Станислав Лем – Млечный путь № 3 2017 (страница 15)

– О какой случайности вы говорите? – поспешно спросил Грин, словно боялся, что его кто-то опередит с этим вопросом.

– Поездка, о которой я вам рассказал, – стал объяснять Энтони, – носила слабо выраженный инспекционный характер. Конец финансового года, отчеты, всякая бумажная ерунда, обычно этой рутиной занимается мой молодой ассистент, но у его жены вдруг начались преждевременные роды. Все в порядке, но он был с женой и появившейся на свет дочкой, а в Мексику пришлось лететь мне.

– Вы договаривались о встрече с кузеном? – спросил я.

– Конечно. И, когда пришлось перенести визит, мне надо было ему позвонить. Я действительно позвонил ему по дороге, но мобильник его был отключен, тогда я просто послал ему сообщение. Мелочь, но, понимаете, в отношениях между людьми, хорошо знакомыми друг с другом, близкими, можно сказать, есть мелочи, на которые, как правило, мы не обращаем внимания, но если что-то вдруг выбивается из привычного ритма… Я был уверен, что он отреагирует хотя бы каким-нибудь глупым значком.

– Он не видел вашего сообщения, – грустно заметил Джулиус, – день был полон суеты, он так и не включил свой мобильный телефон. Кто-нибудь знал, что вы должны были заскочить в день приема к своему кузену?

– Не думаю, вряд ли он это с кем-то обсуждал, но мог и сказать, не секрет ведь.

Глава двадцатая

С вопросом «кто?» мы, хоть и увязли пока, но нельзя было сказать, что совсем ничего не узнали. Вопрос «почему?» особых сомнений у нас не вызывал. Самым загадочным и все еще непонятным оказался вопрос «как?»

Да, да, пресловутая тайна закрытой комнаты, и даже двух комнат. Классика жанра, можно сказать.

Ближе к вечеру мы ждали господина Ринке, который обещал привести с собой архитектора, руководившего перестройкой дома Таридиса, мы попросили, чтобы тот захватил с собой и некоторые документы.

А пока мы опять решили поговорить с наследником, чтобы задать несколько дополнительных вопросов. Энтони все это время был с нами и не собирался уходить из управления, хотя наверняка устал с дороги. Мы обосновались в кабинете Грина и даже пообедали там, заказав еду в ближайшем ресторанчике.

Как я уже отмечал, мотивы мы особо не обсуждали, но деньги и некоторую недвижимость, да и движимость тоже, получали в случае смерти Леонарда Таридиса два человека, а их причастность к убийству была практически исключена. В этих обстоятельствах возникал опять вопрос, кому и зачем это было нужно. Джулиус позвонил молодому Робертсону и попросил его принять участие в нашем обсуждении на правах консультанта.

Через двадцать минут адвокат присоединился к нам.

– Скажите, – обратился к Патрику комиссар, – а кто мог бы претендовать на это наследство в случае внезапной и одновременной смерти Энтони и Марии? Извините, вопрос носит теоретический характер, но нам очень важно это понять, ведь у Марии нет никакого завещании, насколько мне известно, и я сомневаюсь, что Энтони оформил как положено этот документ.

– Да, вы правы, наша фирма давно ведет дела этой семьи, и я хотел уже сегодня предложить господину Таридису и госпоже Лосси все сделать надлежащим образом. Что касается вашего вопроса, то поиск наследников в таком случае, начинается с объявления в газетах и на соответствующих интернет-ресурсах. Чтобы заявить свои права, у претендентов есть шесть месяцев, затем, или объявляется наследник, если он есть в единственном числе, или назначаются слушанья в суде, после объявления судебного решения для обжалования дается еще тридцать дней.

– А откуда могут появиться эти претенденты, если завещания нет? – опять спросил Грин.

– Как правило, это родственники, сначала рассматриваются претензии самых близких из них, а дальше могут быть рассмотрены и другие заявки по степени удаленности родства. Процедура сложная и неоднозначная, потому мы и хотели бы заручиться надежным и правильно составленным документом.

– Вопрос о мотиве повисает, – вздохнув, высказался я.

– Но почему же? – возразил мне Патрик, – хлопотно, но не безнадежно. Тот, кто затеял преступления, знал больше нас с вами. Я хотел сказать, что он, безусловно, рассчитывал на вполне определенные свои возможности и права. Например, он мог заблаговременно вступить в брак с кем-то из нынешних наследников. У Энтони Таридиса есть сестра, неплохо бы задать и ей вопросы, она ведь была замужем, а при определенных условиях на право наследования могут претендовать и родственники ее покойного мужа. Но все это может быть полезным только при наличии подозреваемого.

