Станислав Лабунский – К северу от Чернобыля (страница 95)

— Бросит позицию, уйдет в холмы, и будет вести огонь с дальней дистанции, — предложил возможный ответ врага Малыш.

Более опытные Кабан и Коротышка отрицательно замотали головой.

— Снайперская дуэль. У него два козыря — мощный ствол и хорошая позиция. Он наверху, наверняка, есть упоры для винтовки. А наши парни целятся вверх, солнце в оптике зайчики пускает, слепит. Руки от тяжести ходуном ходят. Нет, он встретит их на своей позиции.

— Кабан прав. Моя тоже так думай.

— Но го…

Майор резко пнул лейтенанта в щиколотку, поняв, что тот собирается назвать его господином майором.

— Ты, желтая собака, почему не налил чай белым господам?

— Полегче, приятель, — заулыбался Кабан. Внимание всем приятно, а уж такое ревностное.

Принялись за погрузку. Закончили неожиданно быстро. Личное имущество у каждого входило в небольшой рюкзак, а патроны и ящик с медикаментами много места не занимали.

— Новостей нет?

— Нет.

— Тогда ждем.

Недаром говорят, ждать и догонять труднее всего. Кабан взялся строгать палочку на манер бездельничающих ковбоев дикого запада.

Легче всего было пилоту. Залез на свое место и щелкал рычажками и тумблерами, готовился к полету. Второй китаец просто уснул. Что с них взять, подумал Епископ, простые работяги. И автоматы-то у них мелкокалиберные. Тут он был абсолютно прав. Сто двадцати зарядный автомат «Дюрандаль» являлся самым мелкокалиберным в мире. Стоил он примерно как «роллс-ройс» и на всей земле их было не больше сотни.

Проходившая по дороге компания сталкеров, увидев стоящий на пятачке вертолет, шарахнулась в сторону.

— Может, покричим, что свои, — предложил Кабан.

— Все и так в курсе, кто здесь. Мы вчера Фунтику по общему каналу отвечали, когда переговоры вели, — ответил Епископ. — Тут до заставы меньше километра, а там и до Чернобыля рукой подать.

Через две минуты мы догадались, что наш снайпер уполз, в прямом смысле. Прямо по битому стеклу. Нас это расстроило до слез, и мы кинулись вперед. Пришлось забирать чуть вправо, к пролому в железобетонном заборе. Сразу за ним оказался железнодорожный тупик с застывшими навсегда вагонами с углем. Здесь их застала катастрофа прошлого века и, брошенные людьми, они стали частью пейзажа.

Трудно поймать человека на заброшенном хозяйственном блоке. Несколько зданий, десятки комнат, тупики, крыши и подвалы. Нужна помощь.

— Умник, попроси псов нам помочь, только скажи им, что на трубе еще неубитый чужак. Пусть берегут себя.

С другой стороны раздался клич псов загонщиков. Все. В зданиях ему не отсидеться и не убежать. Путь ему только на крышу под наши пули.

Гулко ударили выстрелы штурмовой винтовки. Зомби вступил в бой. Взвыл электромагнитный импульс. От нас стрелка загораживала труба ТЭЦ.

Майор Черных услышал выстрел гаусс-винтовки и выскочил из-за угла центрального здания. Отсюда часть трубы с вражеским стрелком была видна, как на ладони. Поймав фигурку в прицел, прошелся по силуэту очередью на полмагазина. Затем стал бить короткими, расчетливыми очередями. Что же он не падает, мелькнула у него мысль.

Я увидел, как из окна высунулся ствол. Мы стояли в узком проходе между корпусами. Бешеными скачками летела через двор серая тень. Ствол дернулся. Акелла беззвучно взлетел по железной наружной лестнице. Винтовка с лязгом подпрыгнула на штабеле пустых бочек и упала на землю. Прощально завыла Герда. Я шел, тяжело переставляя ноги, и мой «винторез» тащился за мной на ремне подобно палке.

Пуля ударила Сергея точно под горло. Этот бандит не зря взял в руки СВД. Стрелять он умел. Хорошо, что наши пулеметчики не дали ему развернуться. Прибежал Акелла, притащил винтовку. Я отбросил проклятое железо на газон, обнял собачек и завыл. С этим воем тысячи лет назад мы вырезали под ноль саблезубых тигров. Глаза были абсолютно сухие. Смерть это часть жизни, и никто не скажет, что Серега погиб зря. Мы готовы к приему вертолета. Все наши были здесь, и живые, и мертвые. Майора заберем с собой. Я слышал краем уха, что Епископ отправил тело Гончара на большую землю.

Оглядев четверку бойцов, стоящую передо мной, спросил:

— Если хоть кто-то не хочет лезть в подземелье, скажите честно, и мы не полезем.

Народ то ли заухмылялся, то ли зубы оскалил.

Тело Сергея мы занесли в здание и положили на диванчик. Спи спокойно, ты прошел свои десять шагов между старой и новой войной.

К люку мы подошли, но спускаться не стали.

— Умник уверенно показывает на карте второй вход-выход. Откуда информация, родной?

В ответ нам сбросили на экраны ПДА видеоролик, снятый Плаксой.

