Станислав Кемпф – "Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 (страница 322)

— Говорят, фаворитки нашего короля — ведьмы, взяли Винсента под полный контроль.

— Видел я их, красотки, — водитель прищёлкнул языком. — Таким не надо быть ведьмами, чтобы парня обвести вокруг пальца, а король — мальчишка по сути. Неудивительно, что поддался на их уловки. А знать чего во дворец подалась? Королю глаза открывать?

— Что-то вроде того, — нехотя ответил Арруга.

Эта мысль пришлась ему по душе. Может, обойдётся без крови? Король прислушается к своим подданным, прогонит фавориток… Такие красотки не пропадут, быстро найдут себе новых покровителей. Беловолосая родит королю бастарда, рождение ребёнка — важная веха в жизни мужчины, сразу делает взрослее и ответственнее… И всё пойдёт своим чередом.

Водитель тем временем включил новости, и в салон полился оживлённый женский голос:

— Необычное оживление сегодня наблюдается у королевского дворца. Со всех сторон собираются люди, многие прибывают целыми группами, вид у них озабоченный. Королевская пресс-служба не давала никаких объявлений о мероприятиях во дворце. Давайте попробуем узнать у прибывающих, зачем они собираются здесь в таком количестве? Добрый день. Скажите, пожалуйста, по какому поводу такое оживление?

— Это всё сегодняшние новости, — послышался мужской голос. — Говорят, фаворитки короля забрали слишком много власти и руководят страной вместо нашего короля.

— Да, я слышала об этом. И что вы намерены предпринять?

— Надо призвать короля, чтобы навёл порядок, — ответил мужчина. — Пусть его синьориты командуют им, если ему это нравится, но не дальше спальни!

Послышался дружный смех.

— Итак, причина сбора такого количества людей под стенами дворца — общественный протест, — продолжала ведущая. — Мы будем следить за развитием событий, пожалуйста, не переключайтесь. А пока поговорим о других новостях. Как стало известно, компромат, выброшенный в сеть, уже привёл к беспорядкам…

— Вот дают, — высказался водитель. — Ещё и компромат какой-то… И беспорядки… Не живётся людям спокойно.

Амадис кивнул, напряжённо вслушиваясь в репортаж. Картина вырисовывалась тревожная. Кто-то выбросил огромное количество компромата в открытый доступ, и это уже привело к массовым беспорядкам из-за закрытия банков. Арруге нечего было терять, все их сбережения были конфискованы, приходилось перебиваться тем, что давало имение, а это были крохи… Но беспокойство людей он понять мог.

— Приехали, — такси остановилось, зависнув над посадочной площадкой.

Амадис расплатился, вылез и огляделся. Площадь перед дворцом была уже забита народом, и с каждой минутой прибывали всё новые машины с людьми.

Что ж, у него был неплохой шанс запрыгнуть с обочины истории в её уходящий вагон…

— Ваше величество, представители от народа просят вашей аудиенции, — доложил секретарь.

Винсент, смотревший в окно на волнующееся человеческое море, оглянулся.

— Что ж, пусть войдут.

Вошли трое немолодых мужчин, сдержанно поклонились.

— Я вас слушаю, сеньоры, — король сделал жест, приглашая их говорить.

— Я Анхел Мачадо, — начал средний из троицы переговорщиков. — Ваши подданные просят выслушать их справедливые требования, переданные ими через нас. Ваше величество, как стало известно, ваши фаворитки, синьориты Эмеральд, Эмбер и Джейд, настоящие ведьмы. Вы под их влиянием утратили бразды правления страной. Общественность требует, чтобы вы удалили их от двора либо сложили корону, чтобы знатные дома Испании могли выбрать достойного правителя вам на замену.

Висент Гарсия выслушал его с каменным лицом, только раздувающиеся ноздри выдавали его гнев.

— Это всё? — спросил он.

— Да, ваше величество.

— Ступайте. Я дам свой ответ позднее.

Представители народа с поклонами покинули кабинет. Винсент стиснул кулаки так, что побелели костяшки пальцев.

— Как они смеют⁈ Диктовать мне, что мне делать…

— Дорогой, позволь нам уладить эту маленькую неприятность, — промурлыкала Эмбер. — Вот увидишь, всё устроится наилучшим образом…

Она погладила короля по щеке и вышла на балкон, возвышающийся над человеческим морем. Её тут же заметили.

— Ведьма! — раздались крики. — Убирайся из дворца!

Эмбер раскинула Сеть Ковена, окутывая ею волнующуюся толпу. А потом создала иллюзию.

На глазах у всех собравшихся пасмурное небо вдруг расчистилось над дворцом, и яркое сияние окутало стройную фигурку девушки. Потом ангельские крылья раскрылись у неё за спиной.

