской католической церкви, мы натуральным образом выпали в осадок!
– Этим-то я каким боком дорогу перешел?
– Вполне может быть, что самим фактом своего существования, сынок, – вздохнул родитель.
И он, не углубляясь в подробности, озвучил возможные осложнения в вопросе престолонаследия, кинув в конце:
– Еще возможен вариант, что католические ордены знают про тебя то, чего не знаешь даже ты.
Взгляд отца был очень красноречив, и я сразу же вспомнил тот наш с ним разговор, касающийся некоторых из моих способностей.
– Понятно, – протянул я, решив побеседовать с ним отдельно.
Эта «грустная» тема заглохла сама собой, а на смену ей пришли разговоры о визитах королей Франции и Италии. Потом я болтал с дедом Мишей, который все норовил потрепать меня по седым волосам и грозился лично расправиться с тварями, которые стоят за нападениями. Они с дедом Владимиром ушли во втором часу ночи, и тут очередной закидон выдал Ванюша:
– Николаич, – колдун преданно смотрел на моего отца, – не вели казнить, вели миловать!
– Кайся уже, грешник, – родитель вяло махнул рукой.
– Николаич, никакой я не герой! А жертва гордыни и стяжательства!
– Продолжай…
– Не спасал я царевича! Это он все сам сделал, а потом меня спас!
И под хмурыми взглядами Прохора с Владимиром Ивановичем и удивленными Коли с Сашей колдун изложил истинную картину событий.
Отец с минуту разглядывал Ванюшу, потом повернулся ко мне:
– Не врет?
– Не врет, – кивнул я.
– Нет, господа, – вздохнул родитель и припечатал, – именно что врет. А в рапортах все указано верно. Так ведь, Ванюша?
– Получается, так, – улыбался быстро сориентировавшийся колдун. – Николаич, а я на потомственное дворянство за подвиг могу рассчитывать?
– Будем думать, – хмыкнул родитель. – Но если Лешка перед государем похлопочет, то… – и неопределенный жест руки.
– Похлопочу, куда я денусь.
И только Ваня собрался пропеть мне очередную осанну, как родитель его прервал:
– Алексей, пойдем-ка подышим на балкон… – И уже на балконе он продолжил: – Сынок, строго между нами! – Я кивнул. – Родом после вчерашних событий принято решение о твоей срочной женитьбе. Кандидатуры ровно две: Демидова и Шереметьева, – но в приоритете Демидова. Я тебя предупредил, а ты думай. – Отец остановил решившего высказаться меня. – Теперь по твоим способностям. Любая информация дальше Прохора, Вани, Володи и меня уходить не должна.
– Коля с Сашей?
– По минимуму и только в общих чертах. Надеюсь, я был услышан.
– Не переживай, так и будет.
Когда же мы вернулись в гостиную, в голове была только одна мысль: «Как же мне избежать скорого блудняка под названием семейная жизнь?»
Глава 3
– И биться сердце перестало!.. – Ванюша, как и мы все, разглядывал скопление автомобилей с вооруженными людьми на стоянке нашего отеля. – А где зенитки, крупнокалиберные пулеметы и бронеавтомобили повышенной проходимости? И вообще, Николаич, французы могли и на вертушки расщедриться, а не заставлять нас пыль глотать в конце колонны за самым настоящим сбродом с автоматическим оружием, вообразившем себя регулярной армией.
– Я сам от вертушек отказался, – бросил отец. – А от этих не получилось, – он указал на стоянку. – Людовик настоял. И вообще, нам «по зеленой» всего-то около ста километров промчаться до Монако, перетерпим.
– А ничего, что Иванычу еще двадцать с лишним дворцовых с вашим прилетом в подчинение поступило? – хмыкнул колдун. – Охраны внезапно образовалось столько, что я себя чувствую чужим на этом празднике жизни.
– Намекаешь на свою уникальность и исключительность? – родитель усмехнулся в ответ. – Хорошо. Признаю, Иван Олегович, ты у нас один стоишь батальона.
– Только батальона?
– Трех батальонов. Но до полноценного гвардейского полка все же не дотягиваешь. – И отец скомандовал, устав препираться с колдуном: – По машинам!
На этот раз микроавтобус был в буквальном смысле забит под завязку: Коля с Сашей и дедом Михаилом на заднем ряду сидений, мы с родителем и дедом Владимиром на среднем, а на переднем пассажирском «ютились» Прохор с Владимиром Ивановичем.
Я подозревал, без всяких там скидок, что микроавтобус «Мерседес» в этот раз нес в своем «чреве» по старушке Европе сосредоточие грозной
– А что это у нас сегодня ночью за вокально-инструментальный конкурс проходил в звенящей тишине Французской Ривьеры? – решил нарушить молчание дед Володя. – Слышны были отрывки из таких специфических хитов, как «Человек в телогрейке», «Владимирский централ», «Голуби летят над нашей зоной» и прочей подобной лабуды?
