Станислав Чернышевич – 1517 (страница 25)

Измазав краскою лицо

Для устрашения османов,

Зажали часть из них в тиски,

И тысячи солдат их славных

Упали в траву и пески.

Но новые полки врагов

Героев с боем оттеснили,

И снова пушки в каждый кров

Без устали и точно били.

Ливанцы тут и там ломали

Загоны, выпустить коней,

И в горы к воинам их гнали,

На них пересадить людей.

Захватчик очень удивлялся

Внезапной стойкости Ливана,

Другой эмир давно б сломался

И покорился бы султану,

Ведь все здесь на Востоке знают,

Как разрешают турки спор,

Константинополь не прощает,

Тех, кто даёт ему отпор.

Однако, Фахр эд-Дин Великий

Себя в сраженьях не жалел,

Врагов расстраивая дико,

Тем, что упрямый был и смел.

И на него ведь все равнялись,

Кто шёл под знаменем Ливана,

В боях герои не сдавались,

И бились, не смотря на раны,

Эмир послал гонцов к аланам,

Прекрасным воинам степей,

Чтоб помогли дать бой османам,

Прогнав не прошенных гостей.

Аланы и сарматы силой

Весомой были в те года,

Их рать как раз в стране гостила

И сразу в бой пойти могла.

Абдулгани в бочонках порох

Потребовал доставить в горы,

Катили тихо, так как шорох

Мог разбудить собачью свору,

Что охраняла стан турецкий.

Потом те бочки подожгли

Промасленным шнуром немецким,

И полетели вниз они.

Пока летели, все взорвались,

Обрушив горы камнепадом,

И глыбы сеять страх помчались,

Вонзаясь с быстротой снарядов

В редуты, на орудья точно,

И там, где осыпались скалы,

Турецких пушек много очень

Лежать осталось под завалом.

Абдулгани сказал эмиру:

– Полки аланов разделились.

Один направился к Каиру,

Два с нашими соединились.

Вздыбили кони землю круто,

Аланы бросились вперёд

И вот уже через минуту

Османский разнесли оплот.

Звенели громко ятаганы

В желании пробить доспехи

Великих воинов аланов,

Чья храбрость привела к успеху