Амадис Арруга сглотнул, увидев эту потрясающую воображение картину: серая громада дворца, запруженная толпой площадь, и парящая над людьми сияющая фигурка. Кто-то заглянул ему в самую душу, словно спрашивая, что он выбирает — гнать и бить этот светлый образ, или принять его и подчиниться небесным силам, столь явственно явившим свою волю.

Он сморгнул навернувшиеся слёзы и невольно опустился на одно колено, словно присягая на верность светлому видению. Амадис точно знал — его порыв не остался незамеченным, его увидели и оценили по достоинству, его — первого из многих…

— Вот на балкон вышла одна из фавориток короля, Эмбер Салем, она прямо светится, смотрите! — частил неподалёку голос журналистки. — Но что это? Люди один за другим становятся на колени! Похоже, изгнание фавориток отменяется! Интересно, какой ответ даст король…

Амадис поднял голову. Рядом с ним стоял человек, не преклонивший колено. В руках у него было оружие, на лице — ненависть. И он медленно поднимал руки с пистолетом на линию прицела…

— Убийца! — выкрикнул Арруга, бросаясь на стрелка.

Краем глаза он успел заметить, что в толпе ещё несколько человек остались стоять, и все они были вооружены. Но всех их повалили на землю, как сделал это Амадис. Вся ненависть, весь страх, всё напряжение — всё это люди выплеснули на стрелков, застигнутых врасплох. Их били, душили, топтали ногами, пока окровавленные тела не перестали подавать признаки жизни.

Эмбер окинула взглядом картину массовой казни. Их работа не прошла даром. Всё это время сёстры Салем напряжённо трудились, создавая прото-сеть, окутавшую всю Испанию. Всё, что ей потребовалось, это активировать сеть, и люди безоговорочно поверили ей — все, кроме нескольких провокаторов. Но приговор им вынесла толпа — и тут же привела его в исполнение.

Оан повернулась и ушла с балкона. Сияние погасло, иллюзия развеялась, но в ней уже не было нужды — на площади остались только верные сторонники короля.

— Они посмели в тебя целиться! — бушевал Винсент. — Я растопчу их ногами своего «Монарха»!

— В этом нет необходимости, — мурлыкнула Эмбер, целуя своего короля. — Никто не смеет мешать нам в нашем королевстве.

Глава 10

Выброс компромата задел не только крупные компании, которые обменивались пиар-акциями и соревновались в подковёрной борьбе. Он затронул и более мелкие роды, которые уже имели друг к другу личные счёты и обиды. Романовы и Толстые не стали исключением.

Этот день начинался как обычно — семейным чаепитием, которое раз в неделю устраивала для обоих своих родов Лиза. Сегодня встреча проходила на территории Толстых. Старики-патриархи ворчали, что старых медведей новым фокусам не научишь, но послушно собирались на «тёплые» «дружеские» посиделки. Не столько ради уютной атмосферы, сколько ради возможности обменяться парой десятков подколок и острот со старым врагом.

И Романов, и Толстой находили своеобразное удовольствие в этой пикировке на грани скандала, но оба не переходили черту, за которой лежала родовая вражда. Не потому, что не хотели расстраивать свою нежданную внучку, а потому, что возобновление конфронтации положило бы конец этому новому для них обоих развлечению — а развлечений в их возрасте у них оставалось немного.

Родители Лизы из кожи вон лезли, стараясь поддерживать дружескую атмосферу и находить общие точки для соприкосновения. С подавляющим большинством членов их семей это удавалось, Романовы и Толстые всё ближе подходили к тому, чтобы всерьёз заинтересоваться возможностью объединения в один клан, который будет куда сильнее и независимее, чем оба по отдельности. К объединению не на словах, а на деле.

Одновременно у всех запищали смарты и планшеты, информируя об экстренных новостях, и все дружно полезли читать, что же такое случилось в мире. Лиза поморщилась и подумала, что надо бы ввести запрет на средства связи для семейных чаепитий. Но и сама скосила глаза на экран смарта — и глаза у неё округлились. Как и у всех остальных, читающих о компромате на ведущие корпорации Солнечной системы.

— Так и знал, что у «Атласов» рыльце в пушку, — довольно пробасил Николай Викторович Толстой.

— Да и «Хелион» кругом нечист на лапу, — отозвался Александр Константинович Романов.

Оба патриарха переглянулись, до глубины души поражённые тем фактом, что могут соглашаться в чём-то, не споря и не подкалывая друг друга. И с головой нырнули в глубины компромата.

— «Медуза» пишет о том, что начинаются проблемы в банковской сфере, — сказал кто-то из Толстых.

— Вывести средства не успеем уже, — отозвался кто-то из Романовых.

— И незачем суетиться, — вздохнул Николай Викторович. — Операции безналичного расчёта будут выполняться, так что счета оплачивать мы сможем. А выводить нам особо и нечего.

— Всё в производство вложено, — согласился Александр Константинович. — Товар востребован, особенно на фоне грядущих беспорядков. Не пропадём.