Станислав Дементьев – Чужестранец и завоеватели (страница 6)

*****

Даже после потерь на мосту, на каждого бойца в маленьком отряде Нельяны приходилось минимум по трое варваров, да и дваждырождённых у них по-прежнему было больше. Даже оказавшись застигнутыми врагом во сне, они имели бы шансы отбиться.

Не будь в числе нападавших Оррика. Как говорится, дваждырождённый на Детстве – по сути лишь очень одарённый и необычайно живучий смертный, дваждырождённый на Молодости – уже настоящий дваждырождённый. В хаосе ночного боя при свете полупотухших костров, больше слепящем, чем освещающем, среди мечущихся в панике людей и курангских лошадей, чьи привязи нападавшие порубили первым делом, Оррик был даже немного благодарен за многочисленность противников – меньше надо было сдерживать удары, опасаясь полоснуть своего. Он прошёл через весь вражеский стан дважды, оставляя позади себя убитых и умирающих. А задержался ненадолго лишь раз, когда рыжий дваждырождённый варвар могучего сложения успел перехватить пробившую его тело шпагу, прежде чем она вышла обратно, и почти снёс Оррику мечом пол-лица, пока он хватался за кинжал, чтобы вогнать здоровяку в глаз. Не удивительно, что уже очень скоро уцелевшие варвары начали разбегаться куда глаза глядят.

Но разбегались не все. Оррик увидел Нельяну, рубящуюся на мечах с предводителем вражеского отряда, узнаваемым даже без шлема и плаща. Надеть доспех у варвара времени не было, но и с одним лишь мечом и щитом он сейчас теснил княжну, которая в неверном свете казалась совсем ребёнком рядом со здоровенным избранным Кро-Кроаха. Один из мераньских юнцов нацелился всадить избранному в спину копьё, но его сбил с ног выскочивший как из ниоткуда куранг.

Земля и трава разлетелись веером из-под сапога Оррика, когда тот устремился вперёд, подобно выпущенной стреле. На такой скорости даже режущий удар шпаги разделил надвое незащищённую шею куранга, который уже замахивался, чтобы прикончить своего противника. Едва Оррик притормозил и восстановил ориентацию, его взгляд вновь метнулся к княжне.

Дваждырождённый на Детстве – по сути лишь очень одарённый и необычайно живучий смертный. В битве между такими доспех часто был решающим преимуществом. Но то ли избранный уже перешёл на Молодость, то ли превосходство в мышечной массе смертного тела было ещё более важным преимуществом, а он одолевал. Страшным ударом он срубил верхнюю часть щита Нельяны и заставил её отшатнуться на несколько шагов. Но затем допустил ошибку, недостойную всякого воина, особенно же дваждырождённого – он отвлёкся посмотреть, что творится у него за спиной.

В тот же миг Нельяна прыгнула вперёд, отвела его поспешный удар искалеченным щитом и рубанула мечом по подставленной левой ноге. Может дваждырождённые, даже самые слабые и были живучи – любое кровотечение останавливалось само, сильная боль приглушалась, ужасные раны заживали – но для такого укрепления плоти и костей, чтобы их не разрубил акцентированный удар острым клинком, даже мастеру воплощения физических изменений надо было подняться весьма высоко. Куранг взревел и рухнул на землю, отдельно от своей ноги ниже колена.

Нельяна сделала шаг назад, пытаясь восстановить дыхание, и остановилась на миг. Это было ошибкой уже с её стороны. Хоть и не сделанные из железа, дваждырождённые были живучи. Куранг неожиданно приподнялся и замахнулся мечом, намереваясь рубануть на уровне щиколоток и достойно отплатить за своё увечье…

Пинок Оррика заставил варвара покатиться по земле, а удар шпагой в сердце оборвал жизнь.

– Жить надоело, княжна?!? – Оррик хотел бросить какую-нибудь ехидную фразочку, но что вырвалось, то вырвалось. Он огляделся – небольшое сражение было, в основном закончено – вытер пот со лба и добавил уже спокойнее:

– Считай дваждырождённого убитым, когда он без головы остался, так надёжнее будет.

Глава 4.

Спустя два дня, перед стенами небольшого деревянного городка на восточной границе Мерани, вороны расклёвывали то, что осталось от небольшого варварского отряда, занимавшегося грабежом окрестностей. Нельяна и её уже начавшая разрастаться дружина спали после трудов и победного пира. Ну а Оррик сидел на крыльце дома, принадлежавшего одному из первых людей города, предпочтя ночной холод снаружи духоте внутри, смотрел на звёзды и думал.

Некоторые, с позволения сказать, учёные мудрецы, считали, что предрасположенность ко Второму Рождению, пусть и не гарантировавшая его, но заметно повышавшая вероятность, определяется лишь кровью, оттого-то и столь важно для человека благородное происхождение. Оррик же не видел причин сомневаться в том, что такая предрасположенность в семье – результат наследуемого дара Небес. Как написано – Небесные Боги проклинают до седьмого колена, а благословляют до семижды седьмого. И сейчас, похоже, ему повезло наблюдать за раздачей этого дара своими глазами – среди спутников Нельяны Второе Дыхание открылось уже у дюжины, в основном, конечно, у тех, кто уже мог похвастаться дваждырождёнными предками, но и четверым простолюдинам повезло. Обычно сравнимое количество простых солдат рождалось во второй раз полк в целом полку, за долгую и тяжёлую кампанию. При мысли о том, как преподать хотя бы азы духовных боевых искусств такому числу новичков у Оррика начинала слегка болеть голова. Немного времени будет, пока из окрестных городков съезжаются на брошенный княжной клич люди, знающие как сесть на коня и с какого места браться за копьё. Но вряд ли больше пары дней.

