Станислав Кемпф – "Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 (страница 115)
Рейтинг.
Невеста.
Но что-то заставило его снова занести алебарду для удара.
Он был принцем Гарсия. Он не мог сдаться.
И на этот раз противник не стал уворачиваться.
Винсент так удивился контратаке, что чуть её не пропустил. Лазерный меч обрушился на щит, подставленный в последний момент. Если бы не ограничения на мощность оружия, щит, пожалуй, не справился бы.
Это оказалось отвлекающим манёвром. Пока Винс отражал удар меча, металлические пальцы сомкнулись на древке его алебарды. Сильный рывок вперёд — Винсент выпустил оружие и выставил ногу, чтобы сохранить равновесие, но за рывком последовал толчок — ещё более сильный.
Всей массой «Монарх» тяжело рухнул на спину, Винсент успел только выставить перед собой щит — но это его уже не могло спасти. «Палач» уселся сверху, примерился — и начал рубить алебардой ногу его меха.
— Свидетелей в ангар! — кричал принц Гарсия, когда от его «Монарха» остался уже только обрубок без конечностей. «Палач» деловито разбивал обухом алебарды «голову» меха, увенчанную короной. — Люциус! Я требую, чтобы засвидетельствовали выход пилотов из модулей! Я…
Крик оборвался — «Палач» наконец сломал антенну, которая до сих пор была цела. Только теперь дуэль могла считаться законченной. Мех-победитель поднялся, грациозно поклонился на камеру, подцепил огрызок «Монарха» алебардой за обрубок руки — и потащил за собой в сторону контейнеров.
Я успел.
АЛ закинул в бокс не подлежащий восстановлению мех Винсента, развернулся и пошагал к своему контейнеру. Как только за боевыми машинами закрылись аппарели, модули покатились в ангар.
Никто не видел, как я проскользнул в узкую щель закрывающегося контейнера — АЛ позаботился, чтобы камеры смотрели немного в стороны, обеспечив мне слепую зону.
Удобная вещь эти технологические люки…
Спустя полминуты я уже сидел в кокпите, пристёгивая ремни креплений.
— Ты не слишком спешил, — ворчал АЛ, заботливо поливая мне волосы физраствором.
— Ай. А это ещё зачем? — удивился я.
— Ну кто поверит, что можно столько гонять этого верзилу по полигону и даже не вспотеть? — усмехнулся АЛ. — Его мокрое высочество обязательно обратит на это внимание… Воротник отодвинь?
Я вздохнул и оттянул ворот кителя. На спину полилась прохладная жидкость. Мой помощник был прав со всех сторон — нельзя упустить ни одной мелочи, которая может поставить под сомнение нашу победу.
Но отказать себе в мелкой пакости я не смог…
Из модуля принц Гарсия почти выпал — так он устал.
В ангаре толпились студенты — Люциус не мог отклонить требование предоставить свидетелей, но даже если бы он это сделал, свидетели всё равно пришли бы. Уже все поняли, что происходит нечто необычное, и кто бы согласился пропустить самое интересное?
— Да он его натурально четвертовал, блин! — вырвался возглас у заглянувшего в контейнер с «Монархом» Яго.
Винсента едва не снесли желающие поглазеть на такое редкостное зрелище.
С тихой яростью принц Гарсия стиснул зубы и, играя желваками, двинулся к модулю с «Палачом», у которого стояли только Люциус и Снежана. Аппарель с тихим шипением закончила опускаться, открыв доступ к меху.
Ничего не происходило.
Люциус нахмурился. Снежана побледнела.
— Я же говорил… — Винсент победно оглянулся на толпу.
— Я же говорил! — выкрикнул он. — Видите⁈ Там никого нет! Внутри нет пилота!
Студенты рванули к контейнеру с «Палачом».
— А ну-ка, пропустите! — откуда-то вынырнула Микаэла. — Кому сказала, imbéciles sin cerebro! Дайте пройти! Может, у него заклинило что-нибудь…
Её пропустили. Винсент с усмешкой смотрел, как гибкая фигурка латины вскочила на подставленную ей ладонь меха и оттуда дотянулась до кокпита.
Блистер кабины медленно откинулся.
— Ремень заело, — виновато сказал Юлий Марс. — Микаэла, ножик есть?
Освободившийся от креплений пилот спустился вниз под перекрёстными взглядами свидетелей.
— Мокрый как мышь, — присвистнул кто-то.
— Ну ещё бы, столько гонять по полигону…
— Это тебе не вирт…
— Никогда не понимала, почему как мышь? — недовольно проворчала Микаэла. — Почему не как рыбка? Gente estúpida!
Юлий остановился перед Винсентом, у которого только что отняли последнюю надежду, заглянул в потухшие глаза.
