Станислав Минин – Камень. Книга 6 (страница 17)

– Ваше превосходительство, курсант Романов для прохождения службы прибыл.

– Вольно, курсант. – Генерал изобразил улыбку. – Добро пожаловать в наше учебное заведение. Надеюсь, что вам у нас понравится.

– Это вряд ли, ваше превосходительство. – Курсант улыбнулся в ответ. – Я здесь только потому, что так приказал его императорское величество, и надолго задерживаться не собираюсь…

Повисла неловкая пауза, которую прервал Пафнутьев:

– Валерий Кузьмич, может, вы сначала разместите курсанта Романова в общежитии, а уже с завтрашнего дня он начнёт спокойно втягиваться в учебный процесс? Да и познакомить его надо сразу с полковником Удовиченко и капитаном…

– Уразаевым, – генерал благодарно кивнул Пафнутьеву. – Вадим Талгатович занимает должность командира первого курса.

Дальше Ушаков представил курсанту полковника Удовиченко, после чего предложил пройти к стоящим недалеко двум «Нивам», на которых они и поехали по довольно-таки обширной территории училища в сторону общежитий для курсантов. Хоть поездка была и недолгой, но заранее предупрежденный водитель проложил маршрут так, что генерал успел показать курсанту и спортивный городок, и большой плац, и учебные корпуса училища вместе с небольшой церковью. Во время этой краткой экскурсии Ушаков обратил внимание на реакцию молодого человека, который с огромным интересом все это разглядывал через окна «Нивы», и даже был готов поспорить, что курсанту увиденное очень понравилось, даже несмотря на его обидные слова о том, что долго он здесь не пробудет.

Вот чего нельзя было отнять у вояк, так это стремления к идеальному порядку! Наблюдая из окон «Нивы» за этими вычищенными от снега дорогами и дорожками, одинаково подстриженными елями, поставленными где надо указателями и плакатами, однотипными симпатичными учебными корпусами без лишних архитектурных излишеств, передвижениями курсантов строем по территории, я прямо умилялся!

Может, это со мной так генная память шутки шутит и поколения военных предков дают о себе знать? Господи, спаси и сохрани от таких раскладов! Не дай бог захотеть здесь остаться!

А три корпуса общежития для курсантов? Там даже балконы были! Какая же это к черту казарма? Царственный дед тут явно на меня страху нагонял.

А вот и слухи о моем переводе пошли: практически во всех окнах я разглядел лица курсантов. Заметил и реакцию генерала Ушакова, сидевшего на переднем пассажирском сиденье: он вздохнул и поморщился.

– Ваше превосходительство, разрешите обратиться? – не удержался я.

– Разрешаю.

– Ваше превосходительство, а хлеб-соль будет?

– В столовой как раз допекают, – кивнул он. – Только вот кокошников мы не нашли, ваше императорское высочество, чтоб все традиции до конца соблюсти. Но если вы настаиваете…

– Без кокошников не то, ваше превосходительство, – вздохнул я, отдавая должное чувству юмора генерала. – Тогда мое императорское высочество вполне обойдётся без хлеба-соли.

– Да вы не переживайте, курсант, – усмехнулся Ушаков, – у вас, я уверен, ещё будет шанс хлеб-соль отведать. Это блюдо пользуется особой популярностью на гауптвахте.

А генерал начинает мне нравиться! Или соответствующие инструкции от царственного дедушки получил? В любом случае это будет интересно!

– Намёк понял, ваше превосходительство! И в ужасе от открывающихся перспектив покорно замолкаю.

Мы как раз подъехали к самому дальнему корпусу общежития.

– Прошу за мной, – скомандовал Ушаков и опять мельком глянул на окна, в которых маячили курсанты.

Пройдя без задержек через проходную на первом этаже, мы поднялись по лестнице на второй этаж, где вперёд вырвался капитан Уразаев, и остановились перед дверью с номером 213. Капитан распахнул её, и мы зашли внутрь.

– Здравия желаю, ваше превосходительство!

В центре довольно-таки большой комнаты с двумя кроватями, двумя же столами и отдельной зоной с креслами и журнальным столиком стоял молодой человек в камуфляже.

– Курсант Зверев, командир первого отделения, – пояснил Ушакову капитан Уразаев. – Именно в это отделение зачислен курсант Романов.

Генерал кивнул и повернулся ко мне:

– Курсант Романов, располагаетесь на свободной кровати. Жить теперь будете здесь.

Наличие соседа никак не входило в мои планы, а значит…

– Ваше превосходительство, а как же я сюда буду бл@дей таскать? При наличии соседа-то?

– Простите? – уставился на меня Ушаков.

– Бл@дей, ваше превосходительство, проституток то бишь, готовых на все за звонкую монету. Не знаю, как тут остальные живут, а я привык к регулярной половой жизни и «в кулак» спускать не намерен.

– Да как вы?.. – Лицо генерала стало медленно краснеть.

