Станислав Лем – Млечный Путь, 21 век, No 2(43), 2023 (страница 21)

Итак, я узнал, что у меня нет Т-зубца. Каттерфилд посчитал, что это плохо, а Мозес - что нормально. Насколько я понял - это врожденное качество, и уколами или приемом таблеток его не разовьешь. Если есть Т-зубец, то он есть, если нет - то его нет. И с этим следует смириться. И продолжать жить дальше. Тем более, что я не знаю, что это такое, и зачем он нужен человеку.

- На чем мы остановились? - спросил Мозес. - Ах да, вы не верите, что многие знания приводят ко многим печалям.

- Было бы странно, если бы я считал по-другому. Мое дело - поставлять человечеству новые знания. И мне грустно, когда я не справляюсь со своей работой. Знания не имеют отношения к нравственности, моральная оценка научных открытий возникает, только когда их применяют на практике. Я, например, считаю себя плохим человеком, когда перестаю поставлять людям новые знания.

- Всегда находятся люди, которые применяют их во зло человечеству.

- Высшая безнравственность - отсутствие знаний. Сказано: "не ведают, что творят".

- Не буду спорить, поскольку не знаток тонкостей человеческой нравственности, - сказал Мозес. - Но некоторые желания и поступки людей меня удивляют. Например, зачем вы собираетесь отправиться в Зону? Я послал вам в помощь опытного и умелого человека Шухарта. Что не так?

Я искренне удивился, откуда Мозес знает о моем желании обнаружить передатчик, но потом вспомнил, что уже давно рассказываю о своем намерении всем подряд: Уильямсу, Робертсону, Шухарту, Пильману... Кто-то из них мог доложить об этом Мозесу.

- Но почему вас это волнует? - удивился я.

- Для моего бизнеса крайне важно, чтобы вы, Панов, добились прогресса в изучении "хармонтского феномена". У вас есть для этого хорошие шансы. Вместо этого, вы собираетесь рисковать своей жизнью ради исследования какого-то сомнительного и лишенного смысла явления. Шухарт пытается вас отговорить, но пока, как я понял, безуспешно.

- Надеюсь, что я быстрее уговарю его отправиться в Зону со мной. Я настойчивый.

Я рассказал Мозесу о повторяющемся радиосигнале, излучаемом неизвестным источником, расположенным в Зоне. Нельзя исключать, что источник этого сигнала - радиопередатчик инопланетян. Получаем факт настолько грандиозный, что его значимость нельзя переоценить. Появилась возможность установить непосредственный контакт с представителями внеземной цивилизации. Это же фантастика! Нельзя упускать такой шанс.

- А по-моему это собачья чушь! - сказал Мозес неожиданно.

- Вот схожу в Зону и лично установлю, чушь это или нет, - обиделся я.

- Я не смогу вас отговорить?

- Нет.

- Хорошо, я скажу Рэдрику Шухарту, чтобы отвел вас в Зону и вернул обратно, по возможности живым.

- Спасибо. Я постараюсь быть осторожным.

- Чушь собачь! Но, как я понял, легче исполнить вашу прихоть, чем уговорить отказаться от дурацкой затеи, - сказал Мазес.

- Я должен попробовать. Вдруг получится. Кстати, что такое Т-зубец?

- Фактор, с помощью которого можно определять способность людей посещать Зону. Есть Т-зубец - из тебя получится сталкер, нет - лучше в Зону не соваться. Правда, и с Т-зубцом все равно мрут, но меньше.

- Плохо, что его у меня нет?

- На вашу способность заниматься наукой это не повлияет.

- Вы меня успокоили.

И все-таки радиопередатчик

Утром, когда я пришел на работу, оказалось, что там меня уже поджидает сердитый Рэдрик Шухарт. Увидев меня, он покрутил пальцем возле виска. Международный жест, оценивающий интеллектуальное развитие глупого человека.

- Я обидел тебя или сделал что-то неправильное? - поинтересовался я.

- Твоя настойчивость раздражает.

- Ты о чем?

- Питер Мозес поручил мне отвести тебя в Зону.

- Ну и как? Отведешь?

- Если умрешь, я виноватым себя считать не буду.

- Правильно. Виноватым тебя будет считать Питер Мозес, - пошутил я.

Шухарту было меня жалко. Он не верил, что поход в Зону окончится для меня благополучно.

- Ты же поможешь мне выжить, Рэд? - решил я его поддержать.

Конечно, Шухарт тщательно проинструктировал меня. Для начала нарисовал на листке бумаги подробный план предстоящего путешествия. И расписал каждый шаг, каждый поворот головы, каждую необходимую паузу, каждое движение, которые мне придется совершить в Зоне. Его инструкцию я честно выучил наизусть и обещал беспрекословно выполнять.

