Станислав Кемпф – Ведьмак с Марса 4 (страница 16)

Я не упомянул это при девушках, но с внедрением симбионтов в сеть это место превратилось в натуральный ад. Многие просто сходили с ума.

— Мне же… «повезло» познакомиться с бортовым компьютером в почти целой форме. Он «изучал» меня, я изучал его. В теле Юлия Рюрика должен был остаться только один.

Я не стал упоминать чего мне это стоило. И скольким другим не «повезло» пережить эту встречу.

— Меня разморозили одним из последних. Уже тогда было понятно, что этот корабль только первая ласточка грядущего вторжения. Кроме этого, изучив данные, которые поступали из Солнечной системы, как человечество слабеет, раздираемое корпоративными интригами, а ещё другие странности, — я сделал паузу, как бы намекая умному студенту продолжить ответ.

— Координаты столкновения.

— Да. Нас должны были захватить. А это значит, что на Земле уже действуют другие одержимые. И вот я здесь, расследую одну из версий, указывающих, что один из одержимых расположился в Академии и живёт в своё удовольствие, попутно распространяя своё влияние среди детей влиятельных фамилий.

Люциус залпом допил содержимое бокала и поморщился.

— Нет, я конечно догадывался, когда увидел преображение твоего «Палача», что меня ждут те ещё сюрпризы… но вторжение пришельцев? К такому жизнь меня не готовила.

— Ну, по расчётам Департамента у человечества есть шансы, — я решил приободрить его. — Если встретим удар одним крепким кулаком. И во главе этой формации будут стоять мы.

— Типа тебя и Ведьм? Так что вы можете-то, кроме ярких фокусов с электричеством?

— Что ты чувствовал во время второй задачи? — спросил я.

Люциус прикрыл глаза, вспоминая.

— Что мне вообще всё по плечу. Что я самый умный, самый сильный, самый смелый, и все остальные такие же. Что я точно знаю, что мне нужно делать… и чувствую, что остальные знают тоже.

— Это одна из способностей симбионта управленческого типа — соединять всех в единую сеть. Как ты сам понял, с ней нам море по колено, — я улыбнулся.

— И надо понимать, что у пришельцев все тоже самое, только целое, — заметил Магнус.

— Умный мальчик, возьми с полки пирожок, — улыбка стала усмешкой.

— Тоже мне, дедушка нашёлся. А в Академии сёстры Салем что забыли?

— Им нужны подчинённые — фамильяры, как они их называют. Свои плюсы у фамильяров есть, но один минус перевешивает все блага — фамильяр теряет собственную личность. За него думает ведьма, и единственный смысл существования фамильяра — служить своей хозяйке.

Я с сожалением отставил пустой бокал, который вертел в пальцах.

— Так что моё первое предупреждение — не соглашайся. Я, конечно, запретил к тебе приставать, и на прямую конфронтацию они не пойдут, но сделать предложение обязательно попробуют. Ты гораздо важнее с собственной головой на плечах.

— Как приятно знать, что тебя ценят, — фыркнул Магнус. — Ладно, этих любительниц жрать чужие мозги ждёт облом. А что насчёт твоей собственной роли в Академии? Если бы тебе была нужна только охота на пришельца, ты бы только ею и занимался. Но как мы недавно видели, ты весьма активен и плодотворен. Отнял у Винса невесту и никому не отдаёшь. У папеньки Винса отжал серьёзный пакет акций. Подгребаешь под себя всё, что плохо лежит. Что хорошо лежит — кладёшь плохо и тоже подгребаешь. Значит, у тебя есть и какие-то другие цели?

— Возьми с полки два пирожка, — вздохнул я. — Да, поимка одержимого — не конечная цель. Он же не исчезнет просто так, он уже распространил в Академии свою власть и влияние, за ним придётся подчищать…

— И ты не единственный агент с симбионтом в пределах Солнечной системы, — покивал Люциус. — Речь шла о десятках и сотнях. И все действуют примерно одинаково, насколько я понимаю. Какова ваша конечная цель?

— Спасение человечества, разумеется, — я развёл руками. — Мы все объединены в одну организацию, назовём её, скажем, Департамент. Мы знаем, что впереди нас ждёт вторжение ксеносов. Люди не готовы к нему, они слишком разобщены, слишком поглощены борьбой за ресурсы и место повыше…

— И задача Департамента… — намекнул Магнус.

— Задача Департамента, как и века назад, в том, чтобы объединить человечество в один кулак, о который вторжение разобьётся. И если нам повезёт, больше никогда не повторится.

— А что потом? — спросил Люциус. — Когда вторжение будет отбито, что будет делать Департамент? Он же не отдаст полученную власть просто так. И нас будет ждать жизнь под властью пришельцев, объединённых с участниками Департамента.