Головная боль усиливалась, когда он думал о Нельяне. Второе Рождение само по себе было делом достаточно обычным. Завершённость ступени Детства, хотя и примечательная в её возрасте требовала, по сути, лишь времени и усердия. А вот подъём дальше был уже куда сложнее. Недаром всегда так ценились наставники дваждырождённых, способные и осветить правильный Путь и найти индивидуальный подход в особых случаях.

Оррик, однако, к числу таких наставников не принадлежал. Нет, поучать других ему нравилось. Но между поучениями и обучением – большая пропасть. Времени придумать, как её перескочить, было до завтра.

*****

В мужской одежде Нельяна могла бы сойти за стройного юношу среди рассветного полумрака, да только толстая коса сразу выдавала. Оррику даже стало интересно, как она прятала её под шлем. Княжна плеснула себе на лицо холодной воды из дождевой бочки, чтобы проснуться окончательно, встряхнулась, глянула на Оррика:

– А на что тебе сразу полдюжины мечей?

– А на то, что пора тебе прорываться на Молодость. Не смотри волчицей, утешайся тем, что на новой ступени сможешь не спать десятидневье. Давай сюда, сейчас всё поймёшь.

Однако же понимания в её зелёных глазах не прибавилось, когда они прошли в боковую сторону огороженного двора двора, где рядом с колодой для рубки дров была сложена под навесом целая гора круглых чурбаков. Несколько даже не влезло и валялось на земле. Оррик достал не слишком-то хорошо выкованный и заточенный саклибский меч из связки, которую принёс с собой, взвесил его в руке. Затем вдруг подцепил носком сапога лежащий поблизости чурбак, так что тот начал заваливаться на бок – и резким пинком подбросил его в воздух. Меч рассёк воздух как полоса белого пламени – и обратно упали уже две половинки чурбака. Усилием воли Оррик навёл на лицо лихую ухмылку, вместо того, чтобы ругнуться – подъём стопы болью намекнул, что не подписывался на подобные красивые фокусы.

Оррик обвёл мечом гору чурбаков:

– Если хочешь прорыва – до вечера порубишь тут всё на дрова. Мечом. Я припас несколько на случай, если первый ты погнёшь.

Нельяна вспыхнула:

– Княжне – и рубить дрова?

– Княжне? Княжной ты станешь если мы хотя бы отгоним варваров от Мерани. А сейчас ты предводительница дружины удальцов, чьё счастье балансирует на острие клинка. Твоего клинка.

Нельяна помялась, краснея ещё сильнее и наконец сказала:

– Но ведь меня же увидят все.

Сам Оррик в детстве переколол больше чем достаточно дров. Зато в юности, после того, как покинул родной дом, схватился бы, пожалуй, за шпагу, если бы его попытались приставить к занятиям, подобающим слуге. Поэтому он ответил спокойно:

– Тебе больше понравится, если они твою косу вместе с головой, увидят на знамени Кро-Кроаха?

Нельяна только глаза отвела. Оррик покачал головой. Что и говорить, поучать было легко и приятно, а учить – совсем наоборот. Теперь нельзя было спихивать всю ответственность за результат на того, кто мог как послушать, так и не послушать твоих разумных советов. Он попробовал зайти с другой стороны:

– Ты сама видела, что в бою отвлечься из-за чего угодно – значит умереть. Ключевая часть духовных боевых искусств ступени Молодости, которой тебе пока не хватает – способность к полному сосредоточению. Если ты не можешь даже сосредоточиться на рубке дров перед лицом твоих же людей – как ты сможешь сосредоточиться на рубке курангов перед лицом Кро-Кроаха, который, как все говорят, насылает на людей страх? Теперь понимаешь?

Княжна молча кивнула.

– Так что давай, приступай. Да, чисто на всякий случай – отходить поесть-попить-отдохнуть тоже, конечно, нельзя.

*****

Большую часть наступившего дня звонкие удары стали по чурбакам служили постоянным аккомпанементом для всего, что делал Оррик. А дел хватало. Хотя боевые приёмы в этом захолустье отличались от привычных, некоторые базовые принципы духовных боевых искусств были идентичны вне зависимости от того, каким оружием и как пользоваться. Вот эти-то принципы он и пытался вколотить в голову свежим дваждырождённым. К счастью, явной расположенности к иному Великому Пути Второго Дыхания, чем боевые искусства ни у кого из них не было – да и не удивительно, среди потомков воинов и желающих стать воинами, из народа, относившегося к чародейству и явным физическим изменениям с подозрением. Поэтому наука Оррика им шла впрок. Ну, Оррик надеялся, что шла.