– Очень чувственно конкурсанты выводили! – подал голос дед Михаил. – Со знанием дела. Я аж прослезился!
– Мы это… – родитель, сидевший рядом, явно потерялся. – Короче, душа требовала.
– Душа требовала? – не очень-то и сильно начал заводиться дед Владимир. – А какой пример молодежи подаете, вы об этом подумали?
И опять влез князь Пожарский:
– Вова, это у Сашки с Лешкой после Бутырки, успели оба-двое нахвататься блатной романтики.
– Блатной романтики?
– А чего ты хотел, дядька? – вскинулся отец. – Подпили, вспомнили с сыном совместные яркие моменты жизни… Взгрустнули…
– Самые яркие моменты в жизни? – протянул великий князь. – Называется, приплыли! Бутырка у них самый яркий момент в жизни!
– Особенно когда к тебе дочерей на свиданку приводят, – огрызнулся отец. – Сам попробуй! Массу впечатлений гарантирую!
– Надо будет как-нибудь сподобиться для разнообразия, – примирительно согласился тот. – Мишаня, составишь компанию?
– Почему бы и нет, – фыркнул князь. – Надо еще Коляшку с нами сагитировать, а надсмотрщиком взять Витальку Пафнутьева. Заживем!..
– Это точно! А что касается вас, молодежь… Прилюдное исполнение подобного репертуара отдает лютым мещанством, – припечатал дед Владимир, – особенно когда происходит в Европе. Так что категорически прекращайте!
…Очередному нашему с отцом душевному исполнению блатных песен предшествовало многое, в том числе и беседа, касающаяся моих впечатлений от общения с батюшками Владимиром и Василием, поспособствовавшая тому, что хоть как-то грустные мысли о перспективах скорой свадебки убрались на самый край сознания. Поделился своим экспертным мнением и Ваня:
– Николаич, не переживай, церковники прониклись и осознали! – с важным видом вещал он. – Как услышали про пятерых жмуров, так сразу и оху… обалдели. И еще, – колдун приосанился, – я им жучков на костюмы прилепил, ну, типа, о ступеньку споткнулся, а потом послушал. Короче, как царевич и предполагал, за главного в этой всей церковной кодле сейчас Владимир, он делами и настроениями рулит. Василий же при нем так, на правах рядового исполнителя, но с правом голоса.
– А они тебе дезу через жучки не гонят? – поморщился родитель. – Не забывай, Олегыч, батюшки наши тоже не пальцем деланные, их покойный Бирюков должен был постоянно на предмет соблюдения элементарных мер безопасности натаскивать.
Кузьмин хмыкнул и указал на меня:
– Царевич через пару-тройку дней в себя придет и вывернет батюшкам мозги мехом внутрь, а я уж прослежу за искренностью их ответов.
– Добро. И раз уж мы опять заговорили про колдунов, то мне уже перед самым отлетом Влад Лебедев кое-что сказал, вернее, высказал предположение, которое очень уж подходит под признание Ванюши, как все было на самом деле… – Отец вздохнул. – Но сначала я бы хотел услышать от тебя, Колдун, прогноз о предполагаемых сроках следующего нападения на Алексея.
Если все присутствующие, включая самого родителя, заметно напряглись в ожидании ответа, то я, к своему удивлению, остался спокоен – видимо, режим «Война» менял и отношение к смерти, заставляя сознание и подсознание принимать Старушку с косой как нечто неизбежное, как обыденную часть жизни. Еще сказывалось воспитание мудрого Прохора с его философским смирением перед неизбежным концом. Одно страшило воспитателя, впрочем, как и меня – умереть глупо и бездарно…
– Если учесть, что колдуны – звери все же редкие и очень ценные, – начал Кузьмин, – а заказчики – опытные и осторожные… о чем свидетельствует разведывательный визит пана Западловского в Монако… Уверен, пара недель у нас есть по любому, если не месяц. А там и Родина на тысячи километров вокруг, где даже стены помогают… Но это все только мои прикидки, которые с реальностью могут не соотноситься от слова совсем.
– Лебедев примерно такой расклад нам с дядькой Вовой и Михаилом Николаевичем и выдал, – кивнул родитель. – Еще Влад просил вас подумать о том, что тебя, Лешка, убивать не собирались, а хотели… покалечить, порушить доспех, особенно в свете твоей дуэли с Филиппом. Как вам версия Лебедева, потому как подтвердить или опровергнуть ее можете только вы? Других спецов вашего профиля у нас попросту нет.
Кузьмин вскочил, чуть не опрокинув стол, и уставился на меня немигающим взглядом: