Станислав Лем – Млечный Путь, 21 век, No 2(43), 2023 (страница 42)
Пилоты вертолета были в полном недоумении. Полярника, которого они должны были забрать со станции, нигде не было. Их предупредили, что вчера Мартин уже более суток не выходит на связь, и это всех настолько обеспокоило, что в состав экипажа включили врача.
На крючке около двери висели овчинный тулуп и меховая шапка. Получалось, что полярник выскочил из вагончика раздетый. В углу стояла винтовка, а на столе сохранялись следы пиршества, включая взявшуюся неизвестно откуда бутылку виски, из которой было отпито не более трети. Под бутылкой была странная записка "Я вернусь"! Куда он мог пойти?
Сюрпризом для прилетевших стала елка, украшенная маленькими игрушками, конфетами и серпантином. Откуда елка - понятно, но откуда игрушки, конфеты и серпантин? Он же не знал, что задержится до Нового года! Настораживали две пластмассовых тарелки на столе, словно полярник в вагончике был не один!
Никаких подозрительных следов, скажем, следов борьбы, вокруг вагончика не было. Не было и следов того, что кто-то приезжал или прилетал.
Пилоты связались с "Большой землей" и подробно рассказали об увиденном. Сделали десятки фотографий.
Спустя час они получили команду улетать. Ничего из вещей не трогать и оставить на видном месте записку с приказом для Мартина оставаться на месте. Если вернется, конечно.
Вокруг вагончика было немало следов, похожих на кошачьи. Но пилоты не придали этому значения.
Григорий Неделько
Музыка Альтаира
Посвящается героям Космоса
Вы слушаете радио "Имагинация".
Прошло несколько лет с того момента, как инопланетное радио "Имагинация" впервые зазвучало на Земле. Вторгнувшаяся в мир одного, конкретного, маленького человечка, теперь эта музыка заполонила собой всю планету. Из всех радиоприемников, из каждого телевизора и компьютера, невзирая на волновую частоту или интернет-адрес, раздавались странные, жуткие, чарующие, непонятные звуки. Звуки колдовства, а может, науки, пришедшей из совершенно иных миров. Из миров за пределами вИдения и понимания человеческой расы.
Но люди слушали их. И их, и тот приятный женский голос, что время от времени объявлял: в эфире радио "Имагинация". Боже, как внимательно, чутко и с каким желанием они слушали то, что предлагала и навязывала им вожделенная радиостанция. По собственной воле никто бы не стал уделять внимания подобной какофонии: смеси постукиваний, скрипов, шорохов и прочих движений, обильно "пересыпанных" фленжером, хорусом и иже с ними. Однако именно этот факт и сыграл ключевую роль. То, что слышалось, и то, что происходило, было НАСТОЛЬКО невероятным, чуднЫм, не похожим на виденное любым человеком ранее, что волей-неволей каждый, кто становился слушателем, свидетелем, подпадал под волшебное, неописуемое очарование музыки пришельцев, словно под гипноз.
Видимо, на то и был расчет. Вероятно, так неведомые галактические ди-джеи с далекого Альтаира - а их местоположение установили давно и точно - именно так они планировали призвать и привлечь человеческое общество во всем его многообразии. Что ж, если это правда, то все удалось. Цель, однако, сохранялась неясной.
Но музыка - звучала! Она звучала в головах ученых и художников, таксистов и врачей, политиков и военных. Она интриговала их, помогала им, раскрывала перед ними самые невозможные тайны: во сне и наяву. Отныне не только Менделеев мог, уснув, обнаружить решение задачи, которая долгое время не давала ему покоя. И не Моцарту одному теперь оказалось под силу, узрев произведение полностью, точно в каком-то неведомом трансе, потом последовательно переложить его на бумагу.
Вначале это удивляло, а значит, пугало, но... нет ничего такого, к чему бы человек не привыкал. И человек привык. Люди долго, очень долго вслушивались в таинственную музыку Альтаира, приносящую с собой огромнейшие богатства, и чем больше становилось богатств, тем сильнее росло доверие землян к невидимым, неизвестным "музыкантам". Все подпали под очарование альтаирского радио, от мАла до велИка. Правда, был ли у них выход? Возможно, нет. Но кого это сейчас интересует? Сейчас, когда так близка технологическая сингулярность, когда машины наконец полетели по небу, а звездолеты - выбрались за тесные рамки земной орбиты; когда роботы "ожили", чтобы помогать людям, а сами люди научились управлять всем при помощи сенсоров и мыслей...
