Станислав Чернышевич – 1517. МИШЕЛЬ И ДИАНА (страница 16)

Считался он, но аргумент

Весомый был, чтобы понять:

У лучника он на ладони,

И надо быстро убегать -

Так намекнули на балконе.

И побежал осман: что делать?

Оставил щит и ятаган,

Припомнив день, когда он смело

Вступил в отряд, чтоб плыть в Ливан.

Теперь не смелость им здесь движет,

Все мысли только лишь о том,

Чтоб голову пригнуть пониже

И плыть назад к семье, в свой дом.

На берегу едва успел он

Забраться ловко на галеру,

Где сто солдат уже сидело

И с ними пара офицеров

Подняли вёсла, чтоб бежать,

Но тут ещё бойцы несутся,

Спешат на родину удрать,

Чтобы без почестей вернуться.

Забрав ещё сто человек,

Галера в море вышла быстро.

Бойцы дрожат, как будто снег

Им бросили на спины чистый.

Но то – не снег, то страх насел,

Ведь каждый, кто сейчас дрожит,

Остался лишь случайно цел,

И по везенью не убит.

И поплыла галера прочь,

Гребли, спешили все солдаты.

Пока не наступила ночь,

Хотелось им сбежать куда-то

Подальше в море от Бейрута,

Что встретил их не хлебом-солью,

А чересчур сурово, люто,

Их шлемы раскидав по полю.

Эмир скомандовал приказ:

“Дворец к утру освободить!”

Но слуги справились за час,

Сумев захват остановить.

Лиан последнего османа

Сам лично выставил за двери.

Уплыли турки из Ливана,

Большие понеся потери.

Пришёл черёд бунтовщиков,

Что лезли через стены дружно,

Но их казнить был не готов

Эмир, отметив, что не нужно

Гневить народ его же кровью,

И потому гонцов послал

Сказать: “Относится с любовью,

И помириться пожелал”.

Мгновенно люди отозвались.

Эмиру принесли пакет,

Где два рисунка оказались:

Дом у реки и горсть монет.

Неграмотные бунтари

Назвали чаянья властям -

Помочь освоить пустыри

И всем дома построить там.

– А что тогда монеты значат? –

Эмир задал гонцам вопрос.

– Изъять казну хотят, иначе,

Они толпой пойдут на снос