– Я, прежде всего, решил вас познакомить с письмом Леонарда Таридиса, в котором он изложил свои пожелания. – сказал нам Грегори Керн, архитектор и инженер, руководивший реставрационно-ремонтными работами. Худощавый, смуглый чуть ниже среднего роста, Грегори производил впечатление человека делового, энергичного, но доброжелательного и готового ответить на любые вопросы, связанные с его профессией.

– А не могли бы вы все изложить словами? – спросил Грин, красноречиво взвесив в руке солидную папку с технической документацией.

– Конечно, я все объясню, но здесь документальные подтверждения, если они понадобятся. Господин Леонард просил, ну, кроме обычных ремонтных работ, сделать некоторую реконструкцию стен и перекрытий вокруг его кабинета. Таким образом, и появилась идея башни, о которой вы уже знаете.

– Есть ли вход в кабинет, который, скажем так, требовал бы определенного навыка, тайный, как принято называть такие вещи?

– Да, именно об этом я хотел вам сейчас рассказать. Дело в том, что заказчик просил нас сделать именно такой вход. Но я ему отказал. Это опасно и потому запрещено по закону. Однако сегодня, прежде, чем приехать к вам, я побывал в доме, и как чувствовал! Тайный ход был сделан! Но это вовсе не наша работа. Это делал кто-то другой.

– То есть, из башни можно через этот секретный вход попасть в кабинет, а из кабинета в башню? – спросил я.

– Думаю, что так, но не только в этом дело. Там есть еще что-то, похожее на испанскую ловушку, знаете, что это такое?

– Да, читал об этом, – подтвердил я. – Это хитрое устройство использовали в шестнадцатом веке в Испании для охраны сокровищниц, небольших замкнутых помещений, в которых хранили драгоценности. Кусочек древесного угля помещали в небольшую емкость, он начинал тлеть при проникновении вора в кладовую. Выделялся угарный газ.

– Смутно припоминаю, – ответил комиссар. – Но я начинаю понимать, что случилось, по крайней мере, с Чико Филари.

– А могу я высказать свое предположение? – спросил я.

– Почему нет? – поддержал мою инициативу Джулиус, – излагайте.

– Таридиса убил Чико, это странно, поскольку он вор, а не грабитель, но что-то заставило его поступить таким образом. В кабинет Филари попал через тайный ход, и вернуться он хотел тем же путем, но оказался в ловушке. Я понимаю, что сразу возникает версия заказного убийства, но зачем бы вору, специалисту по музейным кражам заниматься не своим делом, при этом серьезно рискуя головой.

– Нет, – возразил мне Джулиус, – когда убили Таридиса, Чико уже был мертв. Конечно, в башню он попал из кабинета Лео, думаю, он собирался украсть портрет Мирабеллы, ему слили ложную информацию, и он считал, что хозяина кабинета на месте не застанет, а портрет еще не успели убрать в башню. Вошел он через дверь, никого там не было, но и того, что ему хотелось украсть, там не оказалось тоже. Скорее всего, существовала только копия.

– Но тогда вообще непонятно, кому мог помешать Филари, зачем такие сложности, – удивился я. Или он оказался случайной жертвой?

– Филари вряд ли мог убить, но вполне мог шантажировать. И шантажировал он убийцу, а это всегда опасно, – предположил Грин.

– Об опасности он мог и не знать, – заметил архитектор, включившись в наше обсуждение.

– Но кто-то знал абсолютно все и считал свой замысел идеальным. А вот, если он так считает до сих пор, у нас есть хороший шанс воспользоваться его самоуверенностью, – произнес комиссар. – Нам стоит пригласить специалистов для технической экспертизы всех устройств и механизмов, которые были найдены на месте преступления, о наших планах нам только нужно проговориться журналистам, экспертиза будет назначена на послезавтра. Преступника не просто так тянет на место преступления, как ни странно, его туда гонит инстинкт самосохранения, ему надо убедиться, что он не оставил следов. Господин Керн, есть ли в соответствующей части дома укромное местечко, где мы могли бы подождать нашего умельца без лишнего шума, но как можно скорее? Вас наверняка заметили у башни?

– Есть такое место, не очень удобное, но им стоит воспользоваться, а выйти туда можно из кабинета господина Таридиса через окно. Я покажу.

Грегори достал нужный чертеж, и мы стали обсуждать детали. Затем приступили к реализации нашего плана.

Глава двадцать первая

Сначала мы позвонили Эстер Лоус из газеты «Осколки», и слухи полетели во все стороны, обрастая по пути фантастическими подробностями. Публика жаждала сенсаций и так возбудила информационное пространство, что мы уже не слишком рассчитывали, что поймаем кого-нибудь в расставленные сети. Ну не может же человек быть настолько наглым, думалось мне. Оказалось – может!