Конечно, можно было бы насторожиться, смело сказать "нет!". Но больно уж грандиозно сталось воздействие "Имагинации", и слишком заждались, изголодались так называемые "хозяева Земли". Несколько лет, несколько долгих, прекрасных, фантастических лет продолжалась магия запредельной музыки. Создавались изобретения, вводились новшества... да что там, сам мир чуть ли не перекраивался от корки до корки! И все это под саундтрек чуднЫх, но уже столь близких "мелодий", звонов-ударов-перестуков, обработанных незримым кудесником. Тех самых звонов и перестуков, что вдохновляли, дарили желание жизни, двигали вперед. Да, "песня" помогала и строить, и жить, а потому стала синонимом слова "прогрессорство".
Впрочем, люди не задумывались. Практически ни у кого не рождалось мысли: а что, если это прекратится? Что тогда? Как мы будем существовать без наших друзей с Альтаира? Нет, никому подобное не пришло в голову; никому, кроме, как водится, нескольких наиболее вдумчивых и прогрессивных представителей человечества...
- Но, Вениамин Федорович, - доказывал физик Крылатов, - вы только представьте, что это правда. Только вообразите! Что тогда начнется... а вернее, прекратится. Перестанет, исчезнет, сгинет в небытии тот рай, которым мы жили последнее время, а ему на смену придет...
- Хорошо, - отвечал Вениамин Федорович, далеко не последний человек на Объединенной Земле, - я вас понял. Я дам соответствующие директивы.
И директивы последовали.
В результате, в кратчайшие сроки, после улаживания необходимых формальностей, был построен звездолет, равного которому не видела планета. Масштабный, быстрый, надежный - таким мог бы стать "Титаник", если бы его конструкторы вдохновлялись не земными, а альтаирскими идеями. Космический корабль получил название "Музыкант".
Отбор пилота и единственного участника экипажа был очень жесткий. Следовало найти человека ведающего, опытного, здорового, да еще и способного вызывать - внешностью и характером - позитивные чувства. Такую роль ответственные лица избрали для Юрия Галанина, превосходного летчика и космонавта.
- Вениамин Федорович, а вдруг они не гуманоиды? - предположил Крылатов.
- И что с того? - ответствовал Вениамин Федорович. - Неужели Галанин с ними не справится? Во всех смыслах.
- Всякое может быть...
- В любом случае, другой, более подходящей кандидатуры и иного, более достойного замысла у нас нет.
Спорить с начальством - бессмысленно, тем более когда оно право.
Галанина снарядили по последнему слову техники. Функционирование бортовых приборов проверили чуть ли не десятки раз: слишком велика была ответственность!
- Надо спешить, - говорили Вениамину Федоровичу. - Надо спешить.
Он и сам понимал, что надо, и делал все возможное.
И вот настал долгожданный день в апреле, день, когда "Музыкант", под сакраментальное "...три... два... один... пуск!" отправится в далекий космос, дабы встретиться с благодетелями Земли. Встретиться и... что дальше? Постичь еще бОльшие тайны мироздания? А может, никакой встречи не состоится, и земляне потерпят обидное, но вполне прогнозируемое фиаско? Только время могло дать ответ на этот вопрос.
- Полетели! - улыбаясь белозубой улыбкой, произнес Галанин.
И оторвал звездолет от земли.
Поднявшись вертикально вверх, в безоблачное весеннее небо, корабль развернулся и, ускорившись, скрылся с глаз наблюдателей. Тем же лишь оставалось наблюдать за процессом поисков через установленные внутри звездолета камеры и благодаря отчетам, которые регулярно предоставлял Галанин. Ну и, разумеется, в ЦУПе тщательно и безостановочно следили за показаниями приборов корабля и за здоровьем первого контактера, чтобы, в случае чего, немедленно выслать на помощь спасательно-поисковое судно...
Галанин большую часть дня занимался тем, что внимательно и сосредоточенно вел сверхбыстроходного, оснащенного "умными", невероятными для людей прошлого навигационными и защитными системами "Музыканта" сквозь космическую ширь. Черный, помигивающий звездами, украшенный их сиянием, редким разноцветием планет и монотонностью астероидов и обломков оных, великий Космос звал в себя и за собой, на грандиозные поиски - туда, где лежит ответ на самые важные и глобальные вопросы, цену которых человечество, наверное, еще не до конца сознавало. Ориентировался в пространстве Галанин в основном по двум вещам: корабельному навигатору с его яркими компьютерными обозначениями и никогда не смолкающей "Имагинации", что не только вдохновляла, но и указывала путь. Если радиосигнал, с его ставшими привычными и родными стуками, ударами и перешептывания, делался слабее, космонавт тотчас поворачивал корабль, пока волшебная инопланетная музыка не начинала звучать на прежней громкости.
...У Галанина и тех, кто отправил его в полет, было достаточно времени для раздумий, и они пришли к выводу, что источник сигнала находится, по планетарным меркам, на совсем небольшом и двигавшемся быстро астероиде, не исключено, искусственного происхождения.