Станислав Дарков – Железное Сердце (страница 6)

Все в зале поддержали его смех, отец одобрительно кивнул.Пир закончился, завтра будет обряд, поэтому стараясь экономить свои силы я пошёл в покои. Деймон окликнул меня:

— Сын, Кардинал хочет поговорить с тобой наедине.

Я кивнул, хотя сердце екнуло.

В тишине покоев для самых важных гостей, куда мы направились после пиршества, воздух казался густым, насыщенным ароматом свечей и старых книг. Кардинал Уайтвуд сидел в кресле у камина, его мантия лежала аккуратными складками, а взгляд был устремлён в огонь. Я вошёл, стараясь двигаться как можно тише, хотя он сразу заметил моё присутствие. Отец остался в коридоре.

— Максимус, подойди, — произнёс он мягким, но уверенным голосом.

Я подошёл и встал перед ним.

— Ты сегодня хорошо держался, — сказал он, повернувшись ко мне. — Видел в зале много мальчиков твоего возраста, но ни один из них не произвёл бы на меня такого впечатления, как ты.

— Спасибо, Ваша Светлость, — ответил я, слегка кланяясь.

Он улыбнулся, кивнув.

— Завтрашний день станет важным не только для тебя, но и для твоей семьи, — продолжил он. — Обряд Наречения — это момент, когда ты перестанешь быть просто ребёнком. Ты станешь частью чего-то большего.

Я внимательно слушал, стараясь не упустить ни одного слова. Его голос был завораживающим, словно сам воздух вокруг наполнялся значением и силой.

— Это большая ответственность, — добавил он, — но я вижу в тебе зачатки великой мудрости. Твои слова за ужином и твоя идея насчёт снабжения… Всё это говорит о том, что ты не просто ребёнок с большими глазами и любопытным умом. Ты думаешь глубже, Максимус.

Я слегка покраснел, не зная, как правильно ответить на похвалу.

— Я стараюсь, Ваша Светлость, — сказал я, немного смущённо.

— И у тебя получается, — ответил он. — Поэтому я рад, что твой отец доверяет мне возможность стать твоим наставником. Следующий год станет для тебя периодом открытия. Я научу тебя учению Ордена, его ценностям и идеалам. Но, что важнее, я помогу тебе лучше понять самого себя.

Он сделал паузу, словно хотел дать мне время осмыслить его слова.

— Ты не должен бояться изменений, мальчик. Завтрашний день станет началом пути, на котором ты станешь тем, кем тебе суждено быть. И я рад быть рядом с тобой в этом.

— Для меня это честь, Ваша Светлость, — сказал я, чувствуя, как внутри меня растёт странная смесь волнения и гордости.

Он улыбнулся и встал, положив руку мне на плечо. В голубых глазах просвечивались гордыня и слепая вера…

Внутри меня что-то зашевелилось, будто в глубине моего сердца разлился кипяток а через тело прошёл мощный электрический разряд. Я впал в ступор, однако из ниоткуда во мне появилась решимость и будто бы осознание того, что всё идёт чётко по плану, которого у меня ещё нет…

— Отдыхай, Максимус. Завтра будет длинный день, и тебе понадобится весь твой ум и сила духа.

Я кивнул и, слегка поклонившись, вышел из библиотеки. Его слова продолжали звучать у меня в голове. Деймон встретил меня у входа в мои покои:

— Как всё прошло?

Мы зашли в комнату, и я рассказал ему о разговоре с Уайтвудом, о своих размышлениях о том, как можно было бы использовать Кардинала, и, конечно, о странном ощущении, которое осталось у меня после беседы.

Отец сказал мне что-то напутственное и несомненно мотивирующее, пожелал мне доброй ночи и вышел. Я и не заметил как провалился в сон…

***

С первыми лучами солнца я проснулся от стука в дверь. Войдя, слуга почтительно склонился и сообщил, что пора готовиться. На тумбочке у кровати уже лежал приготовленный наряд: белоснежная рубашка с вышивкой в виде знаков нашего рода, чёрный камзол, перевязанный золотым поясом, и новые сапоги из мягкой кожи.

Когда меня одели и привели в порядок, я взглянул на себя в зеркало. Впервые я почувствовал, что выгляжу как настоящий наследник рода Айронхарт. Однако волнение не отпускало: сегодня будет день, который запомнится на всю жизнь.

Во дворе уже собрались гости. Какие-то мелкие лорды из окраин Алханроэля, Лорды из Йорвута, вельможи и дворяне с ближних земель — все они прибыли, чтобы стать свидетелями моего Наречения. Под каменными сводами зала церемоний раздавались голоса, наполняя крепость особой торжественностью.

В центре зала стоял алтарь, украшенный золотыми символами Ордена. Кардинал Уайтвуд, облачённый в белоснежную мантию с серебряной вышивкой, выглядел торжественно и непоколебимо. Его голос эхом разносился по залу, когда он начал произносить слова обряда:

— Сегодня перед взором Единого Бога мы даём имя этому ребёнку, наследнику Айронхартов.