Не могу понять, почему он так волновался за меня. Лаборатория No 1522 было самым известным помещением провалившегося здания Института. Ее посетили уже десятки сталкеров. В последнее время все проникновения были успешными. Люди гибли только в первые дни, когда сталкеры еще плохо представляли, с чем им придется столкнуться. А потом был получен бесценный опыт, что помогло свести людские потери к минимуму. Если вести себя осмотрительно, то поход к лаборатории No 1522 можно считать практически безопасным. Нужно только четко выполнять инструкции. А поскольку я обещал Шухарту, что буду мгновенно, без раздумий, выполнять его приказы, то поход в Зону должен был стать для меня чем-то вроде посещения пятничного "Боржча".

И вот наступил день, когда Шухарт сказал:

- Завтра мы отправимся в Зону. Если передумал - скажи прямо. Никто тебя не обвинит в трусости, потому что никто не хочет, чтобы ты туда отправился.

- Я договорился с Питером Мозесом.

- Нет. Хозяин назвал тебя чертовым придурком и пообещал оторвать мне голову, если с тобой что-нибудь случится.

- Но ведь со мной ничего не случится?

Шухарт тяжело вздохнул, на меня он не смотрел.

- Зона не место для прогулок. Никто не даст гарантии, что ты там выживешь. Ты слишком хлипкий и наглый. Из тебя сталкер не получится.

- Не придумывай, - сказал я примирительно. - Мы быстренько сбегаем, отыщем передатчик и вернемся. Как на склад с накладной.

Шухарт еще раз покрутил пальцем у виска. И я в первый раз подумал, что он прав.

Мне рассказывали, что поход в Зону можно сравнить с прыжком с парашютом. Можно сколько угодно мысленно готовиться к страху, который обязательно тебя настигнет, как только ты подойдешь к открытому люку и увидишь землю, которая выглядит с борта самолета беспощадной и чужой, но это всего лишь придуманный, "теоретический" страх. Как говорят опытные люди, настоящий страх настигает парашютиста, желающего совершить второй прыжок. Потому что он уже не думает, а знает, каково это оказаться в пустом пространстве и лишиться опоры под ногами. Наверняка, и сталкеры, отправляясь во второй поход, трясутся от страха по-настоящему - они-то уже знают, что за их жизнь в Зоне не дают и медного гроша.

Но я решил быть самым умным. В первый раз соберу в кучку свою силу воли, и буду повторять про себя: будь что будет. Может быть, и пронесет. А во второй не пойду, даже если уговаривать будут. Но кому я в Зоне нужен, без Т-зубца и со слабой мускулатурой?

Ночью спал плохо. Утром меня немного потряхивало, в страхе, который я назвал "теоретическим", тоже ничего хорошего не было.

Утром Шухарту мой внешний вид не понравился.

- Что-то ты зеленый, парень. Может, не пойдешь? Давай, я один сбегаю и принесу тебе твой передатчик.

- Исключено. Я готов. Инструкцию выучил.

- Сказал бы я тебе пару теплых, но уже поздно. С упрямым ослом спорить глупо.

- Обещай, что вытащишь меня, даже если я погибну. Не хочу становиться "ходячим мертвецом".

- Разве можно такие слова перед походом в Зону говорить? - разозлился Шухарт. - Правильно хозяин сказал, что ты чертов придурок.

- И все-таки обещай.

- Ладно. Запомнил. Но до этого дело не дойдет.

Дальнейшее я помню плохо. Все мое внимание было занято выполнением полученных от Шухарта инструкций, на другое я был не способен, даже по сторонам, вроде бы, не смотрел.

А потом меня накрыло. Внезапно, без предупреждения. Как парашютист, выпрыгнувший из люка самолета, я оказался в пустом пространстве, потеряв опору под ногами. Я испугался, но как оказалось, поспешил. Пустое пространство вокруг меня стало наполняться какой-то гадкой субстанцией. Воздух вокруг стал непостижимым образом сгущаться, стал неприятно липким и вонючим, мне показалось, что мои башмаки прилипли к полу. Но самое ужасное, что он проникал ко мне в нос и глаза. Это было уже не страшно, а тошнотворно.

Я хотел рассказать об этом Шухарту, попросить совета, но слова мои затвердели, обратились в камни, отделить их от моей гортани было неимоверно трудно. Затхлый запах дурманил сознание, а за спиной, как будто кто-то истощенно вздыхал. Жуть!

Хотелось все бросить, и быстрее вырваться из Зоны в привычный мир, но и с этим возникли проблемы. Такое бывает в сновидениях, когда попадаешь там в тяжелое положение, хочется убежать, а не получается, на руках и на ногах словно гири подвешены.

- Расслабься, парень, мы на месте.

Действительно, на двери перед нами было от руки написано: "1522".

Я ожесточенно помотал головой, чтобы сбросить ненужное оцепенение. Теперь было не до страхов, нужно было работать. Я достал детектор излучений и тщательно исследовал каждый уголок лаборатории. Никакого радиосигнала, ни сильного, ни слабого мне обнаружить не удалось.

- Ну и зачем мы сюда приперлись? - спросил Шухарт с иронией. - Ты доволен? Удовлетворил свое дурацкое любопытство?

Сдаваться мне не хотелось, я внимательно осмотрел каждый предмет, который мог бы излучать радиоволны, но не преуспел и в этом.