Станислав Дубин – Мои Глаза Открыты (страница 13)

– Тащи сюда, в багажник закинем. Вдруг пригодится ещё. Сколько бензина в Бехе?

– Надо глянуть.

– Возьми канистры, у меня сзади, надо слить в любом случае, я последние деньги им отдал.

– Как и я. 1200 забрали.

– Бля… Не надо было им давать. Хуй с ним… И с ними хуй… – смотря куда-то в пустоту, он явно что-то обдумывал.

Скрипучий ржавый багажник открыл для меня следующую картину: два ведра, лопата вся в грязи, с кусками волос и мозгами на острие, три пустые канистры, пищевая плёнка расстеленная на весь багажник и небольшой шланг. Отсосав бензин, мы сделали небольшой «коктейль Молотова», благо пустых бутылок в салоне «Нивы» было в достатке. Подожгли с помощью прикуривателя какой-то кусок ткани. Точным броском кинули в салон наш коктейль. Убрали канистры и вторую лопату в багажник.

Пока машина полыхала огнём, дождь стал значительно мельче. Будто и наши проблемы стали немного, но мельче, хотя бы на этот момент.

– Угостишь сигаретой? – обратился я к нему, не сводя взгляд с притягательного и тёплого пламени.

– Конечно, – он достал пачку «Беломора».

– А где «Парламент»? – моя рука, тянувшаяся к желанным сигаретам, остановилась.

– В пизде! Дорогие для допроса.

Открытая пачка «Беломора» пошатывалась в его руках.

Следак улыбнулся. Больше не мне, а самой ситуации. Усмехнувшись, я взял сигарету. Сделав перекур и погревшись у огня, мы наконец сели в его машину.

– Куда теперь? – задался я резонным вопросом.

– Ко мне на дачу едем. О ней никто не знает. Благо, полпути уже проехали. В квартиру нельзя, взорвут. Ну а тебя, просто ёбнут где-нибудь.

Саркастически подчеркнул он наше безвыходное положение.

– Но сначала – маленький крюк.

Достал из плаща ту самую фляжку, спасшую ему жизнь, ножевое отверстие в которой теперь грубо замотано синей изолентой. После сделанного глотка, он наконец завёл автомобиль.

Через двадцать пять минут мы были возле небольшого загородного дома. Остановились в метрах двадцати, за деревьями. Патрульная машина наших ночных знакомых стояла на парковке.

– Жди здесь, – следак выдохнул три раза и пошёл в сторону дома.

Мне оставалось просто провожать его взглядом. Дойдя до двери, стоя на крыльце, он постучал каким-то странным образом, возможно, шифр.

Бывал я в таких увеселительных домах. Загородный дом мог выглядеть как обычный коттедж или усадьба, часто окружённый высоким забором для уединения. Вход мог быть замаскирован под частный клуб или сауну. Но здесь, в каком-то захолустье, судя по всему ни охраны, ни забора.

Внутри дом обычно был обставлен с претензией на роскошь: кожаные диваны, хрустальные люстры, ковры на полу. Работали в основном молодые женщины, часто приезжие из небольших городов или стран СНГ. Владелец или администратор обычно строго контролировал процесс, обеспечивая безопасность.

Клиентами таких заведений были, как правило, состоятельные люди: бизнесмены, чиновники, криминальные авторитеты. Доступ мог быть только по рекомендации или через «своих» людей, чтобы минимизировать риск утечки информации. На входе мог стоять охранник. В случае проверок или угрозы разоблачения у владельцев были налажены связи с местными правоохранительными органами, чтобы избежать проблем.

Оставалось только гадать, какого уровня этот блядушник.

Дверь открыл какой-то лысый амбал. Насколько мне было видно из машины, они о чём-то поговорили, и следак вошёл внутрь.

Минут через десять он вышел. В руках у него был железный чайник, обёрнутый полотенцем, весь в крови. На плече болтались два укороченных автомата Калашникова, что стоят на вооружении ППС. Из открытой двери дома были слышны женские крики, а на полу лежал лысый охранник – то ли мёртвый, то ли без сознания… По дороге ко мне он выкинул чайник в одну сторону, а полотенце – в другую, предварительно вытерев свои руки чистой, не запачканной кровью частью. Подойдя к патрульной машине, он проколол все четыре колеса ножом, что чуть не лишил его жизни пару часов назад и тоже его выкинул зачем-то. Вернувшись, он бросил автоматы на заднее сиденье и сел за руль. Достал сигарету и звонко прикурил своей зажигалкой. Потом засунул руку в карман и кинул мне часы.

– Это не мои, – поймал я чужие часы, испачкавшись кровью от них.

– Да похуй! – ответил он, затянувшись сигаретой.

Судя по всему, пытался успокоиться, так как дышал глубоко, с интервалами.