Он обратился ко мне, и я шагнул вперёд. На меня смотрели сотни глаз, но в тот момент я видел только Уайтвуда и его проникновенный взгляд.

— Максимус Айронхарт, — продолжил он, — ты вступаешь на путь служения добродетели и Единому Богу. Прими этот символ, знак твоей веры и преданности.

Он протянул мне медальон с изображением солнца, переплетённого нитями, — символом Наречения. Его прохладная поверхность обжигала руку, но я крепко сжал его в ладони.

Внутри меня снова разгорелось вчерашнее чувство. На этот раз с удвоенной силой.

— Обещаешь ли ты служить справедливости и чести? Защищать Церковь, Корону и всех праведных? — спросил Уайтвуд.

— Обещаю, — ответил я, стараясь говорить твёрдо.

Он коснулся моего лба, прошептал молитву и поднял медальон над головой. В тот момент весь зал склонился в молчаливом уважении. Грудь буквально была готова взорваться.

— Пусть Свет Его ведёт Тебя! — провозгласил Кардинал.

Зал взорвался аплодисментами, а я шагнул назад пытаясь оттогнать всё это же странное ощущение.

После обряда весь день прошёл как в тумане. Поздравления, тосты, бесконечные разговоры и торжественная трапеза сменяли друг друга. Отец и Грегор выглядели гордыми, Элейна улыбалась и постоянно говорила со своим потенциальным женихом. Этот самый жених представился мне, и поздравил с прохождением обряда. К сожалению ни его имени, ни откуда он я не запомнил. Кардинал Уайтвуд тоже был где-то рядом, то и дело я ловил на себе его проницательный и хвалящий взгляд.

Когда вечер завершился, и я остался один в своей комнате, я сел на кровать, пытаясь осмыслить всё, что произошло. Медальон лежал на тумбочке, сверкая в свете свечей.

Я думал о словах Уайтвуда, о том, что он останется здесь на год. Этот человек внушал уважение и страх одновременно. Но больше всего я думал о том, что отныне я не просто ребёнок. 9 лет в этом мире пролетели незаметно, и вот я уже на пороге когда за моими действиями, кажется, следят все.

Лежа в постели, я рассматривал потолок, украшенный деревянными балками, и размышлял о предстоящем дне. Завтрашний день обещал новые уроки и испытания. В этот момент я осознал, что жизнь, в которой я оказался, не даст мне возможности отдохнуть. Каждый день будет наполнен борьбой — за семью, за род, за своё место в этом мире.

Я взял амулет и надел его. Вновь возникло ощущение, что сердце переполнено и готово разорваться. Все свечи в комнате разом погасли, и воцарилась мертвая тишина. Меня снова словно ударило током. Огромная тяжесть, навалившаяся на плечи, заставила меня встать. В ушах зазвучал протяжный и мощный гул. Чувства обострились, я начал ощущать невероятный прилив сил. Осознание пришло очень быстро.

Я услышал..

Звон своего сердца.

Lectiones ( Уроки)

Прошло несколько дней с тех пор, как я прошёл обряд Наречения. В ближайшее время мне предстояло моё первое занятие с Кардиналом.

Создавалось впечатление, что вся жизнь в крепости, да и во всём Айронхилле замерла. В коридорах не было слышно ни звука: ни разговоров слуг, ни даже бесед знати. Стоило кому-то увидеть Кардинала или Рыцарей веры, как все тут же замолкали.

За это время отец уехал в столицу. Его вызвали к королевскому двору, и, по словам матери, это была не просьба, а приказ. Дорога туда и обратно займёт не меньше трёх недель, и за это время Грегор взял на себя обязанность тренировать меня на мечах. Мама и Элейна явно волновались больше, чем показывали. Половина Чёрной гвардии отправилась с отцом, оставив крепость с сокращённым гарнизоном, что, конечно, тревожило всех.

Что касается горожан за стенами, мне сложно сказать. Я никогда не покидал пределы крепости. Кардинал, обеспокоенный отъездом отца, попросил не покидать покои без необходимости.

Куда бы я ни направлялся: в библиотеку, в нужник или на семейный ужин в главный зал, — меня всегда сопровождали двое Белых рыцарей Ордена.

Тренировка началась рано утром, во дворе внутри крепости. Грегор был строг, но терпелив. Его движения были точными и сильными, а удары по тренировочному манекену звучали, как удары молота по наковальне.

— Становись, Максимус, — сказал он, протягивая мне меч.

Стоит ли говорить что в подобные моменты брат был очень похож на Деймона?

Я встал напротив него, готовясь к тренировочному бою.

— Помни, — начал он, — меч — это....

— … продолжение моей руки — выпалил я — Надо думать о нём как о части своего тела и держать под контролем.