— Какую ногу тебе оторвать первой, правую или левую? — тихо спросил он. — И не говори мне, что ты не знаешь, за что…
— Ты… — выдохнул принц Гарсия. — Ты… Чудовище!
Развернувшись, он почти побежал прочь из ангара. Куда угодно — только не видеть эту чернь, которая смотрела на него в момент его глубочайшего падения! Он потерял всё, всё! Ни денег, ни меха, ни рейтинга — ничего не осталось!
Он шёл, куда глаза глядят, пока за очередным поворотом не наткнулся на массивную фигуру, остановившую его одним касанием руки.
— Отвали, — Винсент повёл плечом, стряхивая посмевшую прикоснуться к нему руку.
— Хочешь победить чудовище? — тихо спросила фигура.
Принц Гарсия поднял взгляд — и оцепенел, заворожённо глядя в чёрно-золотые пылающие глаза.
— Хочу! — вырвалось у него.
— Тогда сам стань чудовищем.
Станислав Кемпф, Тансар Любимов
Ведьмак с Марса 3
Глава 1
У принца Гарсия было железное правило: никаких действительно важных переговоров там, где его могли подслушать. Учитывая вездесущего и всезнающего Профессора Мориарти, совсем не лишняя предосторожность. И как бы ни был он потрясён тем, что увидел, осторожность взяла верх над смятением и на этот раз.
А за ней пришло смутное понимание, что где-то Винс уже видел этого человека. Только не мог вспомнить, где и когда. Генетический билд выдавал в нём тяжёлого пехотинца, но пилоты мехов не водили знакомств со штурмовиками… Но одежда была самой обычной, хотя и очень дорогой. Никаких указаний на клан или факультет.
Принц всмотрелся в смутно знакомое лицо, но пылающий золотой глаз сбивал с толку, приковывал взгляд, и только спустя бесконечно долгую минуту до Винса дошло.
Лидер тяжёлой пехоты. Как его там? Феликс Магнус, кажется. Братец главы студсовета, ещё один из Тысячи Сынов Магнуса. Знакомство с ним было, как говорили в глубокой древности, шапочным, общения как такового не сложилось. Феликс принадлежал к крупному, весомому клану, но учился на другом факультете.
А теперь перешёл дорогу принцу Гарсия в тяжёлый час позора, когда все остальные отвернулись: даже верный Яго не последовал за своим сюзереном. Что же говорить о других? Радуются, конечно, его стыду… А этому что понадобилось?
Уж наверняка не предложить перейти в штурмовую пехоту. Для этого принцу Гарсия, как ни грустно признавать, силёнок не хватит. Он генетически совсем под другое был заточен. Но и возможными союзниками в такой ситуации разбрасываться было не с руки.
Сделав Феликсу знак следовать за собой, Винсент направился туда, где никаких камер быть не могло по умолчанию.
За подглядывание и подслушивание в таких местах знатные родители открутили бы всё лишнее кому угодно. И никакая анонимность Профессора не спасла бы. Нашли бы, из-под обшивки выковыряли и разобрали на молекулы.
Всё же у кланов возможностей поболее будет, чем у их наследников, которыми в поисках неуловимого информатора руководил скорее спортивный интерес, и никто на самом деле не намеревался делиться сведениями о его личности, если вдруг таковые появятся. Кто же станет в здравом уме и трезвой памяти такую информацию выпускать из рук?
Дерзнувший остановить Винса повиновался и следовал за ним молча, на полшага позади принца. Но пока они шли, ошеломление постепенно уступало холодному рациональному мышлению, и к выбранному месту пришёл уже совсем не тот Винсент, какой начал этот путь. Взвинченный, но мыслящий уже вполне здраво.
Поражение? Потеря меха? Отодвинутое на неопределённый срок возвращение в рейтинг? Всё ерунда. Поражение рано или поздно будет смыто и забыто после победы. Меха пришлёт дядюшка Сезар, у него всегда есть в запасе один-два, модифицировать новую машину под любимого племянника и условия Академии — дело нехитрое. А рейтинг — дело наживное, вернуться в топ он сумеет, потому что теперь у него было то, чего не было до этой постыдной дуэли.
Марсианин выдал важную тайну. Винсент не знал, как тот сумел вовремя попасть в кокпит «Палача», но точно знал, что во время боя его там не было. Студсовет мог думать что угодно, но принц Гарсия знал, что безродный щенок не мог одновременно находиться в двух местах. Если только у него не было брата-близнеца, которого он протащил на станцию контрабандой. Или…
Если Юлий Марс не был настоящим чудовищем.
В ненаучную фантастику Винсент не верил. В научную, впрочем, тоже. Но каким-то потусторонним холодком потянуло у него по позвоночнику, когда он вспомнил чёрно-золотой глаз своего молчаливого спутника.