Сова Люськина – Второй шанс на рассвете (страница 2)

Спуск получился быстрым, потому что девушка знала короткие тропы. Бесшумно ступая, негодница подкралась к лагерю чужаков и затаилась под тенью деревьев. Внутри стана никто не подозревал о ее присутствии. Люди мирно лежали вокруг тлеющих костров. Никто и не подумал выставить охрану. Даже животные не выдавали своего беспокойства.

В большой палатке из шкур горел свет. Раздираемая любопытством, Элая вступила на запретную территорию. Огибая спящих, незамеченно подобралась к цели и заглянула сквозь небольшую щель. В свете масляной лампы за столом сидели двое и перебирали свитки.

Мужчина, сидевший спиной, замер, его золотистые волосы, заплетенные в небрежную косу, поблескивали от пламени лампы. Он начал медленно поворачивать голову в сторону девушки, которую объял неописуемый страх. Сердце словно попыталось вырваться из груди, бешено заколотилось, гонимое неясной угрозой. Элая сжала кулаки, пытаясь удержать последние остатки рассудка и собраться с мыслями. Утренние сумерки казались сделанными из непроницаемого мрака.

— Луна, защити, — подняла испуганные глаза в небо и, напустив морок, помчалась прочь.

Оказавшись на безопасном расстоянии, остановилась отдышаться. Девушка до боли закусила губу, стараясь прийти в себя. Ужас гнал ее назад, в безопасное место, в храм их защитницы. Проскочив охрану, Элая направилась к черному ходу. Молниеносно поднялась по каменным ступеням и оказалась в святилище, высеченном в скале. Внутри царил полумрак, пропитанный атмосферой таинственности и благоговения. Тонко шлифованные стены отражали мягкий свет, вытесняя всякую злобу и тревожность. На громадном алтаре, отделанный серебром, светился священный огонь.

Глава 3

Элая упала на колени и зашептала:

— Сохрани мой разум, сбереги мою душу, защити от врага, помоги обрести себя.

Сердце бешено колотилось, хотя разум твердил, что здесь безопасно. Почему этот внезапный страх сжал грудь ледяными пальцами? Девушка провела ладонью по лицу, пытаясь унять дрожь. Возможно, причина крылась в том, что она слишком долго убегала от своей судьбы, играла в беззаботность, будто ребенок, закрывающий глаза перед страхом.

Огонь потрескивал, отбрасывая тени на стены.

— Стать искусницей снов... — пальцы невольно потянулись к амулету на груди.

Это было больше, чем долг. Это была ее суть: читать знаки в сновидениях, предупреждать об опасностях и стоять на страже, пока племя спит спокойно. Но хочет ли она этого?

Элая шептала, тело колотила мелкая дрожь. Согнувшись, она прижалась щекой к холодным камням. В таком положении ее застала женщина в белом балахоне, расшитом серебряными нитями, нежно погладила Элаю по голове.

— Что с тобой, дитя?

— Жрица Лаи, я почувствовала непонятную опасность, — девушка приподняла голову, — сама Латифика предупредила во сне.

— Что она говорила? — напряженно спросила женщина.

— Не купаться в озере!

— Лучше прислушаться к этому. Не волнуйся, ступай домой. А к полудню приходи. Ты скоро станешь одной из нас, нужно готовиться к обряду.

Элая кивнула и вышла из храма. Солнце поднималось над горизонтом медленно, прогоняя серебряную защитницу. Девушка медленно брела к хижине и не заметила, как дорогу ей преградил высокий юноша. Его мощные плечи и подтянутая фигура излучали силу. Пышные черные волосы сбриты у висков и заплетены в косу, они создавали контраст со светлыми глазами, которые с любопытством рассматривали девушку. Он лучезарно улыбнулся.

— Пташка, ты откуда так рано идешь?

— Из храма, — Элая косо посмотрела на него.

— Все не терпится стать избранной?

— Глупости.

Элая насупилась и обогнула препятствие. Не понимая, почему все хвалили этого воина. Уша при виде него всегда краснела, словно закатное солнце. А она же лишь злилась, когда тот удостаивал своим вниманием.

Отодвинув полог, встретилась с недовольным взглядом матери.

— Ты ослушалась!

— Там был Вир, захотела поговорить, — солгала девушка и наигранно опустила голову. — Прости!

Обман удался, в этом искусстве ей не было равных с детства. Жрица не скажет, что та посещала храм, а этого назойливого воина все любили. Поэтому женщина сразу смягчилась и пригласила помочь ей с готовкой.

— Сей муку аккуратно.

— Я стараюсь.

— Не похоже. Как ты будешь кормить мужа, всю еду растратишь. Потом Вир будет на тебя ругаться, — засмеялась Касея. Но Элая не поддержала ее, только гневно поджала губы и старалась сдержать зевок усталости. Она думала лишь о том, почему так испугалась? Может, это Луна наслала наказание за ее поведение. Девушке снова захотелось спуститься к подножию. Из раздумий вывел приход отца. Он сел рядом с очагом. Жена тут же поднесла ему кружку молока и свежеиспеченную лепешку.

