Соня Вишнякова – Ты изменил мне! (страница 4)

Я остановилась. Он сел на диване, протер своё лицо, ладонями разгоняя кровь и приводя в порядок помятую от сна кожу. Она, конечно, не разровнялась, так и осталась помятой, но теперь я, хотя бы увидела смуглое лицо, щетину, глаза с прищуром и покрасневшими от недосыпа или от пьянки белками. Густые, черные брови, всклокоченные тёмно-русые волосы, месяца два, не видевшие парикмахера.

Возраст мужчины очень размазан во всех этих чертах, но думаю ему не меньше сорока и не больше сорока пяти. Где-то так.

– Минуту, – человек встал и оказался выше меня на голову, широкоплечий, крепкий, с ладонями с кожей, выгоревшей на солнце. На пальцах отсутствуют кольца, нет даже следов. Я-то такие вещи замечаю.

Удивительно, если у такого персонажа есть жена. Настолько замызганная его одежда, что даже самая плохая жена не допустила бы, чтобы её муж так одевался.

Хотя… может, это не отсутствие женщины, а издержки профессии.

Собственно, почему меня это всё должно волновать?

Я простояла в ожидании минуты три, пока он вышел за дверь и вернулся, уже более умытый с приглаженными назад мокрыми волосами.

– Извините, за беспорядок… да-к, в чём заключается суть вашей проблемы?

Смешно, но я почему-то начала ему доверять. Не знаю, что сыграло в его пользу – извинение или последовавшая за ним лёгкая обаятельная улыбка, а может, эта естественная, эксцентричная манера, чёрт его знает, но от желания уйти, до желания остаться прошло всего пять минут.

Он сел за стол, одной рукой столкнул всё, что лежало на столе в сторону, то есть – на пол. Я выпучила глаза… под очками.

– Прошу, присаживайтесь, – указал на стул напротив стола.

Обалдевшая от всего что происходит и что я вижу, я сделала шаг к стулу и села.

– Слушаю вас, – он сложил пальцы в замок и посмотрел прямо мне в глаза.

И хотя, у меня очень тёмные очки, я почувствовала в его взгляде что-то такое, отчего лёгкие мурашки побежали у меня по спине.

– Моя знакомая… – думаю, как начать, – посоветовала мне вас как опытного специалиста…

– Давайте, сразу к делу – за кем проследить, имя, адреса.

Я полезла в сумку, чтобы достать телефон.

– Я запишу на бумаге, – откуда-то сбоку мужчина выудил блокнот и карандаш, и совершенно спокойно, глядя на мои губы, приготовился слушать.

– Нужно проследить за моим мужем, – говорю, слегка смущаясь, хорошо что моё лицо и глаза почти скрыто, в случае чего, он не сможет узнать меня на улице.

– А вот этот маскарад вы зачем устроили? Думали, я не узнаю кто вы?

– Я просто думала… такое место лучше одеться попроще… чтобы слиться с толпой…

– Вы серьёзно? Вы как раз из толпы сейчас выделяетесь больше, чем кто либо. Посмотрите на себя, это же шпионский триллер можно снимать – огромные очки как у марсианки, этот платок, так давно никто не носит… и ещё чемодан от Луи Витона, дизайнерское полупальто, и туфли последней коллекции… мне продолжать?

– Ладно, я поняла, – снимаю очки, – так лучше?

– Намного, – он улыбнулся, и я натянуто улыбнулась в ответ. – Значит, я так понимаю, муж младше вас лет эдак на пять-семь?

– С чего вы взяли? – испуганно выпучила глаза, теперь уже без очков.

– У вас на пальце дорогое кольцо, такой сплав начали выпускать лишь несколько лет назад и оно сравнительно новое по дизайну. Вы сами очень хорошо, даже чрезмерно следите за собой. Не смотря на ваши сорок…сорок два, выглядите сногсшибательно, молодо и очень в духе последних трендов. Для старых мужей так не стараются. Это, либо для любовника, либо для молодого мужа. Глаза блестят, не потухшие, значит, секса много и регулярно… мне продолжать?

– Не нужно, я уже поняла, – обидчиво проговорила.