– Валерий Кузьмич, – вмешался Пафнутьев, – курсант Романов так шутит, юмор у него такой… своеобразный. – Тон фактического главы тайной канцелярии неуловимо изменился на угрожающий. – Может быть, вы все же пойдёте навстречу курсанту? Дадите ему, так сказать, возможность прийти в себя после… гражданки… в отдельной комнате?

Ушаков шумно задышал, потом посмотрел на бледного полковника Удовиченко и наконец выдохнул:

– Шутит он, значит? Просто шутит? После гражданки? А что, мы хоть и военные, но юмор тоже понимаем. Не всегда, правда, но стараемся… – генерал повернулся к капитану Уразаеву. – Вадим Талгатович, есть у нас что-нибудь в резерве, что подойдёт курсанту Романову?

– Есть, ваше превосходительство, – быстро закивал тот. – Позвольте проводить.

– Проводите.

Мы вышли из комнаты и направились дальше по коридору, пока не упёрлись в дверь с номером 220. Через минуту принесли ключи, и мы оказались в комнате, которая была как минимум в два раза больше прошлой, да ещё и с небольшой кухонькой, неплохим холодильником, телевизором и одной-единственной двуспальной кроватью.

– Другое дело, ваше высокопревосходительство! – Я был действительно доволен. – Вот здесь я с удовольствием пока и остановлюсь. – Кинул сумку на пол и аккуратно поставил рядом рюкзачок.

– Ещё бы! – хмыкнул Ушаков. – Такие апартаменты на каждом этаже у нас предназначены для командировочных офицеров, которым не хватило места в офицерском общежитии. Ставлю вас в известность, курсант Романов, и вас, Виталий Борисович, – генерал глянул на Пафнутьева, – что буду вынужден доложить его императорскому величеству о данном произволе.

– Вы лучше мне скажите, где здесь женское общежитие, ваше превосходительство? – хмыкнул я. – Симпатичные курсантки есть? А моему царственному дедушке всегда успеете стукануть.

Ушаков опять покраснел, продышался и снова обратился к капитану Уразаеву:

– Вадим Талгатович, ознакомьте курсанта Романова с внутренним распорядком училища. Честь имею!

Генерал вышел из комнаты, полковник Удовиченко виновато развёл руками и пошёл за ним, а уже готового что-то сказать капитана Уразаева властным жестом остановил Пафнутьев:

– Капитан, зайдёте попозже.

– Есть! – козырнул тот и с облегчением покинул комнату, аккуратно закрыв за собой дверь.

– Виталий Борисович, огромное спасибо за эти хоромы! Может, по пятьдесят граммов за новоселье? – довольно улыбался я.

– Наливай, курсант Романов, – махнул он рукой. – Все равно в твой особняк ехать, будем большой компанией стресс после совета рода снимать.

– Иваныч, вопрос тот же, что нам с тобой с этим курсантом Романовым делать, если его теперь и Пафнутьев лично прикрывает?

Генерал Ушаков и полковник Удовиченко стояли рядом с разъездной «Нивой».

– Ничего не делать, Валерий Кузьмич, – вздохнул полковник. – Вы же сами слышали, как курсант сказал, что он здесь находится по приказу императора. Вот и остается нам ждать, когда его императорское величество соизволит внука забрать.

– Иваныч, тут я с тобой соглашусь, остается только сжать зубы и терпеть. Теперь следующий вопрос, как с этим Алексеем Александровичем справлялся Ваня Орлов, за которым он до этого числился?

– Насколько я слышал, у них там все ровно было, а значит, его императорское высочество здесь специально исполняет. Вы же не забыли, как я в личное дело курсанта Романова подшивал секретный наградной лист на «Георгия»?

– Такое забудешь! – кивнул Ушаков. – Особенно когда кавалеру и восемнадцати нет.

– Вот и расслабьтесь, Валерий Кузьмич: у молодого человека явно есть какой-то план, а Пафнутьев об этом прекрасно знает. Нас они в него не посветят, все увидим по факту. Так что остается одно: расслабиться и получать удовольствие.

– Расслабишься тут, как же! – генерал покривился. – Когда на территории вверенного тебе объекта такая херня начинает твориться! – он вздохнул. – Как думаешь, государю насчет этого заселения стоит звонить?

– Конечно нет, Валерий Кузьмич, – усмехнулся Удовиченко. – Надо звонить позже, когда за курсантом Романовым накопится достаточное количество залетов. А в том, что они будут, я нисколько не сомневаюсь.

– Тут ты прав, Иваныч, – чуть расслабился Ушаков. – По каждому мелкому поводу государю звонить не дело. Ладно, я поехал, а ты дождись своего… непосредственного начальника, может, чего путного присоветует.

Первым делом после того, как ушел Пафнутьев, а капитан Уразаев принес мне камуфляж с берцами и провел краткий инструктаж, я набрал Вику Вяземскую. Хоть её и должны были предупредить о моем скоропостижном переводе на учёбу в ее родное училище, но личного общения ещё никто не отменял.