Я хотел было ответить, но Люциус сделал жест, останавливающий возражения — он ещё не закончил.

— Почему ты вообще думаешь, что Департамент сможет отбить атаку ксеносов? Вы же одно целое с пришельцами. Откуда тебе знать, что ваши вторые половинки в самый ответственный момент не примут сторону своих и не вынудят вас обратиться против человечества?

Это был очень серьёзный вопрос. Два очень серьёзных вопроса.

— Я начну со второго вопроса, — я потянулся к пустому бокалу, подставил его Люциусу. — Налей ещё что ли… Если бы наши симбионты были на стороне «своих», они бы не позволили нам участвовать в уничтожении одержимых ещё там, на руинах «Ковчега». И моя миссия здесь не имела бы смысла — если бы мой симбионт был против охоты на одержимого, я бы здесь попросту не появился.

— Допустим, — в бокал потекла розовая струя дорогого вина. — А первый вопрос?

— В тебе говорит ксенофобия, — поставил я диагноз своему собеседнику. — Что лучше — какое-то время пребывать под управлением симбионтов, которые не посягают на свободу личности и в целом никак не мешают людям жить, или проиграть войну и гарантированно превратиться в мясные скафандры, которые пришельцы будут надевать, чтобы вкусить радостей жизни по полной и совершенно не интересуясь, что по этому поводу думают люди?

— В смысле — скафандры? — не понял Люциус.

— В прямом, — я отсалютовал ему бокалом. — Вот представь, что в тебя вселился некто, кому ты ничего не можешь противопоставить. И начал убивать, насиловать, упарываться наркотиками, творить любую дичь, которая даст яркие переживания и эмоции… А когда твоя тушка поизносилась в процессе — выкинул на свалку и надел новую, свеженькую.

— Бррррр… — блондин передёрнул плечами. — А третьего варианта, я так понимаю, нет…

— Как ты понимаешь, всё это я рассказываю не просто так, — заметил я. — Уже предупредил и ещё раз повторю: держись подальше от Винсента. Он недавно получил симбионта. С новыми возможностями он импульсивен и опасен. Не оставайся с ним наедине.

— Это и есть предупреждение? — навострил уши Люциус.

— Не совсем, — я покачал головой. — Теперь насчёт предполагаемой личности его «родителя». План такой…

Хвостики сердито сопели, но лезли в кокпит «Палача» Юлия, как Лиза теперь знала, Рюрика.

— Братик? — окликнула она, когда фонарь кокпита закрылся за ней.

— Привет, Лиза. Что случилось? — спросил АЛ.

— Я проиграла, — Лиза хлюпнула носом.

— Я знаю, — деликатно пояснил АЛ.

— Конечно, ты знаешь… ты ведь такой удивительный… — девушка вздохнула.

— Так зачем ты здесь, Лиза? — спросил виртуальный помощник.

— Ну… когда у меня были неудачи в школе, я всегда пряталась в капсуле виртуального тренажера, — начала она.

Голограмма мобильного доспеха выжидательно молчала.

— И выпускала пар в симуляторе, — шёпотом призналась Лиза. — Ну, после того как поплакала. Просто… родители — они меня, конечно, поддерживали, но они не могли всегда быть рядом. Работа и всё такое…

— Хочешь, я запущу симулятор, Титания? — спросил АЛ.

Лиза задумалась.

— Раньше — хотела бы, — вздохнула она. — А сейчас… не знаю. И плакать не хочется… я же теперь взрослая девочка… Юлий, конечно, предупреждал, Принц стал силён… но это как будто всё равно нечестно.

— Честных боев никогда не будет, — напомнил АЛ.

— Звучит не очень утешительно, — девушка насупилась.

— Хочешь, поглажу тебя по голове? — предложил АЛ.

Лиза представила себе это зрелище и прыснула:

— Боюсь, если мне погладит голову «Палач», меня раздавит.

— Я аккуратно, — пообещал АЛ.

Голограмма резко выросла в размерах и полупрозрачная рука меха провела ладонью по макушке. Лиза невольно ойкнула от будоражащих прикосновений — ей будто бы массировали голову паутинкой. И вместе с тем это было так нежно и ласково, словно Лизу гладила мама.

— Лучше? — в голосе виртуального помощника слышалась улыбка.

— Как ты это сделал? — не могла не задать вопрос Лиза, когда смогла кое-как соображать.

— Настоящий волшебник никогда не раскрывает своих секретов, — с той же улыбкой ответил АЛ.

Воцарилось недолгое, но такое уютное молчание, что его не хотелось прерывать. И всё же Лиза спросила:

— Братик… ты ведь не обычный виртуальный помощник? Ты мне скажешь, кто ты?

— Смотря зачем ты спрашиваешь, — АЛ уклонился от ответа.