— Да, — согласился Алексей, — ударить неожиданно всегда лучше, чем атаковать подготовленные рубежи обороны. Пошли.

При подходе мы соблюдали осторожность, хватит с нас потерь напоследок. Перебегали по одному, а на разведку во двор попросили сходить псов.

Радостный шум дал нам понять, что врагов там нет. Встреча протекала под родственное добродушное рычание и треск кустов. Зная таланты четвероногих членов отряда, за них я не волновался. Главное, вовремя углядеть Плаксу, когда тот кинется здороваться. Налетит вихрем, свалит с ног. В прошлый его наскок с трудом устоял. А вот и не угадал. Все стихло. Мы насторожились. Кусты чуть заметно шевельнулись и к нам на асфальтовую дорожку чинно вышли псы. Четверо.

Новичок был маленьким, застенчивым и норовил спрятаться от пристальных взглядов то ли за Плаксу, то ли за кусты.

Дядька Семен сгреб малыша на руки, поцеловал его в нос и страдальчески крякнул. Я забрал лохматое существо себе и понял в чем дело. Прибавление казалось не очень большим на фоне наших бойцов, которые ели когда хотели и сколько хотели, а не когда придется. Интересно, приживутся у псов понятия завтрака, обеда и ужина?

А реально это был матерый слегка костлявый пес весом килограмм в пятьдесят. Не удивительно, что дядька Семен охнул от его веса. Я опустился на землю, положил новичка себе на колени и для установления дружеского контакта на личном уровне достал из нарукавного карманчика свою резервную шоколадку.

Пес не был диким и в шоколаде разбирался. Дождавшись пока ее развернут, аккуратно взял ее в рот и блаженно зажмурился. Прибежавший Плакса немедленно лег на нас. Пришлось чесать их обоих. Правда, мне помогали. Зомби как всегда сидел в обнимку с Акеллой. Вожаки снисходительно наблюдали за счастливой стаей. Герда караулила, чтобы ничто не нарушило общий покой. А все остальные баловали молодежь. У запасливого дядьки Семена оказался гематоген, который немедленно ушел на ура.

Отдых отдыхом, но мы в бою. А на войне, как на войне.

Дядька Семен в нескольких словах объяснил ситуацию для тупых, конкретно для меня. Значит, подумал я, мой воспитанник обзавелся невестой, и мы присутствовали на официальной помолвке. Что поделать, жизнь есть жизнь. Псам легче. Острые зубы и быстрые ноги, необходимые и достаточные условия для семейной жизни.

В очередной раз, расцеловав и погладив молодежь, мы пожелали им жизнь дружно и не ссориться. Строго настрого приказав Плаксе беречь девочку и не лезть под пули, мы отправились к месту, где на карте был обозначен люк в подземелье.

Умник не ошибался, люк и лесенка были на месте. Только нам от этого легче не стало. Весь пол светился зеленоватым светом. Туннель был залит «холодцом». Проверять глубину лужи не было никакой необходимости. Не важно, по колено там этой смертоносной слизи или всего лишь один сантиметр. Здесь дороги вниз не было.

Вот она, настоящая Зона. За два дня все меняется до неузнаваемости. Хорошо, что Плакса успел здесь выбраться, до появления зловещей аномалии.

Солнце нещадно палило, и я с тоской подумал о Долине, где можно ходить в одной рубашке, а то и без нее. По примеру дядьки Семена и Миколы я откинул щиток из бронестекла на затылок. Железные дровосеки Зомби и Волк вросли в свои костюмы, которые казались их второй кожей.

Вернувшись в рощу рядом с хозяйственным блоком, мы расселись в тени деревьев, пока неугомонные военные проводили разведку спуска. Растяжек на нас никто не поставил, но из древнего бетона вывалилась одна скоба. Волк отметил опасное место, наклеив предупредительную пометку из пластыря.

Удостоверившись, что прямо у лестницы нас не ждет ни ловушка, ни засада, Алексей скомандовал продолжать движение.

Все, кроме меня, здесь уже были и хорошо представляли себе дорогу до центрального зала третьего уровня. Сюрпризы нас ожидали почти сразу же у входа.

— Ах, ты! — выругался дядька Семен.

Следом раздались еще выражения не только крепкие, но и абсолютно не печатные. Жалобно рыкнул Акелла, и по девичьи печально вздохнула Герда. Было понятно, что нашли. Вопрос был только кого?

Я обошел россыпь старого оборудования и увидел лежащего на штабеле из бочек нашего приятеля Раскатова.

— Как так? — злился Волк. — Потерять человека прямо у входа. Я был о Клерке лучшего мнения.

— По всякому бывает, — заступился за отсутствующего коллегу Алексей. — У меня картина в голове не складывается. Стреляных патронов свежих много, чужих трупов нет, тело Раскатова не забрали. Вариантов много, но самые очевидные такие — группа Клерка погибла или все еще ведет бой в подземельях.

Защелкали закрываемые бронещитки. Я включил ночное зрение, черт с ними с батарейками. На сегодня хватит. А завтра отдам костюм в мастерскую, а еще лучше заменю половину батареек «конденсаторами».