– Ты зачем это сделал? Нам надо съёбывать! А не тратить время на это! – выкинув часы в открытое окно, я начал на него наезжать.

– Нам уже нечего терять, нас с тобой приговорили! Остаётся только выживать. Автоматы дадут нам хоть какой-то туз в рукаве. Если появятся твои или мои дружки, а они будь уверен появятся, мы будем готовы.

– Ты же не за автоматами пошёл. Я прав? Из-за сраной зажигалки?!

– Ехать нам около часа, поэтому, чтобы не терять время…

Проигнорировав мой вопрос полностью, он достал диктофон.

– Продолжим с того места, где закончили, – протянул он его в мою сторону.

– Зачем? Сделки уже нет.

Я не торопился брать его в руки.

– Ты же не только ради сделки согласился. Я не прав? У тебя положение точно не бедствующее, личный дорогой адвокат! Да бля, не удивлюсь, если бы ты мог купить моего начальника. Но ты согласился! Ты видел что-то или кого-то… Твой рассказ поможет мне! Нам. Разобраться. Это доказательства, – потряс он диктофон перед моим лицом. – Ты не первый, кто мне подобное рассказывает, и надеюсь, тебя не постигнет их участь.

– С чем именно мы имеем дело? – диктофон как влитой поместился в моей руке.

– Сначала ты расскажи, что было. В мельчайших подробностях. Мне надо увидеть всю картину.

– Ну, а в двух словах?

– Всё зависит от того, что ты мне расскажешь, писака. Медленно повернувшись ко мне, он смотрел на меня, не моргая какое-то время. Его дрожащие руки завели автомобиль, вцепившись в руль покрепче. Коробка передач издала явно нездоровый скрежет, прежде чем мы тронулись дальше.

Следак одной рукой крутил баранку, другой привычным движением нащупал на торпеде знакомый корпус своего «Арк-сканера». Покрутил ручку громкости, заглушая шипение эфира. На зелёном дисплее мелькали цифры частот – 68.835 МГц, судя по всему, его родной отдел; 71.325 МГц, патрули ДПС. Голоса диспетчеров и экипажей сливались в монотонный, убаюкивающий поток.

– Нападение на сотрудника! – донёсся из приёмника душераздирающий крик. – Нужна помощь! Тут пиздец! Все в крови!

Следак лишь убавил громкость…

Глава 7. Чёрное зеркало

Пока мы мчались по ночной, лесной, пропитанной дождём и кровью дороге… Я вёл свой монолог в диктофон.

– Как уже говорил, деньги привозил ему три раза. Все в одно место. Какая-то ферма. Часа три-четыре езды от моего дома.

Все три раза дом менялся – как внешне, так и внутренне…

Первый раз меня встретил то ли полуразрушенный особняк, брошенный на полпути к величию, то ли бандитский «недострой», чей хозяин заложен в свой же фундамент. Одним словом – надгробие для того, кто жил в нём.

Сумма была определённого номинала. Не помню какого, но помню, что задолбался бегать по обменникам.

Приехал я туда вечером, не планируя оставаться. Но как назло начал бушевать ураган, выворачивающий деревья с корнями.

Дверь мне открыла милая молодая девушка. Она так обрадовалась, увидев меня. Обратилась сразу по имени. Пригласила в дом выпить чаю или домашнего вина. Я согласился… В доме было много народу. Старики и молодёжь сидели, что-то оживлённо обсуждали, а маленькие дети бегали, играя в игры…

Я бы назвал это общежитием для обездоленных и сломленных людей.

Тех, кого я видел, явно преследовал какой-то недуг или болезнь. У всех у них были глаза, которые слишком часто моргали, и пальцы, которые без причины теребили края одежды. Как будто под кожей у каждого жил отдельный нервный тик… Но все были гостеприимны.

В проходной комнате был виниловый граммофон, где играла какая-то расслабляющая мелодия. В общем, атмосфера была успокаивающей. Было видно, что им толком нечего предложить, но они были готовы отдать последнее.

Я спросил, могу ли увидеть их главного. Заодно решил узнать, как его зовут на самом деле. Мне вежливо, с улыбкой, ответили, что его сейчас нет в доме. Если он не называл своё имя, значит, ещё не пришло время.

А пока… Для удобства…

Мы можем называть его просто дядюшкой.

Я передал ей сумку с баблом. Она меня поблагодарила и кокетливо поцеловала в щёку, будто мы давно знакомы… Пока я пил их вино из сомнительно помытой чашки, решил времени не терять и поспрашивать про этого дядюшку: кто он? Откуда? Что это за место?

Её ответы яснее картину не сделали.

Он – дядюшка, который заботится обо всех.

Его цель – нести свет одиноко потерявшимся в темноте.

Откуда он – никто не знает…