Соня Вишнякова – (не) твой малыш (страница 10)

Мы вошли в квартиру Антона, дверь захлопнулась. Я остановилась возле коляски, пытаясь сообразить , что делать дальше.

Антон повернулся, глянул в глазок. Потом прислушался, обернулся и сказал:

– Он ушел.

Я, прислонясь спиной к стене, так и села. Закрыла руками лицо.

Глава 11

Чувствую дрожь. Не могу её унять. И ещё новое, необычное чувство злости и даже ненависти разгорается внутри. Запоздалое желание сказать что-то дерзкое, дать отпор. Только сейчас уже поздно что-то говорить.

– Кто это, твой бывший? – присел передо мной на корточки Антон и вопросительно посмотрел.

Я кивнула и пояснила:

– Мой бывший муж.

– Даже так, – удивлённо приподнял брови Антон. – Это его ребенок?

Снова кивнула. Хочется поделиться, возможно, от этого станет легче, а лицо этого парня прямо располагает к себе с первых минут нашего знакомства. Однажды я поняла, что могу безоговорочно доверить ему своё здоровье, а значит и свой секрет, который, наверное, и не секрет вовсе. Это я так придумала и себя убедила. Сложно теперь разубеждаться.

– Ты его любишь? – прямой взгляд требует правды.

Я не отвела глаз, неуверенно покачала головой.

– Нет.

– Любишь, это ясно.

– Не люблю, – упрямо нахмурилась тому, в чём он пытается меня убедить, – он меня бросил.

– Это не важно.

– Для тебя может и не важно. Говорю же, не люблю, – я поскорее встала, взялась за ручку коляски, – Спасибо, что помог мне.

– Не за что. Только он ведь не отцепится просто так. У вас ребёнок…

– Он не знает, что это его ребенок, – выпалила я резко.

– Так, стоп, что-то я не понял, ты ему не сказала? – удивлённо посмотрел Антон, стоя напротив.

– А ты сказал бы человеку, который сменил замок и выставил твои вещи за дверь? – говорю, дерзко огрызнувшись.

– Ну ты даёшь, – покачал головой и перевёл взгляд на коляску.

– Это не я даю, это он даёт, – я толкнула коляску к выходу.

Кажется, я ошиблась, сказав ему правду. Значит, больше я не стану объяснять постороннему человеку всю ситуацию, как она есть, если он сам сразу ничего не понял. Бывают же такие непонятливые.

– Аля, так нельзя, – стоит, не помогает мне выталкивать коляску.

Он что, ещё и слегка возмущён?

– Ты будешь учить меня, как можно и как нельзя? А выставить меня на улицу можно было? – злюсь всё сильнее, хоть и стараюсь держать себя в руках.

– Тоже нельзя.

– Значит, мы в расчете, – с наигранной весёлостью развела руки в стороны, а потом снова схватилась за коляску и начала толкать её к двери.

– Ну послушай…

– Открой дверь, Антон, – говорю недовольно и требовательно.

– Хорошо, я открою, но ты должна выяснить…

– Никому и ничего я не должна, запомни это, – очень злюсь, – Ему было удобнее так, а мне вот так. Всё. У каждого своя дорога.

– Ты неправа.

– Всё, я больше не хочу об этом говорить. Если не хочешь, чтобы мы поссорились, прекращай и ты, – сказала я категорично.

Пресловутая мужская солидарность. Даже предателей они оправдывают.

– Ладно, – он открыл дверь, я выкатила коляску в коридор.

– Подожди, – вдруг сказал Антон.

– Что? – я остановилась в ожидании новых аргументов того, что я неправа.

– Извини меня, извини. Ты не заслужила, – сказал виновато.

– Ладно, спасибо что помог, – я скосила взгляд, вроде извиняя, но все что он сказал раньше, уже начало работать против него.

Я ушла к себе, закрыла дверь на два замка.

Знаю, никто не гонится за мной и не пытается забрать у меня сына, не имеют права. Но два замка всё-таки лучше, чем один.

Теперь уже я сама набрала Вету.

– Да, что там? Я работаю.

– Потом перезвони мне, когда будет минутка. Это важно, – сказала я поспешно, сестра очень не любит, когда её отвлекают от работы.

– Окей, сейчас мальчика достригаю и перезвоню.

Я отключилась. Отстегнула корзину с ребёнком от коляски, потянула в кухню. Поставила корзину на два придвинутых друг к другу стула. Так всегда ставлю корзину, когда что-то делаю в кухне. Чтобы малой был перед глазами, когда проснётся. И чтобы он меня видел.

Даня пока спит. После прогулки, дома, он обычно просыпается и я его кормлю.

Через десять минут Вета позвонила. Я не стала устраивать лишние подготовки и сразу выдала:

– Тимур приходил.

– Как, что, почему, а как он узнал?

– Я не в курсе, как он узнал. Он видно заранее знал, где я живу, потому что я поднялась, а он уже здесь. Ты не знаешь, как так получилось?

– Ты думаешь, я ему сказала? – возмущение на том конце.

– Я так не думаю, – говорю строго, на самом деле, больше не на кого думать.

– А у меня ощущение, что ты намекаешь на меня. Поверь, я бы никогда не дала твой адрес этому козлу, – разгорячилась сестра.

– Ладно. Верю тебе, успокойся. Я тебя не обвиняю, просто мне интересно, как так получилось, что он был на этаже раньше меня.

– Значит, следил. Мне откуда знать. И что он хотел, сказал что-то? А ты? – сыплет сестра вопросами.

– Ничего не сказала. Как раз со мной был Антон и он попросил Тимура отцепиться от его девушки, – говорю гордо.

– Не поняла, какой Антон?

– Ну, сосед, помнишь?

– Ах, тот компьютерщик. И что было дальше?

– Ничего, я вошла в квартиру Антона, а Тимур отчалил. Ушел, – отвечаю, расстёгивая молнию на комбинезоне ребёнка.

– Это только что было?