— Тар, тебя что-то беспокоит? — тихо спросила Касея.

Вождь на мгновение замер, а после нахмурился, словно хотел разгадать тайну.

— Чужаки просят разговора, — наконец признался он с оттенком сомнения и настороженностью.

Касея задумчиво прикусила губу.

— Думаешь, они пришли за лунным металлом? — предположила она.

— Не знаю, — произнес он.

— Возьми меня с собой, — соединила ладошки Элая, вмешиваясь в разговор, — я могу помочь.

— Ты еще плохо понимаешь мысли других, даже Катара сказала, что не слышит чужаков, — мужчина медленно жевал, — она предположила, что пришельцы могут владеть способностями, как и мы.

— Значит, они тоже поклоняются Луне? — предположила Элая, возбужденно вскинув брови, глаза ее светились любопытством.

— Кто знает, — неопределенно ответил отец, голос звучал настороженно. — Но мой приказ строг, и нарушителей ждет наказание. Никому не позволено покидать деревню. Мы с воинами спустимся, чтобы разгадать их истинные намерения и цели.

— Так где же мне учиться? — по-детски надув губы, капризно задала очередной вопрос Элая.

Она никому не желала подчиняться.

— Жрицы жалуются, — мать покачала головой, выражение лица было строгим, но в глазах мерцала тень нежности. — Ты не старательна, и тебе все дается с легкостью, что вызывает у них недовольство. Ты должна быть более ответственной, чтобы познать мудрость и силу нашего мира.

— Касея права, — проговорил Тар, оставаясь на стороне жены. — Как бы мы тебя ни любили, у каждого есть обязанности перед домом.

— Но зачем мне учить то, что я и так знаю. Мне кажется, я уже видела пророческий сон.

— Катара разгадает его, — Касея подлила молока мужу, — поведай ей, но она всегда может отличить правду от лжи. Приходила Латифика или нет.

— Катара говорила, что в последнее время душа Луны неспокойна. Но связать это с пришельцами не может, — поджал губы Тар.

Атмосфера погрузилась в задумчивую тишину, которую нарушало лишь слабое дуновение ветра, проникающее сквозь резные окна, словно шепот самой Луны, подслушивающий семейный разговор. Девушка опустила глаза, размышляя, говорить ли о случившемся. Однако взошедшее солнце сожгло ночной страх, и у Элаи появились в голове новые идеи. Бунтарский дух давно засел в глубине ее сердца. Элая не могла смириться с предназначением, подчиниться условиям и стать одной из пешек в большой игре жизни. Пламя свободы горело в глазах ярче, чем у соплеменников. В душе давно зародилась неукротимая жажда приключений, стремление к неизведанным территориям и готовность пройти все преграды.

А способности помогут ей выполнить задуманное.

Глава 4

Янтарные глаза мужчины не отрывались от кустов. Он оставался неподвижным длительное время, словно слился с окружающим миром. Пальцы сжимали ножны кинжала, а широкая грудь и высокий рост подчеркивали силу и решительность. Волосы небрежно распущены и струились золотым водопадом вдоль спины.

— Крисан, ты хочешь победить тигра ножом.

— У них сильная магия, даже под солнечными лучами не все распознают морок.

— И кто там? — прищурил глаза подошедший собеседник.

— Девушка. Красивая, — губы довольно растянулись в улыбке, — Эмерс, как думаешь, ее послали шпионить или она сама пришла? Их вождь еще не дал согласие на переговоры. Их ведьмы пытаются вторгаться в наши сны, но послать беззащитную пташку… изловить бы…

— Ты что! — отшатнулся мужчина и испуганно начал всматриваться в хищного зверя, — племя не простит нам, еще и убьют.

— Ты хороший советник, но трус.

— Я смотрю наперед. Поэтому ты еще жив. Мы еще живы, — с нажимом произнес Эмерс и провел ладонью по рыжим волосам, — жара скоро доконает. А эти дикари сдерут кожу. Зачем тебе их умение, мы и так владеем силой Солнца.

— Оно дает жалкие крупицы. А вот когда магия отражается от Луны, то становится покладистой. Словно та усмиряет ее. Ты не видишь красавицу, так как слишком слаб.

Эмерс покачал головой, стер пот со лба и снова прищурился. Его глаза видели только грациозное животное. Тигр осторожно передвигался по периметру лагеря. А через некоторое время заторопился прочь.

— Смутилась, — отпустил рукоять кинжала Крисан, — жаль.

Он с наслаждением выдохнул, любуюсь грациозной девушкой.

— Нужно задобрить племя. Пошлем дары, — развернулся Крисан.

— Чем ты хочешь их удивить. Они не возьмут в ученики.