– Ну, и в заключении, в вашей голове уже давно крутится что-то такое, но лишь сейчас вы получили явное или косвенное доказательство его измены. Так?

Я безмолвно кивнула, и полезла в сумку доставать свёрток с рубашкой…

––

Разворачиваю бумагу, достаю белоснежную рубашку и останавливаю движение. Хотела положить её на стол, но меня остановило большое количество белых крошек на тёмном столе.

Мужчина заметил моё замешательство, одним махом своего и так не чистого рукава пиджака смахнул со стола крошки.

– Кладите, не бойтесь, стол чистый. Уборщица всегда притирает его обеззараживающим средством. Она просто заболела, уже как пару дней.

– Ясно, – недовольно поморщилась, если так можно насвинячить за пару дней, то бедная уборщица.

Положила рубашку на стол, расправила. Мужчина встал навис над вещью, поковырял ногтем одно из пятен, понюхал, ещё раз поковырял.

– Ну… здесь всё предельно ясно.

– Что ясно? – когда дело коснулось рубашки, мне стало абсолютно всё равно на окружающую обстановку. Вопрос, с которым пришла сюда интересует меня больше всего.

– Ясно, что история мутная, – он растянул губы в улыбке похожей на издевательскую.

Похоже, он рад, что муж мне изменяет. На утешающее, выражение лица мужчины не тянет совсем.

– В каком смысле – мутная? – растеряно хлопаю ресницами.

– Посмотрите, что мы имеем, это же единственная ваша улика, я так понимаю. Так вот – пятна хаотичные, бессмысленные, как будто кто-то намеренно наставил их губной помадой, на, заметьте, абсолютно чистую, ни разу не надетую, рубашку.

– Как? – теперь я ещё сильнее захлопала ресницами.

– Вещь не была использована по назначению ни разу. Вы что не видите? – он показал абсолютно идеальный воротничок и манжеты.

– Не понимаю.

– А вы и не должны понимать, вы должны были просто увидеть эти пятна и решить, что муж вам изменяет.

– Но он не мог…

– Конечно, он не мог сам, лично, видя, что рубашка вся в помаде, бросить её в стирку. А значит, это сделал кто-то другой.

– Безумие… бессмысленно… не могу поверить.

– А должны были. На это и было рассчитано.

На самом деле я и сама должна была догадаться.

– То есть вы хотите сказать, что кто-то в моём доме, специально испачкал рубашку в помаде?

– Именно это я и хочу сказать.

– Но кто?

– Кому выгодно? Кто зол на вас? Кого обидели? Или, кто действительно проводит с вашим мужем минуты страсти и хочет, чтобы вы непременно об этом узнали.

– Я запуталась. Ничего не понимаю, – его слова обрушились на меня как колючий дождь, вместе с холодным ветром.

– А вот для этого есть я. Я помогу вам распутать этот нетрудный ребус.

– Хорошо, я согласна, – киваю, – я хочу, чтобы вы всё узнали. И чтобы у меня были неоспоримые доказательства..

– Не сомневайтесь, через два дня вы своими глазами увидите все, что скрывает от вас муж. Если скрывает.

– Это так страшно звучит, – я опустила взгляд, провела ладонью по лицу, – как страшно.

– Ничего страшного в этом нет. Мужья постоянно изменяют женам, а жены изменяют мужьям. Такая жизнь. Это вечный круговорот связей и никуда от этого не деться.

– Легко вам говорить, вы-то сами не женаты, – сердито глянула ему в лицо.

– Вот поэтому и не женат, чтобы не изменять и не быть обманутым. Гораздо спокойнее живётся одному. Женщинам ведь тоже верить нельзя, они сплошь лживые притворщицы…

– Ваши личные истории меня не интересуют, – я резко встала, покопалась в сумочке, достала пачку денег, стянутую резинкой, специально взяла наличные, чтобы не переводить по счетам, и кинула ему на стол. – Я хочу, чтобы вы узнали всё о нём, всё! Я хочу знать, кто подкинул мне эту рубашку.

Он взял деньги, достал оттуда две пятитысячных и остальное кинул мне обратно.

– Когда сделаю работу, тогда и заплатите, – и снова криво улыбнулся, пройдясь странным взглядом по моей фигуре.